Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Космическая фантастика
Показать все книги автора:
 

«Чужой. Выйти из тени», Тим Леббон

Вселенная ни милосердна, ни жестока.

В ней есть лишь безразличность

Карл Саган

 

ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ О ХОДЕ РАБОТЫ

Получатель: Корпорация «Вейланд-Ютани», научный отдел (Исх: код 937)

 

Дата: (не указана)

Передача: (ожидается)

 

Мои поиски продолжаются.

Часть первая. Монстры во снах

1. «Марион»

Монстры не раз навещали Криса Хупера во снах.

Как и любого ребенка, чудовища приводили его в восторг. Но в отличие от детей, рожденных столетиями ранее, у Криса была реальная возможность отправиться в такие дальние дали, где он и правда мог встретить существа, будоражившие его в сновидениях. Это когда-то монстры обитали лишь на страницах книг со сказками или на экранах, демонстрировавших цифровые миры выдумщиков-режиссеров. Теперь освоение человеком космоса дарило невероятные возможности.

Да, сны, полные чудовищ, с детства сопровождали жизнь Хупера, и он не переставал вглядываться в звезды.

Перешагнув порог двадцатилетия, Крис отправился на один из спутников Юпитера — Каллисто и проработал там год. Однажды, когда их команда занималась привычным делом — добычей руды, обнаруженной на глубине нескольких миль, работающие по соседству китайцы наткнулись на подземное море. В нем обитали ракообразные, включая креветок, крошечные рыбы-лоцманы, какие-то тончайшие существа длиной сто футов, напоминающие листья пальмы, — и ни одного монстра, предмета грез Криса.

Став инженером, Хупер покинул Солнечную систему. Помимо поиска и добычи полезных ископаемых он соглашалася бог знает на какую работу, даже на участие в грузоперевозках, и все ради встречи с иноземными существами на астероидах, планетах или спутниках. И хотя взрослая жизнь заметно пригасила яркие фантазии Криса, отяготив раздумьями о семейной неустроенности, о своем хорошем заработке и о никчемности достатка, Хупер не переставал мечтать. К его огорчению, годы поисков и трудов не осчастливили свиданием с монстрами из сновидений.

Время бежало, и пришлось смириться с мыслью о том, что мечты остаются мечтами. Да и вообще, Вселенная не столь удивительная, как себе представлял когда-то Хупер. Везде своя рутина.

По крайней мере, в космосе вожделенных чудес он не нашел.

Крис решил передохнуть от трудов над требовавшим внимания механизмом в первом из четырех стыковочных отсеков космической орбитальной станции «Марион». Да, пора. Однако прежде он посмотрел в один из иллюминаторов отсека на планету внизу — взглядом, полным неприязни и тоски. LV-178! Умники, даже не потрудились дать название неприветливому, разрываемому бурями, разрушаемому скалистому порождению космоса. Планета превращалась в песок. Три долгих года он провел в этой дыре, заработал целое состояние, которое не на что было потратить.

Тримонит был ценнейшим веществом для людей, уникальным топливом для космических кораблей, и находка на планете богатых залежей считалась настоящей удачей. Затраты окупились еще в начале разработок. Каждый раз после очередной пятидесятидневной смены Хупер обещал себе однажды вернуться домой. Домой, к двум сынишкам и жене, которых он оставил семь далеких лет назад. Но слово «однажды» оставалось лишь словом. И Крис стал подозревать, что у него появилась психическая зависимость, что подобная жизнь вошла в привычку, и чем дольше он пробудет здесь, тем сложнее будет эту привычку бросить.

— Хуп! — голос прозвучал неожиданно и потому напугал.

Крис вздрогнул, но, развернувшись, увидел Джордан, веселящуюся от произведенного эффекта.

Уже год как между ними нет романтических отношений. Слишком долго они находились под одной крышей, слишком напряженную работу выполняли. В подобных командировках частые, но неизбежно короткие связи никого не удивляли. И Хупер радовался тому, какие добрые отношения им удалось сохранить. Любовные переживания ушли, но они обрели друг в друге лучших друзей.

— Люси, я из-за тебя чуть в штаны не наложил.

— Для тебя — капитан Джордан, — даже не взглянув в иллюминатор, подруга осмотрела механизм, над которым трудился Крис. — У тебя все в порядке?

— Да. Правда, нужно заменить тепловые экраны, и я попрошу Пауэлла и Велфорда заняться этим.

— Двое из ларца, — улыбнулась Джордан.

Трудно найти двух более разных людей. Пауэлл — чернокожий, вытянутый, словно мачта, великан, а Велфорд — блондин, значительно уступающий другу в росте, но превосходящий в ширину раза в два. Их роднило одно: столь искусных мастеров среди космических инженеров надо было поискать.

— Связи по-прежнему нет? — спросил Хуп.

Джордан сникла. Они не в первый раз теряли связь с поверхностью строптивой планеты, но ее стабильное отсутствие в течение двух дней вызывало серьезное беспокойство.

— Таких бурь, как нынешняя, я не видела, — ответила Люси, кивая на иллюминатор. С высоты трехсот миль, поверхность казалась более суровой, чем обычно: над пятнистой землей, окрашенной в оранжевый, желтый, коричневый и алый цвета и их богатые оттенки, раскручивались и бушевали вихри. — Должно быть, они скоро утихнут. Не то чтобы я очень переживала, но была бы счастлива связаться с посадочными кораблями.

— Согласен. «Марион» кажется совсем заброшенной, пока ждешь своей смены.

Подруга молча кивнула. Хупер, чувствуя ее обеспокоенность, захотел сказать что-нибудь утешающее, но пауза затянулась. Впрочем, именно способность справляться с трудными ситуациями помогла Джордан стать капитаном. Она была настоящим бойцом.

— Сегодня нас опять ждут спагетти от Ляшанса, — перевела разговор на другую тему Люси.

— Для француза он хорошо разбирается в итальянской кухне.

Девушка усмехнулась, но Крис уловил в ее голосе прежнее напряжение.

— Люси, это всего лишь шторм, — попытался успокоить он.

Хупер верил в то, что говорил. Но он знал также и то, что «всего лишь шторм» может обернуться катастрофой. Здесь, в отдаленном секторе космоса, уже неплохо освоенном людьми, каждый работал на пределе возможностей и открытых технологий. Они делали все для достижения целей, поставленных перед ними горнодобывающей компанией «Келланд», и достаточно было «такой малости», чтобы дело пошло наперекосяк.

Хупер не встречал судового инженера лучше, чем он сам, это и обеспечило ему место на «Марион». Джордан на борт станции привела слава опытного капитана. Циничный и грубоватый Ляшанс был не только отличным пилотом, но и человеком, знающим, что такое космос, и умеющим предугадывать опасность. И пусть команда на первый взгляд представляла собой разномастную кучку людей, каждый из членов их маленького сообщества был первым в своей сфере. Многие из крепких шахтеров в свое время отлично поработали на спутниках Нептуна и Юпитера. Хотя, по правде говоря, те еще были парни. Достаточно было услышать их соленый юмор, а уж за словом в карман они не лезли. Но и сломить их не легче, чем тримонит, который они добывали.

Но ни опыт, ни мастерство, ни стойкость не в силах перехитрить судьбу. Все члены команды знали, на какой риск пошли. Большинство из них давно привыкли жить по соседству с опасностью, в постоянной близости от смерти.

Семь месяцев назад они потеряли троих шахтеров, когда корабль «Самсон» прибыл на планету, чтобы забрать с ее поверхности отстоявших вахту горняков. Винить, в общем-то, было некого: к беде привела чрезмерная поспешность. Бедолагам так хотелось поскорее вернуться на борт станции после пятидесяти дней, проведенных в чреве шахты, что в результате некорректных действий атмосферный шлюз посадочного корабля не закрылся полностью, и устройство отказало, а люди задохнулись.

Крис не сомневался, Люси все еще мучили бессонные ночи. Целых три дня после передачи слов соболезнования семьям погибших шахтеров она не покидала кабины командного отсека. Умение сопереживать и заботиться о подчиненных — эти черты, по мнению Хупера, делали Джордан незаурядным командиром. В придачу к бойцовскому характеру.

— Всего лишь шторм, — повторила за ним Джордан.

Она оперлась о плечо Криса и всмотрелась в иллюминатор. Несмотря на жестокость климатических условий, издалека планета казалась действительно красивой. Краски осени на ее поверхности были положены на диво хорошо.

— Терпеть не могу это местечко, — проговорила Люси.

— Зато на жизнь хватает.

— Хм-м! Жизнь… — Джордан, похоже, окунулась в сентиментальщину.

Хупер не любил, когда Люси хандрила, но такова плата за их близость: ему приходилось сталкиваться с разной Джордан. О некоторых сторонах личности капитана остальные члены команды даже не догадывались.

— Почти закончил, — Крис легонько оттолкнул ногой болтающуюся трубу. — Встретимся через час в комнате отдыха. Партийку в бильярд?

— Очередной реванш? — подняла бровь Джордан.

— Тебе же придется когда-нибудь поддаться.

— Никогда и ни за что тебе это не светит.

— Помнится, когда-то я давал тебе поиграть с моим кием.

— Как твой капитан, я вполне могу отправить тебя в карцер за подобные высказывания.

— Конечно. И какая армия тебе в этом поможет?

— Хватит попусту тратить время. Возвращайтесь к своим обязанностям, главный инженер, — скомандовала Джордан и развернулась к Крису спиной.

— Так точно, капитан, — ответил Хупер, глядя вслед подруге, пока та шла по темному коридору. Но вот Люси исчезла в проеме двери, и он остался в одиночестве.

Наедине с атмосферой, звуками и запахами станции…

В воздухе царил смрад, похожий на запах мочи. Он исходил от мелких надоедливых клещей, которым удавалось размножаться, несмотря на все попытки команды истребить их. Полчища этих крошечных существ выделяли настолько въедливый запашок, что он, казалось, навсегда вошел в состав воздуха на борту.

Хупер давно не замечал неумолчного гудения машин и иных «технических» звуков на судне. Помещения полнились отдаленными стуками и повторяющимся скрежетом; давали о себе знать вентиляторы, порой доносились скрипы передвигающегося по кораблю груза. Некоторые шумы Крис узнавал с первой же секунды. Он мог справиться с каким-либо сбоем в устройстве, едва услышав его непривычное звучание, или когда обнаруживал пропажу необходимого голоса в хоре механизмов. Так, например, он восстанавливал поврежденные линии связи, менял уплотнители, не говоря уже о приведении в норму заевших дверей.

Но время от времени по станции проносились и загадочные, ничем не объяснимые звуки: то неуверенные, но тяжелые шаги в дальних коридорах, то крики, распространявшиеся на пару уровней. Как Хупер ни старался разобраться, но не смог выяснить, кому они принадлежали. Ляшанс же любил говаривать, что так от скуки развлекается сам корабль.

Крис знал, что слова француза — только шутка. Тот не мог не шутить. И шутил своеобразно.

Хотя станция была огромной, и Крис тратил не менее получаса, чтобы обойти ее от головной части до хвостовой, «Марион» оставалась крохотным островком посреди громадного космоса. В последнее время мысли о Вселенной омрачали настроение Хупера, и стоило ему погрузиться в подобные размышления, как он ловил себя на том, что вот-вот взорвется, что его разнесет на части, клетку за клеткой, молекулу за молекулой, что он вылетит в космос, из которого прибыл, к звездам, которые его создали. То ли дело раньше! Когда Крис был мальчиком, зачарованно глазеющим на космические дали в надежде когда-либо отыскать там монстров из своих снов, тогда он чувствовал себя особенным и счастливым.

Сейчас же взрослый Хуп ощущал себя незавидно маленьким.

И как бы сплоченно команда ни жила на борту «Марион», как бы слаженно ни трудилась, каждый из них был сам по себе.

Отмахнувшись от неприятных мыслей, Хупер вновь принялся за работу, намеренно громко стуча и лязгая инструментом, чтобы заглушить нотки давящего одиночества. Он с нетерпением ждал партии в бильярд и, увы, готовился подставить свой зад, как проигравший, на казнь — под шлепки Джордан. На станции у Хупа было достаточно добрых знакомых, но по-настоящему хорошим другом он мог назвать только ее.

Комната отдыха представляла собой блок из четырех помещений в задней части «Марион», за ним находились жилые отсеки. Здесь был кинотеатр с большим экраном и множеством сидений, музыкальная библиотека, способная порадовать любого меломана на борту или просто хорошего человека, читальный зал с удобными креслами и устройствами для чтения, а также бар Бакстера, более известный как «Биби». Барменом подрабатывал сам инженер Джош Бакстер, главный связист. Правда, коктейли у него выходили дрянные.

Зажатый с одной стороны жилыми, а с другой — грузовым отсеками, «Биби» быстро стал общественным центром станции. Людям пришлись по душе два бильярдных стола, место для настольного тенниса, коллекция игровых консолей и барная зона со столиками и стульями, расставленными без особой системы.

Компания, оплатившая создание станции, не стала тратиться на отделку помещения, потому вверху вместо потолка красовался ничем не прикрытый трубопровод, пол покрывал шероховатый металл, а стены поначалу выглядели голыми; были и другие малосимпатичные детали. Однако такое пренебрежение только позабавило команду и пробудило инициативу. Жесткие стулья набили мягким материалом, слабое освещение оставили, решив, что оно придает помещению приятный полумрак, стены же художественно задрапировали одеялами. Одни одеяла предварительно выкрасили в подходящий цвет или разрисовали, другие разрезали или разорвали, а потом скрепили заново. Ни одна из драпировок не походила на другую. Так комната отдыха превратилась в прибежище уютное и почти изысканное.

Между сменами шахтеры практически все пятьдесят дней отдыха проводили в баре. И хотя распределение алкоголя строго контролировалось, бурные вечеринки случались нередко, а порой затягивались на всю ночь.

Капитан Джордан не имела ничего против. Более того, она приветствовала подобный способ снятия напряжения. Иначе ее люди рано или поздно не выдержали бы. Труд у них был адским, а их родные дома, близкие остались далеко. Слишком далеко.

Все на станции нуждались в месте, в котором бы чувствовали себя как в домашней обстановке. «Биби» оказался именно таким местом.

Когда Хуп вошел в бар, там было безлюдно. В периоды затишья, во время шахтерского пересменка, у Бакстера появлялась возможность хорошенько прибраться, пополнить запасы, — словом, подготовиться к следующему нашествию гостей. Сейчас он как раз этим и занимался. Джош хлопотал за стойкой бара, проверяя количество пива и собирая комплекты обезвоженных закусок. Вода на борту «Марион» всегда чуть отдавала металлическим привкусом, поэтому бармен разводил большинство лакомств в выдохшемся пиве. Все дружно поддержали его идею.

— А вот и он, — послышался голос Джордан. Она сидела за одним из бильярдных столов с бутылкой пива в руке. — Захотел новой взбучки. Что скажешь, Бакстер?

Джош приветственно кивнул Хуперу.

— Сосунок нарывается на неприятности, — согласился он с Джордан.

— Вот именно. Сосунок.

— Слушай, ну если ты не хочешь играть…

Джордан соскользнула со стула, выхватила кий из подставки и бросила Крису. Но, как только он поймал его, по всему кораблю зазвенел сигнал внутренней связи.

— Это еще что? — недовольно произнесла капитан.

Бакстер наклонился через стойку и стукнул по кнопке связи.

— Капитан! Хоть кто-нибудь! — раздался взволнованный голос Ляшанса. — Поднимитесь в кабину, у нас входящий от одного из посадочных кораблей, — французский акцент пилота был заметнее, чем обычно. Такое случалось, но нечасто.

Джордан кинулась к барной стойке и нажала на кнопку передачи связи:

— От какого корабля?

— «Самсон». Но все очень плохо.

— В смысле? — спросила Люси.

Ответ на ее вопрос затерялся в путаных словах Ляшанса и в беспорядочных звуках, доносящихся из кабины пилота, среди которых послышался чей-то крик. Они с Джордан закрыли глаза.

А затем побежали, и бармен рванул за ними.

 

«Марион» — совсем не маленькая станция, поэтому Хупер с остальными добрались до кабины, исполняющей заодно функции командного пункта, лишь через несколько минут. Им пришлось пробежать через изогнутый петляющий коридор, затем подняться на три уровня вверх. По пути они столкнулись с медиками Гарсиа и Касьяновой. Стихийно собравшийся отряд прибыл в центр управления, когда остальные ключевые специалисты находились уже на месте.

— Что происходит? — потребовала отчета Джордан.

Бакстер кинулся к центру связи, и пилот поспешно освободил его кресло. Связист надел наушники, а его рука привычно заскользила над множеством кнопок и рычагов.

— Я что-то уловил посреди шума пару минут назад, — ответил француз. — Они поднимаются выше, и все потихоньку проясняется.

На корабле пилота прозвали «Без шансов», за его немногословный пессимизм. Но вместе с тем все отдавали должное его хладнокровию. Однако сейчас, — и Крис видел это, — Ляшанс был испуган. Француза выдавало лицо.

— «Самсон», здесь капитан Джордан, — начал Бакстер. — Пожалуйста, дайте нам свои…

— Нет у нас времени, чтобы что-то давать! Просто заведите уже медкапсулу! — раздавшийся голос искажался помехами, поэтому трудно было понять, кто говорил.

Джордан выхватила у Джоша наушники. Хупер огляделся — экипаж столпился у центра связи. Большое помещение оказалось маленьким для такого количества людей, отчего все стояли плотно друг к другу. Каждого переполняло напряжение, замерла даже обычно невозмутимая Карен Снеддон, научный работник. Эта худенькая женщина со строгим лицом побывала на многих планетах, астероидах и спутниках, но даже в ее взгляде угадывалась большая тревога.

— «Самсон», это капитан Джордан. Что случилось? Что происходит в шахте?

— …чудовища! Мы…

Связь резко оборвалась, оставляя в кабине звенящую пустоту.

Через широкие иллюминаторы виднелись знакомая картинка космоса и изгиб планеты, на которой будто бы ничего не изменилось. Слабое гудение механизмов перекрывало дыхание взволнованных членов команды.

— Бакстер, — тихо произнесла Джордан. — Хорошо бы вернуть связь с ними.

— Я стараюсь, как могу.

— Чудовища? — медик Гарсиа нервно постукивала пальцем по подбородку. — Пока никому не доводилось встречать существ под землей, так ведь?

— На поверхности обитают только бактерии, — подтвердила Снеддон, переминаясь с ноги на ногу. — Может, мы неправильно расслышали? Может, они сказали «трещины» или что-то в этом роде?

— Мы можем засечь их на сканерах?

Связист махнул рукой влево, где три экрана были наклонно прикреплены к панели управления. Один подсвечивался тускло-зеленым цветом и показывал две маленькие светящиеся точки, быстро бегущие в их сторону. На экране пронесся отсвет электрического шторма. Но точки не пропали из виду, их движение не остановилось.

— Который из них «Самсон»? — поинтересовался Хуп.

— Впереди, — ответил Ляшанс. — А за ним — «Далила».

— Примерно в десяти минутах от нас, — добавила Джордан. — Есть связь с «Далилой»?

Ответа не последовало. И молчание объяснило все лучше любых слов.

— Я не уверен, что мы можем… — начал было Крис.

И тут возобновилась связь:

— …вцепились в их лица! — раздался тот же голос.

«Позволить им состыковаться» — так Крис собирался закончить свое предложение…

Бакстер покрутил рычажки, и перед ним возник большой мерцающий экран. На нем появилось расплывчатое изображение Вика Джонса, пилота «Самсона». Хупер попытался разглядеть, что творится за спиной Вика внутри корабля, но крутой подъем судна с планеты LV-178 сделал попытку невыполнимой.

— Сколько с тобой людей? — спросил Крис.

— Хуп? Это ты?

— Да.

— Другая команда обнаружила что-то. Что-то ужасное. Некоторые… — Джонс снова исчез, а картинка замигала еще сильнее из-за возрастающих радиопомех.

— Касьянова, Гарсиа, отправляйтесь в изолятор и приведите медкапсулу в готовность, — обратилась Джордан к врачу и ее помощнице.

— Ты же это не серьезно?! — рассердился Крис.