Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Современные любовные романы
Показать все книги автора:
 

«Поцелуй на 1000 гифок», Шерлин Пратт

Глава 1

Эштон откинулся на спинку стула, словно его пристрелили.

— Серьезно? — застонал он. — Такое могла сморозить только женщина.

Стол звукозаписи окружали четыре микрофона, два были установлены так, чтобы ведущие сидели друг напротив друга. Между ними перпендикулярно была закреплена веб-камера, транслирующая шоу, хотя и с легким наклоном в сторону Эштона. Грейс уже давно приняла тот факт, что «Битву полов» в основном слушали и смотрели одни женщины, вздыхающие по её красавчику-соведущему — Эштону Миллеру. Если бы Эштон не выглядел как темноволосый двойник покойного Пола Уокера, Грейс была на все сто процентов уверена, что передача не стала бы и вполовину столь популярна. Разве будет кто-то рвать линию, чтобы послушать разглагольствования латиноамериканки о различных женских проблемах.

Его образ «настоящего мужчины» был неизбежным злом. Грейс старалась помнить об этом всякий раз, как его будничное высокомерие выводило её из себя. Такие как Эштон — живое доказательство правильности её точки зрения. В каком-то смысле его шовинизм был подарком судьбы.

Она наклонилась к микрофону, стараясь не рассмеяться над повадками Эштона.

— Неужели, только женщины считают, что отношения должны быть равными? — усмехнулась она. — Неужели, только нам могла прийти в голову мысль, что разделение обязанностей — это отличная идея? Мне вот кажется, что многие мужчины проголосовали бы за равное разделение труда и финансовых расходов.

В его необыкновенно голубых глазах заиграли искорки.

— Тогда пусть в следующий раз, заказывая ежевично-малиновый смузи, эти парни сдадут членские карточки, потому что им нужна не женщина, а соседка.

Грейс театрально вздохнула, намекая радиослушателям, что думает по этому поводу.

— Боже, Эштон, только я подумала, что ты достиг совершенства, и хуже уже некуда, как ты умудряешься с легкостью оскорбить кучу народа.

Эштон и бровью не повел на это замечание.

— Ну и кого я обидел? Пусть нам позвонит хотя бы один мужик и скажет, что хочет вместе со своей любимой мыть полы и стоять у плиты. Пусть хоть кто-нибудь заявит, как он жаждет, чтобы их счета поделили пополам. — Он поднял палец. — Всего один. Кто угодно. Позвони прямо сейчас и объясни. Все линии свободны.

Грейс рассмеялась и обменялась взглядом с Фрэнком, их продюсером, сидевшим по ту сторону звуконепроницаемого стекла, как бы говоря, что именно этого звонка им не хватает для счастья.

— Ты серьезно? Тебе не кажется, что мужчины порадовались бы возможности платить на свидании только за себя?

— Возможно вначале… — беспечно пожал плечами Эштон, как обычно делал перед тем, как пускал в ход тяжелую артиллерию. Грейс приготовилась держать удар, — … прощупывая почву, парень может на такое согласиться. Но влюбленному мужчине такого не захочется ни за какие коврижки. Например, если влюблюсь я, то всеми возможными способами покажу любимой, что ей больше никто не нужен. Я о ней позабочусь. Стану надежным тылом. Уберегу от напастей. Не её деньги мне нужны, а она сама.

Грейс могла поклясться, что услышала, как радиослушательницы дружно свалились в обморок. Сейчас Эштону позвонит толпа фанаток и выразит стопроцентную поддержку. Нужно изменить тактику.

— Неужели ты искренне веришь, что мужчины поддержат тебя, когда речь зайдет о разделении домашних обязанностей? К примеру, о готовке ужина.

— Скажем так, меня поддержит девяносто девять мужчин из ста, — заявил Эштон, откидываясь на спинку стула, словно ставя жирную точку по данному вопросу.

«Размечтался».

— Даже если оба работают полный день? — бросила Грейс с вызовом. — В этом случае, по-твоему, женщина должна взвалить приготовление ужина на себя?

— Да, — непоколебимо заявил Эштон. — Такая картина в конце дня заведет любого.

— А тебе не кажется, что женщинам тоже понравится, как её мужчина готовит для неё ужин? Что её это тоже заводит?

— Если только поначалу… но со временем это изменится. Постепенно она устанет и начнёт возмущаться из-за того, что он постоянно готовит ей одно и то же.

— Он легко может приготовить что-нибудь другое.

Эштон покачал головой:

— Ему не захочется. Ни одному нормальному мужчине не захочется тратить уйму времени и пробовать новые рецепты, даже если риск провала минимален. Никто не хочет опростоволоситься перед своей женщиной. Нам нравится готовить то, что тяжело испортить. Яркий пример — мясо на гриле. Простое блюдо, за которое ты не получишь по яйцам и не выслушаешь кучу упрёков, что нужно было добавлять другие приправы. Хочешь больше перца? Пожалуйста. Любишь соус? Вот возьми. Именно такое нравится мужчинам.

— Нет, именно такое нравится тебе, — возразила Грейс.

— Мне и большинству мужчин, — заявил он, развалившись на стуле и закинув руки за голову.

В такой позе бицепсы Эштона оказались прямо перед камерой. Еще одна тактика, которой он пользовался, чтобы переманить слушательниц на свою сторону, если Грейс выигрывала в дебатах. Эштон стремился одержать победу любой ценой.

— Как ни странно, но у меня всё по-другому, — задумчиво протянула Грейс.

— Просто твой парень шеф-повар.

— И что это меняет?

— Всё. Кулинария — его конёк, — произнес Эштон с улыбкой, и Грейс поняла, что попала в ловушку. — Создавая очередной шедевр, он выставляет себя во всей красе. Ему нравится готовить, ведь не многие мужчины могут похвастаться такими умениями.

Грейс прикусила губу, попавшись на уловку Эштона, ведь Филиппу и правда не было равных в кулинарии. Удар ниже пояса, который выставил её незрелой девчонкой в глазах слушателей. Грейс зло посмотрела на Эштона и проглотила выпад. На губах Эштона расплылась ухмылка. Он правильно истолковал её молчание и решил закрепить победу.

— Попросить Филиппа приготовить что-нибудь — все равно что, для меня сыграть в волейбол, — продолжал гнуть свою линию Эштон, взяв одну из своих антистрессовых игрушек, которые всегда держал под рукой. — Это словно предложение порисоваться. Никто не упустит такой возможности. Только готовить каждую неделю что-то новенькое для большинства мужчин не лучший способ позёрства. И вполне вероятно, такая затея может обернуться для нас полным фиаско, а мы, мужчины, этого терпеть не можем. Я тебя уверяю, даже если я рискну приготовить что-то типа сладкого плова, а ты мгновенно не запрыгнешь мне на колени, больше я точно не захочу готовить это блюдо. Меня будет тошнить от плова так же, как от половой тряпки и забитого слива.

— Или… — возразила Грейс, — …ты мог бы просто выяснить, что необходимо изменить, и попробовать снова.

— Нет, — отрезал он, решительно качая головой. — Ты даже не представляешь, насколько сильно у меня пропадет желание пробовать снова. Напрочь. Мне не хочется сидеть напротив любимой и выслушивать советы о том, как я должен все правильно сделать в следующий раз. Это всё ваши женские штучки. А мужчинам не нравятся развернутые отзывы с обстоятельной критикой. Им просто всегда хочется быть на высоте. И это не говоря о том, что не стоит настраивать мужчину на неудачу прямо перед тем, как лечь с ним в постель.

«Черт побери!»

Грейс не могла оставить за Эштоном последнее слово прямо перед тем, как их соединят со слушателями. К тому же, все линии мигали красным. Люди звонили, а значит они отлично сделали свою работу. Беда в том, что Фрэнк не подал знак, что дозвонившийся поддерживает Грейс, а если судить по очередности записей звонков на табло, она проигрывала в споре.

Женщины охотно заявляли, что им нравится готовить для своих мужчин. А в одном комментарии говорилось, что некая Дженни считает, будто мужчины должны готовить так же часто, как женщины оплачивать счета. Одним словом, практически никогда.

«Отлично. Лучше не придумаешь!»

Закинув руки за голову, Эштон откинулся на спинку стула и сделал вид, будто не замечает веб-камеры.

— Кажется, у нас пара дюжин дозвонившихся, и все они жаждут высказаться по данному вопросу, — сказал он с ленивой улыбкой. — Может, выслушаем их?

Похоже, они добрались до той части, где Грейс придется выслушивать пламенные речи кучи женщин, которые будут публично заявлять, что с радостью готовили бы для своих любимых и для Эштона в частности. Остается только уповать на то, что ей каким-то чудом удастся переманить их на свою сторону. Ведь ни одна здравомыслящая женщина не скажет, что в её обязанности входит готовить и мыть посуду.

«Верно?»

Вот только женщин, беседующих с Эштоном, нельзя считать поголовно невменяемыми. У него просто невероятная харизма, которую нельзя недооценивать.

— Конечно, — процедила Грейс сквозь зубы. — Давай узнаем мнение слушателей.

Глава 2

— Вы в ударе, шикарное шоу, — раздался голос Фрэнка в наушниках, стоило погаснуть лампочке прямой трансляции. — Напоминаю про совещание в моем кабинете. Дело займёт не больше пятнадцати минут. Пора обсудить дальнейшую стратегию.

«Летучка с Грейс?!»

Эштон не поверит, пока воочию не увидит. Одно радует, в кабинете начальника нет стола, над которым Грейс может склониться. Небеса помогите, но Эш мог поклясться, что Грейс носила сшитые на заказ платья специально, чтобы выбить почву у него из-под ног. И если шею не сводило от всех прелестей, выставленных точно на блюдечке, то мышцы перенапрягались от долгих усилий не опускать голову и глаза.

«Ребят, эта девушка знает, как подчеркнуть свои достоинства».

Грейс первой встала из-за стола, уткнувшись в сотовый. Она была повёрнута на социальных сетях и даже сейчас направилась к двери, не сводя глаз с экрана и что-то быстро набирая.

Впервые за два часа Эш позволил себе полюбоваться ею.

«Она занята», — напомнил он себе.

Боже, помоги, но Грейс Васкес была занята с первой минуты их встречи. Несмотря на отсутствие обручального кольца, они с Филиппом вместе уже почти три года.

Заглядываться бесполезно, надежда напрасна. Свидетельством тому — двухгодичный опыт безответного заигрывания.

Эш неторопливо поплёлся за Грейс в кабинет Фрэнка. Последние два часа ему пришлось иметь дело с её острым как бритва языком, так что сейчас можно было насладиться приятной передышкой и полюбоваться, как Грейс покачивает бёдрами, пока на всех парах мчится по коридору.

Как обычно, её вел третий глаз, пока два других были надежно приклеены к стерильному виртуальному миру, который Эш обходил десятой дорогой так же рьяно, как Грейс сторонилась грязи реального. Он из тех, кто в секунду угробил старомодную «раскладушку», а Грейс — кто впадает в панику, если под рукой не окажется смартфона.

Они совершено разные. Эш это прекрасно понимал, и всё же она привлекала его как никто другой. Её улыбка. Чувство юмора. Взгляд на мир. Дьявольский блеск в глазах, который появлялся, стоило ему нащупать её слабину. А фигура — тут и говорить не о чем. Слов не хватило бы, чтобы описать все эти великолепные изгибы.

Грейс — само совершенство, поэтому, вероятно, и встречается с Филиппом — Мистером Совершенство. Успешный ресторатор с таким же, как у Грейс лоском, латиноамериканской внешностью и изысканным гардеробом. Одним словом, «звездная пара». Грейс постоянно мелькала то на радио, то на телевидении, а фамилия Филиппа регулярно появлялась в списках преуспевающих бизнесменов и была на слуху у каждого гурмана.

Да и на фотографиях они отлично смотрятся. Эш не мог этого отрицать. Только он предпочитал думать о них, как о родном брате и сестре.

Грейс завернула в кабинет Фрэнка, и у Эштона осталась всего пара секунд, чтобы вернуть мысли в нужное русло. Их радио-шоу «Битва Полов» превратилось в мыльный пузырь. Все это прекрасно понимали. Передачу, скорее всего, закроют. Все это тоже прекрасно понимали. Не важно, что они там собирались обсудить, это лишь оттянет неизбежное. Но если они пойдут на дно, то насколько ярким сделают последние шоу, прежде чем опустится занавес?

Собственно говоря, об этом пойдет речь.

Войдя в кабинет Фрэнка следом за Грейс, Эш удивился, увидев там трех членов маркетинговой команды, включая Эмили. Привлекательная, полная энергии голубоглазая блондинка с приветливой улыбкой, она сидела между своей начальницей Джен и одним из стажеров. Все трое устроились у правой стены возле проектора, который транслировал на противоположную сторону.

— Заходи и закрой дверь, — скомандовал Фрэнк. — Все уже собрались.

— Вижу, — ответил Эш и улыбнулся Эмили, прежде чем сесть рядом с Грейс.

— Уверен, вы не забыли о фотосессии, которую мы провели несколько недель назад, — начал Фрэнк, махнув в сторону Эмили. — Джен, Эмили и Марк пришли показать нам макеты новых билбордов перед тем, как мы согласимся на их размещение. А затем обсудим дальнейшие шаги, чтобы у нас были все шансы остаться в эфире.

— Я не пойму, зачем нас закрывать, — сказала Грейс. — У нас самые высокие рейтинги из местных дневных ток-шоу. Стоит убрать другую передачу.

— Ключевое слово «местных», — кивая, заметил Фрэнк. — А если взять масштаб страны, вы мигом окажетесь на четвертом месте после Раша Лимбо[1].

Грейс покачала головой.

— Ты даже не представляешь, как сильно меня ранят твои слова.

Фрэнк фальшиво улыбнулся.

— Никто не спорит, что «Битва полов» популярнее любого другого дневного ток-шоу, но мы все прекрасно знаем, как на все это смотрит совет директоров. Ваша программа, как и «Любовь 411», рассчитана на одну целевую аудиторию. А изменить время трансляции на ночное нельзя, так как это полностью уничтожит рейтинг. — Фрэнк наклонился и посмотрел на Грейс проникновенным взглядом. — Поверь мне. Никто не жалуется на вашу с Эштоном работу. И если программу прикроют, это случится не из-за того, что вас посчитали неприбыльным вложением. Ты же в курсе, как устроена система. Главное — продать рекламное время к определенному шоу. Здесь речь о деньгах, а не о качестве.

— И раз разговор зашел о финансовой стороне, — вмешалась Джен, — у нас остался неплохой маркетинговый бюджет, и мы решили использовать его на билборды и тем самым повысить ваши рейтинги.

Она включила проектор, и на экране появилось изображение двух котят с высунутыми языками.

— О да, это сработает, — кивнул Эш. — Привлечет целый фан-клуб.

Джен смущенно рассмеялась.

— Простите. Это заставка с моего рабочего стола.

Эш пожал плечами.

— Все равно выигрышное фото.

Эмили рассмеялась, а Грейс бросила на него неодобрительный взгляд. Он говорил недостаточно серьезно, чтобы заслужить ее симпатию. Значит, в кои-то веки он поступал правильно.

Джен откашлялась, вновь привлекая к себе внимание.

— Мы решили, что пришло время воспользоваться тем фактом, что ваши лица не примелькались на радио, — начала она. — Я понимаю, что мы всегда избегали публичности, поскольку помимо прочего у каждого из вас карьера на телевидении, и там вам необходимо выглядеть серьезно и респектабельно. Но мне кажется, что сейчас мы можем немножечко сыграть на вашей сексуальной привлекательности и при этом не нанести вред журналистским карьерам. — Джен повернулась к Грейс. — С тобой мы будем осторожнее, но Эштон репортер в сфере защиты окружающей среды, и с ним мы позволим себе большую вольность. Люди привыкли видеть его в неформальной обстановке.

Грейс выгнула бровь.

— Рекламная кампания с упором на сексуальную привлекательность? И это наш последний отчаянный рывок?

Фрэнк беспомощно пожал плечами.

— В Голливуде работает.

Грейс поджала пухлые губы. Она всегда так делала, когда была с чем-то не согласна. И хотя затея ей была явно не по душе, она воздержалась от высказываний.

Джен открыла первую страницу презентации под названием «Стратегия возрождения».

— Большинство слушает ваши шутливые подтрунивания уже почти два года, — начала Джен. — Да, всем прекрасно известно, что Грейс три года встречается с Филиппом, а Эштон наоборот ни с кем не задерживается дольше, чем на полгода, но наши социологические исследования показывают, что у вас много шипперов.

У Эша поползли брови на лоб.

— Шипперов? Как это понимать?

— Это люди, увлечённые романтическими отношениями между выдуманными персонажами и знаменитостями, — объяснила Эмили. — Как Бранджелина или Кимрис[2].

Эш озадаченно моргнул, пытаясь понять, о чём идёт речь.

— Бранджелина?

Грейс раздражённо выдохнула.

— Они пытаются сказать, что слушателям нравится фантазировать, будто за камерами у нас с тобой отношения. — Грейс с легкой усмешкой на губах посмотрела на Джен. — Вот только у них проблема с шип-именем. Наши точно не созвучны.

Все женщины заулыбались.

— Грэш, — со смехом сказала Эмили.

— Грейтон, — тут же нашлась Грейс и с отвращением поморщилась. — В каждом варианте мало приятного.

— Точно, — согласилась Джен. — Хотя у вас нет хэштегов, зато есть шипперы. Во время передачи от вас двоих летят такие искры, вот многие слушатели интересуются, а что же происходит после эфира.

— Мы уезжаем на другую работу! — заявил Эш.

— Это реальность, — согласилась Джен. — Вот только, если мы хотим увеличить рейтинги, чтобы вы остались на следующий год, нам стоит на этом сыграть, ведь более тридцати процентов комментариев на вашем сайте касается этой темы.

Джен переключила на следующий слайд, от которого у Эша глаза чуть не полезли на лоб. Там было его фото без рубашки со словами: «Красивый самец или закостенелый сексист? Решать вам по будням в два часа».

Эштон смотрел ошарашено.

— Мне казалось, мы сделали эти снимки шутки ради.

Эмили слегка покраснела.

— Да, но раз у нас на руках оказался такой материал, мы решили сделать предварительный шаблон и посмотреть на реакцию… и она превзошла все наши ожидания.

Грейс недовольно вздохнула:

— Мне казалось, мы собирались предпринять радикальные шаги ради привлечения слушателей, но в планы не входило торговать полуголым Эштоном.

— Полуголым? — рассмеялся Эш. — Дамы, не знаю, о чем вы толкуете, но я не выставляю напоказ свои полуобнаженные фотки и тем более не загружаю их в интернет. Вы же все в курсе, что меня нет в социальных сетях.

— Но твои фанаты там есть, — заявила Джен.

— И они делятся фотографиями, — добавила Эмили.

«Я не понял, а почему все улыбаются? Даже Фрэнк».

— Но где они достали мои полуобнаженные фотки?

— На твоих вечеринках у бассейна, — мгновенно нашлась Эмили.

— Сабантуях на яхте, — добавила Джен.

— И не стоит забывать о волейболе, — вставила Грейс. — Серьезно, Эштон, ты должен был заметить вспышки фотокамер.

— Само собой, я заметил, — ответил он. — Но я не выкладывал в сеть эти фотографии.

— Святая простота, — жалостливо покачала головой Грейс.

Казалось, ситуация не позабавила Джен, а наоборот встревожила.

— Почти преступление. — Она наклонилась вперед внимательно рассмотреть Эштона. — Эштон, ты же понимаешь, что никому не нужно спрашивать у тебя разрешения? Любой может создать за тебя аккаунт и запросто общаться с фанатами.

— Собственно, они это и делают, — заявила Эмили с усмешкой. — В социальных сетях тьма тьмущая твоих фотографий, на которых ты красуешься без футболки, и каждую неделю после игры в волейбол появляются новые.

Эш не был уверен, польстили или встревожили его эти новости.

— Погодите-ка, я правильно понял, что вы можете запросто так сделать? Как и слушатели? Просто зарегистрироваться на Фэйсбуке и посмотреть мои фотки в плавках?

— Тебе стоит зайти на Тамблер, — пробормотала Грейс.

— Тамблер? — повторил Эштон. Он не представлял, о чём идёт речь.

На лице Эмили вспыхнул легкий румянец. Она откашлялась.

— Я знаю, у тебя «пунктик», и ты избегаешь социальных сетей как чёрт ладана. Только вот, они живут своей жизнью… почти как природа. И то, что большинство, в отличие от тебя, не ходит в походы, не означает, что в лесу прекратились естественные процессы из-за нашего полного пренебрежения. Хотим мы этого или нет, социальные сети существуют. Там всегда что-то происходит. И да, вполне закономерно, что если тебя фотографируют, то снимок появится в интернете, тем более, что ты телеведущий.

Эш побледнел.

«Любой может меня сфотографировать и выложить фотографии в интернет?»

Приятного мало. Точней вообще ничего.

Фрэнк подался вперед.