Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Фэнтези
Показать все книги автора:
 

«Убийца и лекарь», Сара Маас

Слава богам, до драки не дошло, но Ирэн все еще не могла успокоиться, и было еще это щемящее чувство, будто что-то произойдет. Но она была рада, очень рада, что потасовки в «Свинье» не случилось. Не хотелось ей остаток ночи отдраивать пол от крови вперемешку с рвотой и перетаскивать сломанную мебель в переулок. Когда она зазвонила в звонок, оповещая посетителей о закрытии, мужчины быстро допили свои напитки, ворча и смеясь, рассеялись в темноте ночи.

Что неудивительно, Джесса исчезла со своим моряком, и с учетом того, что пререулок был пуст, Ирэн решила, что та отправилась с ним куда-то еще. Как всегда, оставив уборку ей.

Ирэн остановилась, складывая менее отвратительный мусор в аккуратную кучу у дальней стены. Такого было немного: черствый хлеб да рагу, которое к утру съедят полудикие мальчишки, бродившие по улице.

Что сказала бы мама, увидев ее сейчас?

Ирэн было всего одиннадцать, когда солдаты сожгли маму за ее способности к магии. Первые шесть с половиной лет после ужасов того дня Ирэн жила с маминым кузеном в другой деревне Фенхарру, прикидываясь простой, не унаследовавшей способности дальней родственницей. Играть эту роль было несложно: ее сила и вправду исчезла. Но в те дни трудно было обуздать страх, брат шел на брата, продавая ранее благословлённых божественной силой членов семьи ближайшему гарнизону Адарланской армии. Слава Богам, никого не волновало присутствие маленькой Ирэн; и на протяжении этих долгих лет, никто не посмотрел в ее сторону, пока она помогала на семейной ферме, пытаясь вернуться к нормальной жизни из-за войск Адарлана.

Но все равно она мечтала стать целителем — как мама и бабушка. Она стала ходить хвостиком за мамой, как только научилась говорить, постепенно учась, как это делали все целители. И года, проведенные на ферме, хоть и мирные (разве что утомительные и скучные), не позволили ей забыть одиннадцать лет тренировок, или желания следовать по стопам матери. Она не была близка с кузенами, несмотря на их доброту, и попытки преодолеть пропасть, вызванную страхом и войной. Так, что никто не возражал, когда она взяла накопленные деньги и покинула ферму за пару месяцев до восемнадцатого дня рождения.

Она отправилась в Антик, город ученых на южном континенте — земле, которой не коснулся ни Адарлан, ни война, и где, как гласит молва, все еще есть магия. Она прошла пешком Фенхарру, затем обогнув горы дошла до Мелисанды, и через Задубелый лес, наконец до Инниша — где, как утверждали те же слухи, можно взять лодку к Антик. Но именно здесь у нее закончились деньги.

Поэтому она и устроилась в «Свинью». Сначала это было временно, просто, чтобы заработать достаточно денег на поездку в Антику. Но затем она стала переживать, что останется без денег, добравшись туда, и не сможет заплатить за учебу в Тор Цесме, самой лучшей академии целителей и лекарей. Посему осталась здесь, где недели превратились в месяцы. И как-то мечта уплыть подальше и добраться до Тор, прошла мимо. Тем более, Нолан повысил плату за ее комнату и пропитание, пытаясь как угодно понизить её заработок. К тому же ее крепкие нервы позволяли терпеть оскорбления и мрачность этого места.

Ирэн тяжело выдохнула через нос. Вот так она оказалась здесь. Подавальщица в захолустном городке, с двумя медяками в кармане и будущим, которого нет.

Камушки захрустели в подворотне, и Ирэн глянула вперед. Если Нолан вдруг увидит, как бродяжки едят рагу, каким бы несвежим и противным оно ни было, виновата будет она. Он скажет, что в благотворители не набивался и вычтет это из ее зарплаты. Он уже делал такое раньше, и ей стоит выследить их, отчитать, заставить понять, что надо дождаться середины ночи, и только потом забрать еду, которую она так аккуратно поставила.

— Я же просила вас подожда… — начала она, но замолкла на полуслове, заметив четыре фигуры, выступившие из тумана.

Мужчины. Она видела этих наемников раньше.

Ирэн дернулась в сторону открытой двери, но они были быстрее.

Один заблокировал проход, пока второй зашел со спины, сильно схватив ее прижав к своему телу.

— Пикнешь, и я перережу тебе глотку, — шепнул он ей на ухо, его горячее дыхание воняло элем. — Видел, ты сегодня заработала неплохие чаевые, девочка. Где же они?

Ирэн не знала, что нужно сейчас делать: драться, плакать, умолять или попытаться закричать. Но она не могла пошевельнуться от страха.

Туман утащил стоявшего дальше всех мужчину, сопроводив действие придушенным криком. Наемник закрылся девушкой, сдвигаясь в сторону. Шорох одежды, глухой удар. А затем тишина.

— Вен? — позвал стоящий у двери мужчина.

Ничего.

Третий наемник, отделяющий Ирэн от тумана, вытащил короткий меч. Она не успела вскрикнуть от удивления или в предупреждении, как темная фигура вышла из тумана и забрала его. Не сзади, а откуда-то сбоку, будто появилась из воздуха.

Наемник толкнул Ирэн на землю и достал меч из заплечных ножен, широкое, жуткое лезвие. А его напарник уже не издавал ни звука. Стало еще тише.

— Выходи, подлый трус, — прокричал лидер группки. — Дерись как настоящий мужчина.

Тихий, приятный смех.

У Ирэн от этого смеха кровь застыла в жилах. Спаси меня, Сильба.

Она уже слышала этот смех, слышала так же прохладный, отстраненный голос, который заговорил:

— Ах, так это настоящие мужчины окружили беззащитную девушку в темной подворотне?

Сказав это, незнакомка выступила из тумана. В ее руках блестели два длинных лезвия. Оба клинка темнели от свежей крови.

Глава 3

Боги. О, Боги.

Дыхание Ирэн участилось, когда девушка приблизилась к двум оставшимся наемникам. Один из них засмеялся, но тот что у двери, стоял с широко раскрытыми глазами. Ирэн осторожно, очень осторожно попятилась.

— Ты убила моих людей? — спросил наемник, держа лезвие над головой.

Молодая девушка удобнее перехватила кинжал. В такое положение, подумала Ирэн, что кинжал легко пройдет между ребрами прямо в сердце.

— Твои люди получили по заслугам.

Наемник сделал выпад, но девушка выжидала. Ирэн знала, что должна бежать — бежать и бежать, не оглядываясь назад — но девушка была вооружена лишь двумя кинжалами, а наемник был огромен, и…

Все закончилось, еще до того, как началось. Наемник получил два удара и встретился с этими злополучными кинжалами. А потом она нокаутировала его резким ударом по голове. Так быстро, нереально быстро, и до ужаса грациозно. Приведение, скользящее сквозь туман.

Он рухнул в туман, скрывшись от взглядов, и Ирэн не услышала, это было слишком трудно, как девушка последовал к месту его падения.

Ирэн подняла голову на наемника в дверях, собираясь предупредить свою спасительницу. Но тот уже бежал вниз по улице, с невообразимой скоростью.

Ирэн была не прочь последовать его примеру, когда незнакомка появилась из тумана, очищая свои лезвия, но все еще… находясь в боевой готовности.

— Пожалуйста, не убивайте меня, — прошептала Ирен.

Она была готова умолять, предложить все что угодно, взамен на свою жалкую и пустую жизнь. Но молодая женщина просто рассмеялась и шепотом спросила: — Какой тогда был смысл спасать тебя?

Селена не собиралась спасать подавальщицу.

Она просто удачно заметила четырех наемников, крадущихся по улице, чистая случайность, что они искали проблемы, так же, как и она. Она пошла за ними и нашла в том самом переулке, где они собирались причинить девочке боль непростительным способом.

Битва закончилась слишком быстро, чтобы получить от нее удовольствие. Если это вообще можно было назвать боем.

Четвертый сбежал, но у нее не было желания преследовать его, не тогда, когда служанка дрожит перед ней, как осиновый лист. У Селены было стойкое чувство, что если она достанет и швырнет кинжал в удирающего, то девчонка завопит. Или упадет в обморок. А это бы… все усложнило.

Но девочка не кричала и не спешила падать в обморок. Она просто указала дрожащим пальцем на руку Селены.

— Вы… ранены.

Селена нахмурилась, глядя на небольшое бурое пятно на своей руке.

— Да, наверное.

Глупая ошибка. Толщина ее туники помешала ране быть серьезной, но все равно нужно было обработать ее. Заживать будет с неделю, не меньше. Она развернулась, чтобы вернуться на улицу и найти что-нибудь, чтобы развлечься, но девушка снова заговорила.

— Я могу перевязать.

Она хотела рассердиться на девушку. По десятку разных причин. Первая и самая главная состояла в том, что та дрожала от испуга, и была совершенно бесполезной.

Вторая состояла в том, что довольно глупо было, стоять по середине того переулка ночью. Она не хотела думать о других причинах — это не важно, когда она злилась.

— Я прекрасно справлюсь сама, — ответила Селена, направляясь к двери на кухню «Белой Свиньи».

Несколько дней назад, она изучила трактир и ближайшие к нему здания, и теперь могла передвигаться тут даже с завязанными глазами.

— Сильба его знает, что было на том лезвии, — возразила девушка и Селена притормозила. Мольба Богине Врачевания. Очень немногие делали это теперь, и только если они не были…

— Я… моя мама была целительницей, и она научила меня кое-чему, — заикалась пролепетала девушка. — Я могла бы… могла бы… Пожалуйста дайте оплатить мой долг перед вами.

— Ты не была бы должна мне ничего, если бы думала прежде, чем делать.

Девушка вздрогнула, словно Селена ударила ее. И это только увеличило ее раздражение. Все раздражало ее — этот город, это королевство, этот проклятый мир.

— Простите, — тихо сказала девушка.

— За что ты извиняешься? Почему ты вообще извиняешься? Ты просто должна быть умнее, особенно такой ночью как эта. Я готова поставить все свои деньги на то, что они приставали к тебе сегодня в таверне.

Девушка не виновата, она должна помнить об этом. Ее виной было лишь то, что она не знала, как правильно сопротивляться.

Служанка закрыла лицо руками, ее плечи опустились. Селена считала секунды до того момента, когда девушка зарыдает, когда она сломается.

Но слез не было. Девушка лишь сделала несколько вздохов и опустила руки.

— Позвольте обработать вашу рану, — сказала она голосом, который был… другим что ли. Увереннее. — Или вы можете потерять руку.

И это небольшое изменение в девушке оказалось достаточным, дабы Селена последовала за ней внутрь.

Она не беспокоилась о трех телах в переулке. У нее было чувство, что никто кроме крыс, не обратит на них внимания.

Глава 4

Ирэн привела девушку в свою комнату под лестницей, потому что боялась, что сбежавший наемник, будет ждать наверху. А Ирэн не хотела больше видеть драку, убийство, или кровь. Не говоря уже о том, что она боялась остаться взаперти с незнакомкой.

Она оставила девушку сидеть на своей разваливающейся кровати, а сама пошла что бы принести две миски с водой, чистые бинты — материалы, которые будут вычтены из ее зарплаты, когда Нолан поймет, что они пропали. Хотя, это не имело значения. Незнакомка спасла ей жизнь. Это была самая малость, что она могла для нее сделать.

Когда Ирэн вернулась, она чуть не выронила чашки с водой. Девушка сняла капюшон, плащ и тунику.

Ирэн не знала, чему удивилась больше: тому, что девушка была молода — возможно, на всего на два или три года младше самой Ирэн, хотя последняя чувствовала себя умудренной жизнью, и посему предполагала гораздо большую разницу в возрасте, или тому, что девушка была красива, с золотыми волосами и голубыми глазами, сияющими при свечах, или все же тому, что лицо девушки было бы еще красивее, если бы не ушибы и синяки. Такие ужасные ушибы, включая темный глаз, который, несомненно, еще недавно был, опухшим и не открывался.

Девушка смотрела на нее, по-прежнему тихо, как кошка.

Ирэн не имела права задавать вопросы. Не тогда, когда девушка прикончила трех наемников за считанные минуты. Даже если Боги покинули ее, Ирэн все еще верила в них, в то, что они все еще где-то, все еще наблюдают. Она верила, потому что, как еще она могла объяснить свое спасение? И мысль о том, чтобы быть одной — действительно одной — была слишком тяжела, даже если она сбилась с пути.

Вода плескалась в чашах, когда Ирен поставила их на маленький стол у кровати, стараясь, чтобы руки не дрожали.

Девушка ничего не говорила, пока Ирэн осматривала рану на ее руке. Рука была изящной, и, в то же время мускулистой. У девушки повсюду были шрамы, маленькие и большие. Ирэн показалось, что девушка носит их, как другие носят украшения.

Незнакомка, возможно, была не старше семнадцати или восемнадцати… но… но в Адарлане взрослеют рано… Слишком рано.

Ирэн начала промывать рану, и девушка зашипела.

— Прости, — быстро сказала Ирэн. — Я использовала немного трав для обеззараживания. Я должна была предупредить.

Ирэн держала тайник с травами на всякий случай, как тому научила ее мать. На всякий случай. Даже сейчас, Ирэн не могла отвернуться от больного нищего на улице и часто шла на их кашель.

— Поверь, я прошла через гораздо худшее.

— Я верю, — ответила Ирэн. — Верю вам, я имею введу.

Эти шрамы и побои на лице говорили о многом. И объясняли капюшон. Но было ли дело в тщеславии или самосохранении?

— Как вас зовут?

— Это не твое дело, и это не имеет значения.

Ирэн прикусила язык. Конечно, это не ее дело. Она сама не назвала свое имя Нолану. Так она могла тайно путешествовать.

— Меня зовут Ирэн, — сказала она. — Ирэн Тауэрс.

Равнодушный кивок. Конечно, девушке все равно.

Затем незнакомка произнесла:

— Что дочь целителя делает в такой дыре?

Никакой доброты, никакой жалости. Просто грубое, почти скучное, любопытство.

— Я была на пути к Антике, чтобы поступить в академию целителей, но у меня закончились деньги, — Она окунула тряпку в воду, выжала ее, и возобновила обработку раны. — Я нашла здесь работу, чтобы оплатить свой проезд через океан… но я никогда не покидала континент. Предполагаю, что здесь проще. Гораздо легче.

Фырканье.

— Это место? Это конечно просто, но легко ли? Я предпочла бы голодать на улицах Антики, чем быть здесь.

Ирэн покраснела.

— Это…, — у неё не было никаких оправданий.

Девушка сверкнула на нее глазами. Они были окаймлены золотом — потрясающие. Даже сейчас, с ушибами, девушка была обворожительно красива. Как лесной пожар или летний шторм, проносящийся над заливом Оро.

— Позволь дать тебе маленький совет, — горько вымолвила девушка. — От одной работающей девушки другой: жизнь нелегка, независимо от того где ты находишься. Ты будешь делать выбор, который тебе кажется правильный, а затем будешь страдать, — эти замечательные глаза замерцали. — Таким образом, если ты собираешься быть несчастной, то можешь пойти в Антику, и быть несчастной в тени Торре-Кесме.

Образованная, и возможно часто путешествующая, незнакомка знала название академии целителей, и она так правильно его произнесла.

Ирэн пожала плечами, не смея начать задавать свои вопросы. Вместо этого она сказала:

— У меня нет денег, чтобы уйти сейчас, так или иначе.

Это вышло резче, чем хотелось — резче, чем было бы разумно, учитывая, насколько смертоносна была девушка. Девушка не могла предположить, кем работала эта незнакомка, но скорее всего наемником.

— Тогда укради деньги и уходи. Твой босс заслуживает этого.

Ирэн отстранилась:

— Я не воровка.

Плутовская усмешка.

— Если ты хочешь чего-то, то иди и возьми.

Эта девушка не была подобна лесному пожару, она и есть лесной пожар. Смертоносный и неконтролируемый. И остроумный.

— Слишком многие люди верят в такие поступки, в эти дни, — рискнула сказать Ирэн. Как Адарлан. Как те наемники. — Я не хочу быть одной из них.

Ухмылка исчезла с лица девушки.

— То есть ты лучше останешься гнить здесь, но с чистой совестью?

У Ирэн не было ответа, поэтому она ничего не ответила, просто отложила тряпку и взяла баночку с мазью. Она держала ее для себя, от ушибов и царапин, которые получала во время работы, но этот порез был достаточно мал, так что она смогла пожертвовать драгоценной смесью. Она намазала рану настолько аккуратно, насколько могла. На этот раз девушка даже не поморщилась.

Через мгновение девушка спросила:

— Когда ты потеряла свою мать?

— Восемь лет назад, — ответила Ирэн не отвлекалась от раны.

— Это было трудное время для целителей на континенте, особенно для Фенхарру. Король Адарлана не оставил таких людей в живых так же, как и королевскую семью.

Ирэн посмотрела вверх. Огонь в глазах девушки превратился в палящее синие пламя. Такая ярость, подумала она с содроганием. Такой кипящий гнев. Что она пережила, чтобы ощущать такую ярость?

Она, конечно же не стала спрашивать. И незнакомка не спрашивала, откуда приехала девушка. Ирэн поняла, что ее золотая кожа и каштановые волосы достаточно говорили о том, что она из Фенхарру, если конечно же ее не выдавал небольшой акцент.

— Если тебе удастся выучиться в Торре-Кесме, — спокойно промолвила девушка, ее гнев исчез, как будто та затолкала его в глубину своей души. — Что ты сделаешь тогда?

Ирэн взяла один из чистых бинтов и начала перевязывать руку девушке. Она мечтала об этом много лет, рассматривала тысячи вариантов, в то время, когда мыла посуду и подметала полы.

— Я вернусь. Не сюда, я имею в виду, а на континент. Вернусь в Фенхарру. Здесь…. Много людей, которые нуждаются в целителе.

Последнюю часть она произнесла тихо. Она знала, девушка могла поддерживать короля Адарлана — могла доложить страже маленького города о том, что о короле плохо говорили. Ирэн видела это раньше, слишком много раз.

Но девушка смотрела на дверь, на импровизируемую задвижку, которую сделала Ирэн, в каморке, которую называла своей спальней, на поношенный плащ, висящий на гнилом стуле у противоположной стены. Это дало возможность Ирэн получше разглядеть лицо девушки. Видя, как она легко разнесла тех наемников, тот, кто побил ее, должен был быть действительно страшен.

— Ты бы действительно вернулась на этот континент — в эту Империю?

Тихое удивление в ее голосе, заставило Ирэн заглянуть незнакомке в глаза.

— Это необходимо сделать, — это все, что смогла придумать Ирэн.

Девушка ничего не ответила, и Ирэн продолжила перевязывать ей руку. Когда она закончила, девушка пожала плечами, надела рубашку и тунику, проверила руку. Когда незнакомка была всего в нескольких дюймах от неё, в маленькой, тесной спальне, Ирен чувствовала себя гораздо меньше, чем была на самом деле.

Девушка подняла свой плащ, но не надела его, делая шаг к двери.

— Я могла бы найти что-нибудь для лица, — выпалила Ирэн.

Держа руку на дверной ручке, девушка молча посмотрела через плечо.

— Это напоминание.

— Чего? Или кому? — она не должна была это произносить.

Девушка горько улыбнулась.

— Для меня.

Ирэн подумала о шрамах на теле девушки, и спросила себя, были ли они тоже напоминанием.

Молодая девушка повернулась к двери и опять остановилась.

— Останешься ты тут, или пойдешь в Антику для обучения в Торре-Кесме, или вернешься, дабы спасти мир, — размышляла она вслух. — В любом случае, тебе стоит выучить несколько приемов для самообороны.

Ирэн посмотрела на кинжалы на поясе девушки, на меч, который она не смогла бы даже поднять. Драгоценности были врезаны в рукоятку, настоящие драгоценности, мерцали в свете свечей. Девушка должна быть сказочно богата, богаче, чем Ирэн могла себе представить.

— Я не могу позволить себе оружие.

Девушка фыркнула от смеха:

— Если ты выучишь приемы, то оно тебе и не понадобится.

Селена вывела Ирэн в переулок, чтобы другие гости не услышали. Она не знала, почему предложила обучить эту девушку самообороне. Когда в последний раз, она помогла кому то, ее избили до полусмерти, в буквальном смысле.

Но подавальщица Ирэн выглядела так серьезно, говоря о помощи людям. После того как станет целителем.

Торре Кесме — каждый уважающий себя целитель знал об академии в Антике, где самые лучшие и яркие умы, могли учиться независимо от происхождения. Селена когда-то мечтала о жизни в кремовых стенах замка Торре, о прогулках по узким улочкам Антики, чтобы увидеть чудеса земли, которую никогда не видела. Но это было целую жизнь назад или же другую личность назад.

Не сейчас, конечно. И если Ирэн останется в этом богами забытом городе, то на нее наверняка попытаются напасть снова. Поэтому Селена и была здесь, проклиная свою дурацкую совесть, когда они стояли в туманном переулке.

Тела трех наемников лежали все там же и Селена заметила, как Ирен съежилась от пробегающих крыс. Крысы не тратили время впустую.

Ассасин сжала руку девушки и подняла ее вверх.

— Люди, мужчины, обычно не нападают на девушек, которые выглядят так, будто готовы драться. Они выберут тебя, потому что ты выглядишь беззащитной и уязвимой, или сочувствующей. Как правило, они будут пытаться заманить тебя такое место, где их не смогут прервать.

Глаза Ирэн расширились, ее лицо побледнело в свете факела, который Селена оставила недалеко от черного входа. Беспомощная. Что такое быть беспомощной? Как это, не уметь защитить себя? Дрожь, которая не имела никакого отношения к крысам, поедавшим тела мертвых наемников.

— Не позволяй им загнать себя в другое место, — Селена продолжила объяснять уроки, которые Бен, заместитель Аробина, когда-то преподавал ей. Она научилась самообороне, прежде чем научилась нападению или борьбе.

— Сопротивляйся достаточно, чтобы убедить их, что оно того не стоит, и наделай столько шума, сколько можешь. Однако в такой дыре как эта, я более чем уверена, что никто бы не пришел. Но ты должна была начать кричать, как будто все вокруг горит в огне — не изнасилование, не воровство, это не то от чего скрылись бы эти трусы. И если крики их не остановят, то есть несколько уловок, дабы перехитрить их. Некоторые из уливок могут заставить их упасть, словно камень, но это временно, поэтому, как только ты освободишься от нападающих, то твой главный приоритет — бежать. Ты понимаешь? Как только у тебя появится шанс, то ты должна бежать.