Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Детские остросюжетные
Показать все книги автора:
 

«Ящер страны Оз», Роберт Стайн

Здравствуйте, меня зовут Р. Л. Стайн. Вижу, вы нашли офис Ужастиков.

Позвольте задать вам вопрос. Вы когда-нибудь видели настоящую яму зыбучего песка?

А знаете что? Вы прямо сейчас в ней стоите!

Вы внезапно почувствовали, что тонете?

Слышали когда-нибудь старое выражение «пан или пропал»? Думаю, с вами вот-вот случится и то, и другое!

Ха-ха. Не волнуйтесь. Я возьму верёвку и вызволю вас. Сразу после того, как пообедаю.

Эй, никуда не уходите, хорошо?

Я шучу. Ну-ка. Давайте помогу. Заходите в мой офис.

Вижу, вам нравятся плакаты «ОСОБО ОПАСНЫХ». На них изображены самые жуткие, зловещие, страшные персонажи Ужастиков всех времён. Это ОСОБО ОПАСНЫЕ персонажи ОСОБО ОПАСНЫХ книг.

На этом плакате, что вы рассматриваете, изображён очень уродливый приятель, австралийский ящер. Мы называем его «Ящер страны Оз».

Один укус этой зубастой рептилии может навсегда изменить вашу жизнь. Что и случилось с Кейт Липтон. Однажды она подошла слишком близко, и…

Впрочем, Кейт расскажет вам, что может сделать один укус ящера. Как только вы прочтёте её историю, вы поймёте, почему Ящер страны Оз ОСОБО ОПАСЕН.

1

Меня зовут Кейт Липтон, и я лишь хочу сказать, что у меня сумасшедшие родители. Мне двенадцать, моему брату Фредди десять, и у меня такое чувство, что я в этой семье единственная взрослая.

Что я имею в виду? Ну, я даже и не знаю, с чего начать.

Наверно, я начну с фермы «Погладь Миниатюрную Лошадку». Это была недавняя замечательная идея наших родителей. И под «замечательной» я имею в виду дурацкую.

Они оба ходили на нормальную работу. Мама была учительницей в Начальной Школе Гудина на другом конце города. А папа был бухгалтером в сети аптек здесь, в Мидл Виллидж, в Пенсильвании.

Но они решили, что их работа скучная. Они насобирали денег. И однажды поделились своим грандиозным планом со мной и Фредди.

Мы вчетвером сидели за обеденным столом. Мы уже поужинали и доедали десерт — замороженный йогурт.

— Мы увольняемся с работы, — сказал папа.

Фредди прыснул йогуртом на стол.

— Вы… что?

Фредди думает, что он комик. Он считает, что прыснуть водой или молоком — очень забавно, и это делает его человеческим гейзером.

Не знаю, почему мама с папой с этим мирятся. Ну, вообще-то знаю. Они сумасшедшие.

— И что вы теперь собираетесь делать? — спросила я. Я одна здесь в здравом уме, помните?

— Мы купили двенадцать миниатюрных лошадок, — сказал папа. Мама одобрительно улыбнулась. — Мы будем продавать миниатюрных лошадок. Разводить их и продавать.

— Разве это не весело? — добавила мама.

— Весело? — сказала я.

— Мы заработаем кучу денег, — сказал папа. — Они настоящие очаровашки. Увидев такую лошадку, никто не сможет устоять.

— А где они будут жить? — спросил Фредди. — Можно мне одну в комнату?

— Мы купили для них ферму, — ответила мама.

Мы с Фредди затаили дыхание.

— То есть, мы переезжаем?

Мама покачала головой:

— Нет. Мы остаёмся в доме. Ферму мы купили для лошадей. Подождите, пока не увидите. Вы поймёте, как это будет весело.

— Каждый внесёт свой вклад и будет за ними ухаживать, — сказал папа.

— То есть нам придётся за ними прибираться? — спросила я.

Мама бросила на меня свой Недовольный Взгляд.

— Кейт, почему ты всегда так негативно настроена?

Потому что я не сумасшедшая?

— Ты в них влюбишься. Обещаю, — сказал папа.

Ну… Нам с Фредди нравились маленькие лошадки. Они милые, и очень добрые, и смешные.

Но мама с папой не смогли продать ни одной. Через три месяца у них всё ещё было двенадцать миниатюрных лошадок.

Мидл Виллидж — это довольно маленький город. И у людей на их задних дворах просто нет места миниатюрным лошадкам. У нас на углу живёт сосед со свинкой Джолли, и Джолли живёт в их доме.

Но ведь нельзя держать в доме миниатюрную лошадку. Это было бы жестоко — для всех.

И вот так они придумали кое-что другое. Они решили превратить ферму в место, где можно гладить миниатюрных лошадок.

— Мы не будем продавать этих замечательных животных, — объявил папа. — Мы будем собирать толпы народа, которые будут платить за то, чтобы погладить их и покормить.

— И для всех маленьких детей мы будет устраивать катания на мини-лошадках, — сказала мама.

Угадайте что? Этот план тоже не сработал.

Понимаете, может, вам и захочется погладить одну мини-лошадку. Это вроде как весело. Но погладив одну, вам вряд ли захочется гладить одиннадцать остальных.

В большинстве контактных зоопарков есть множество различных животных, которых можно гладить и кормить. Но у нас были только мини-лошадки. Ску-ко-ти-ща.

Люди не приходили, и мои родители почти разорились. Мы не могли себе позволить даже нашу ежегодную летнюю поездку в домик у озера. И мама сказала, что когда осенью начнётся школа, мы не будем покупать новую форму. Возможно, нам придётся довольствоваться прошлогодней.

Для меня это не проблема. Но этим летом Фредди подрос как минимум на два дюйма, и в его коротких джинсах и обтягивающих рубашках он будет выглядеть как настоящий придурок.

Затем у моих родителей появилась очередная «замечательная» идея. Благодаря ей мы все сейчас в Австралии.

И если я расскажу вам эту идею, клянусь, вы не поверите.

2

Я не хочу вот так сразу раскрывать их безумный план. Я намекну: мы пересекли полмира до Квинсленда в Австралии. Это очень далеко от Мидл Виллидж. И угадайте, чем мы занимаемся? Мы смотрим на ящериц.

Мои родители всегда были помешаны на ящерицах. У них есть целая полка книг про ящериц. В их спальной висит большая картина ящерицы, греющейся на камнях под солнцем. Они обожают программу про ящериц на канале PBS. Некоторое время они даже коллекционировали маленьких саламандр.

Австралия, по словам папы, это обитель ящериц. Наверное, там ящериц больше, чем где бы то ни было на свете.

Итак, моя тётя Лидия одолжила маме с папой денег на эту поездку. И вот мы здесь, тратим всё наше время угадайте на что? Правильно. Смотрим на ящериц.

Комик Фредди всё показывает пальцем на уродливых, шероховатых существ со словами «Эта похожа на Кейт, когда она только просыпается» или «Посмотрите на эти полные слёз глаза. Прямо как Кейт».

Он мой брат, и я его люблю. Мне просто не хватает духа сказать ему, что он не смешной.

Папа приложил к своим губам палец, показывая Фредди замолчать.

— Отнесись к этому серьёзно, — сказал он. — Мы в важном месте, и нам надо хорошенько поработать.

Важное место — это «Заповедник дикой природы в Квинсе». В Австралии очень много странных животных. Я бы хотела увидеть собаку динго, или страуса эму, или кенгуру.

Папа говорит, может, мы доберёмся до них позже. Но мы прилетели сюда с одной целью — посмотреть на ящериц.

— Это так весело, — сказала мама. Она всегда так говорит, когда видит, что мне и Фредди совсем не весело.

Не поймите меня неправильно. Мне нравится посещать такую далёкую страну. Мне просто не нравится, что мои родители могут захотеть привезти ящериц с собой в Мидл Виллидж и открыть контактный зоопарк ящериц или что-нибудь вроде того.

Мы с Фредди держались позади.

— Подойдите сюда, — поманил нас папа обеими руками. — Дома вы таких ящериц не увидите.

— Надеюсь, что нет! — воскликнул Фредди.

От ящериц нас отделял низкий проволочный забор. Они грелись на солнце, сидя на камнях или песчаном берегу узкой ленты воды.

Папа показал на ящерицу в его путеводителе:

— Видите эту? Она называется молох. Видите? У неё по всему телу торчат большие зловещие шипы.

— Фу, гадость, — сказала я.

— Я думаю, она милая, — сказал Фредди. Он засмеялся. Он знал, что последнее слово, которым можно назвать эту ящерицу, — это «милая».

— В книге написано, что в Австралии семьсот разных видов ящериц, — сказал папа. — Больше, чем где бы то ни было в мире.

— Смешной факт, — сказала мама.

Папа на неё уставился.

— Что это должно значить?

Она пожала плечами.

— А это кто? — спросила я, показывая на маленькую ящерку, поднявшую голову к солнцу.

Папа сверился с книгой:

— Это исполинская ящерица. Здесь говорится, что она очень податливая.

Фредди толкнул меня:

— Иди засунь ей в рот свой палец. Посмотрим, правда ли она податливая.

— Иди засунь ей в рот свою голову, — сказала я.

Он осклабился.

— Это вызов?

Мама натянула свою бейсбольную кепку пониже на лоб.

— Солнце печёт. — Она повернулась ко мне. — Кейт, ты можешь себе представить этих замечательных ящериц у нас дома на нашей ферме?

У меня не было шанса ответить. Вмешался папа:

— Вау. Посмотрите на эту, что идёт в нашу сторону. Видите её бороду? Это бородатая ящерица.

Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как в нашу сторону несётся ящерица. В длину она была как минимум два фута. Она один раз клацнула зубами. Ещё раз. Приближаясь к низкой ограде, она не замедлилась.

— Осторожно! — крикнул папа. — Она перепрыгнет ограду! Она собирается АТАКОВАТЬ!

3

Мы с Фредди взвизгнули и отшатнулись от ограды назад. Думаю, секунд на десять моё сердце перестало биться.

Конечно же, жуткая ящерица даже близко не подошла к забору.

Папа смеялся от души, а мама качала головой, хлопая его по плечу.

Отличная шутка.

Я же говорила, что мои родители сумасшедшие. И они как большие маленькие дети. Папа любит пугать меня и Фредди, и мы почти всегда ведёмся на его глупые шутки.

Не спрашивайте почему. Наверно, потому что он наш папа, и мы ожидаем, что он будет вести себя как взрослый.

— Нам придётся построить на ферме хороший забор, — сказал папа серьёзно. — Хорошо, что прямо посреди нашей фермы течёт ручей. Ящерицам он понравится.

— Разве ящерицы не любят жить в болоте? — спросила я. — Ты правда думаешь, что в Мидл Виллидж для них достаточно тепло?

Мама с папой моргнули. Не думаю, что они об этом подумали. У них просто рождаются эти дикие идеи.

— Зимой будем забирать ящериц в дом, — сказала мама. — У кузена Арни возле дома есть пустое складское помещение.

— Я в восторге! — воскликнул папа, улыбаясь. — Обожаю этих ящериц. Можете себе представить, какой достопримечательностью станет наша ферма ящериц? Она будет уникальна. Нигде нет ничего подобного.

— Люди будут съезжаться со всего штата, — сказала мама. — Нет. Со всей страны. О нашей ферме будут писать на сайтах для путешественников и в путеводителях. Она будет как парк «СиУорлд» с касатками или вроде того.

Люблю их энтузиазм. Они так радуются своим планам. Ненавижу возвращать их на землю своими практическими вопросами.

— Разве можно купить ящериц в Австралии и привезти их в нашу страну? — спросила я.

Папа покачал головой:

— Это заповедник дикой природы. Они не продают животных. Нам придётся обратится в компанию экспортёров. Нужно будет заполнить множество документов. Это может занять какое-то время, но…

На середине предложения папа замолчал. Внезапно он закрыл глаза. Он сморщил нос. Его рот открылся и он громко чихнул. И ещё раз. И ещё раз, так что содрогнулось всё его тело.

Нет. У моего папы не было аллергии на ящериц. У него случился очередной странный припадок чихания.

Мама, Фредди и я отошли назад и наблюдали. Но мы не были напуганы или вроде того. У него постоянно случаются эти дикие приступы чихания.

Это смешно. Бедняга чихает по восемь, а то и по десять раз подряд, пока его лицо не покраснеет и он не может передохнуть. Прекращается всё так же внезапно, как и начинается.

Доктор Уилкинсон не может это объяснить. Он отправлял папу сдать тесты в центр здоровья при университете. И там тоже никто не смог это объяснить. Ему сказали, что это не опасно. Вообще-то, из-за этого мы с Фредди всегда смеёмся.

Папа чихнул ещё несколько раз и протёр лицо салфеткой.

— Барри, ты пугаешь ящериц! — воскликнула мама.

— Простите.

Мы обернулись и увидели, что сзади нас стоит мужчина постарше. У него были яркие голубые глаза и короткая, белая щетина на морщинистом лице. Он был одет в белый костюм, а на его лоб была натянута широкополая соломенная шляпа.

— Я не мог не услышать… — сказал он.

— Мой приступ чихания? — сказал папа. — Это не страшно. Часто случается.

Мужчина приподнял шляпу со лба. На его бледном лице осталась красная полоска. Его голубые глаза пристально изучали папу.

— Нет. Вы меня не поняли. Я слышал ваш разговор о покупке ящериц.

— Вы работаете на заповедник дикой природы? — спросила его мама.

— Уже нет, — сказал он. — Но думаю, у меня для вас кое-что есть. Ящерица, которая может вас заинтересовать. Кое-что очень редкое и очень особенное.

Мама и папа переглянулись.

— Можно посмотреть? — спросила мама.

Мужчина кивнул.

— Да. Идёмте.

Мы направились по дороге, ведущей к выходу.

— А эта ящерица кусается? — спросил Фредди.

По лицу мужчины расплылась странная улыбка.

— О да. Она кусается. Определённо кусается.

4

— Я доктор Клегг, — сказал старик. Он снял шляпу и повесил её на крючок на двери. Он пригладил свою гриву белых волос.

Мы проследовали за ним в его лабораторию через несколько блоков от заповедника. Пока мы шли, прямо перед нами носились белые ибисы. Это были большие птицы с длинными ногами и длинными заострёнными клювами. Они неловко ходили, будто на ходулях.

— Ибисы — голуби Австралии, — сказал нам доктор Клегг. — Смешные птицы, правда?

Стены его лаборатории были белые. От яркого потолочного света светилась вся комната. У противоположной стены я заметила ряд клеток.

— У меня есть ящер, который может вам понравиться, — сказал доктор Клегг. Он поманил нас рукой к клеткам. — Он точно станет популярен. Возможно, звездой вашей фермы ящериц.

— Вау, — выдал Фредди, когда мы подошли ближе. Мы смотрели на длинного, уродливого, зловещего зелёного ящера. По всей его спине торчали шишки, словно акульи плавники. На макушке его чешуйчатой головы торчал рог.

Когда мы подошли к клетке, ящер приподнялся. И щёлкнул двумя рядами острых зубов. Его ноздри раздувались, он уставился на нас своими жёлтыми глазами.

— Он похож на динозавра! — выпалила я.

Улыбаясь, доктор Клегг кивнул.

— Да. Существо из фильма ужасов. Только меньше. Он весит около пятидесяти футов.

— Злобная морда, — пробормотал Фредди, наклоняясь ближе к клетке.

Ящер снова щёлкнул зубами. Он покачивал из стороны в сторону длинным бугристым хвостом.

— Не думаю, что о нём говорится в моей книге про ящериц, — сказал папа. — Как он называется?

— Вы не найдёте его в путеводителе, — ответил старик. — Он очень редок. Это тасманийский очковый ящер. Их осталось совсем немного, они очень ценны.

Фредди опустил лицо ближе к клетке и заглянул внутрь.

— Он какой-то злой. Чем он питается?

— Всем, чем захочет! — ответил доктор Клегг.

Секундная тишина. Затем мы поняли, что он пошутил, и рассмеялись.

Внезапно ящер начал издавать хриплый звук, похожий на «хии-хии-хии», будто он тоже смеялся.

— Вообще-то, он будет рад диете из светлячков, — сказал доктор Клегг. — Выглядит он свирепо, но не большой любитель мяса. И эти ящеры довольно застенчивы — если их не провоцировать.

Сзади послышался грохот. Я развернулась и увидела девушку в светло-голубом костюме. Она стояла возле упавшей груды металлических подносов.

— Простите, доктор Клегг, — сказала она, краснея, и наклонилась поднять подносы.

— Ничего, мисс Моррис, — сказал он. — Эти подносы для образцов скользкие.

Он повернулся обратно к нам.

— Мисс Моррис моя ассистентка. Не знаю, что бы я без неё делал.

Я взглянула на неё ещё раз. К моему удивлению мне показалось, что она подаёт мне сигнал, подзывает меня одной рукой.

Когда доктор Клегг обернулся, она быстро принялась собирать подносы.

Доктор Клегг слегка стукнул по верхушке деревянной клетки.

— За этим ящером очень легко ухаживать, — сказал он моим родителям. — Полагаю, вы живёте в довольно тёплом месте? На вашей ферме есть вода, чтобы ящеры пили и купались?

Мама с папой кивнули.

— Если ему не нужна постоянная жара, в Мидл Виллидж он будет в порядке, — сказала мама.

Папа моргнул. Я поняла, что его внезапно посетила мысль.

— Вы хотите продать нам этого ящера, доктор Клегг?

На лице старика расплылась едва заметная улыбка, слегка сморщившая его щёки.

— Я хочу продать вам кое-что получше, — сказал он.

5

Доктор Клегг подошёл к своей ассистентке и дал ей какие-то указания. Она кивнула и вышла из комнаты, обеими руками неся гору подносов.

— Как думаете, мне можно принести ящера в школу? — спросил Фредди у мамы с папой. — Представляете, как было бы классно?

Папа рассмеялся.

— Посмотри на эту страшную морду. Ты хочешь напугать всех до смерти?

— Да, — ответил Фредди.

Мама с папой такие чудные, что они, возможно, разрешили бы Фредди взять в школу ящера на поводке или вроде того. Я знала, что нужно вставить слово.

— Ящеру там будет очень страшно, — сказала я Фредди. — Он может обезуметь, или у него случится сердечный приступ.

И тут я подумала об Адель Бендер, девочке из школы, которая притворялась моей подругой. Она во всём старалась быть первой, любой ценой. Для неё всё было соревнованием. И она всегда отчаянно пыталась стать лучше меня.

Она всегда хотела знать, сколько баллов я набрала в каждом тесте, чтобы понять, выиграла она или нет. А на уроках тенниса она гасила мяч. То есть, она так сильно его отбивала в мою сторону, будто мы играли в выбивалы, а не в теннис.

В прошлом году я пригласила на день рождения двенадцать ребят. А она пригласила четырнадцать. Понимаете? С Адель всё — сплошное соревнование.

Я представила себе её лицо, если бы я пришла в школу с этим прекрасным, странным и ценным ящером. Я привлекла бы к себе столько внимания, что она умерла бы. Ха-ха.

Я всё ещё думала об Адель, когда мисс Моррис вернулась в комнату. Обеими руками она несла маленькую стеклянную коробку.

Аккуратно она передала эту коробку доктору Клеггу. И снова мне показалось, что она подаёт мне сигнал, в этот раз глазами.

Доктор Клегг поднёс нам коробку. В своей клетке тасманийский очковый ящер опустил голову и закрыл жёлтые глаза.

— Это лучше, чем продавать вам взрослую ящерицу, — сказал старик. Он приподнял стеклянную коробку, и внутри я увидела бледное белое яйцо. — Прежде всего, вам будет удобнее пронести его в самолёт и на таможне.

Мы все подозрительно прищурились.

— Это яйцо ящера? — спросил Фредди.

Доктор Клегг кивнул.

— Его выводят за несколько недель. Я могу вас полностью проинструктировать. На данный момент это единственное яйцо. Но я готов его вам продать, чтобы вы начали свою коллекцию ящериц.

Мама с папой глазели на яйцо с широко раскрытыми глазами. Они и правда напоминают детей, когда вот так чему-то воодушевляются.

— Тасманийский очковый ящер может сделать нам знаменитыми! — воскликнул папа.

Наконец, мама задала разумный вопрос:

— Во сколько он нам обойдётся?

Доктор Клегг снова загадочно улыбнулся:

— Мы это обсудим, — сказал он. — Уверен, мы сможем договориться.

У меня в голове пронеслось миллион мыслей. Разве не должны мои родители узнать побольше об этой ящерице? И о докторе Клегге? Хотя бы погуглить о нём?

Они правда думают, что могут просто пронести яйцо ящера на борт самолёта? Разве у них не будет проблем с охраной аэропорта?

Интересно, хоть один из этих вопросов пришёл им в голову, когда они так восхищённо смотрели на маленькой яйцо?

Я отошла в сторону, пока трое взрослых обсуждали цену. Мисс Моррис стояла в тени у двери в соседнюю комнату. Она быстро мне помахала. — Сюда. Иди сюда, — прошептала она.

Я немного помедлила. Затем подошла к ней.

Она схватила меня за запястье.

— Послушай меня, — зашептала она, не спуская глаз с доктора Клегга. — Не берите это яйцо. Я предупреждаю. Не берите это яйцо.

6

— По-почему? — запиналась я.

Но внезапно её глаза расширились от страха. Я обернулась и увидела, что на нас смотрит доктор Клегг. А когда я обернулась обратно, мисс Моррис уже исчезла в соседней комнате.

Я видела, как доктор Клегг пожимал руку сначала моей маме, затем папе. Мне не нужно было слышать новости. Я поняла, что они договорились. И я знала, что моя семья — гордые владельцы яйца, из которого вылупится тасманийский очковый ящер.

Мама с папой выглядели такими счастливыми, я думала, что лицо их могут взорваться. То есть, из-за их ликующих улыбок они выглядели как дети, которым только что сказали, что они едут в Диснейленд или что они выиграли миллион.

Я тоже хотела радоваться яйцу с ящером. Но мисс Моррис всё испортила. Я уверена, что она говорила серьёзно. Это была не глупая шутка.

Если бы только она объяснила своё предостережение.

Фредди присел на пол у клетки с ящером. Он засунул в клетку палец и погладил спящего ящера по макушке.

— Эй, он тёплый, — объявил он. — Обычно ящеры холодные.

— Ты прав, — сказал доктор Клегг. — Ящерицы — холоднокровные. Это значит, что они зависят от температуры окружающей среды. Поэтому они проводят много времени, греясь на солнце.

Он достал маленький блокнот и сделал для себя пометку.

— Как только вы доберётесь домой, я вышлю вам полное исследование тасманийского очкового ящера. Также я оставлю вам свой номер. Между Австралией и Америкой огромная разница во времени, но вы можете звонить в любое время дня по любым вопросам и проблемам.

Папа поднёс стеклянную коробку к лицу и поглядел на яйцо.

— Это будет очень кстати, — сказал он. — Я не знаю, как вас отблагодарить, мистер Клегг.

— Что ж, оставайтесь на связи, — сказал старик, провожая нас к двери. — И как только это маленькое создание вылупится, жду от вас фотографий.

И мы оказались снова на улице. Мама с папой без умолку говорили, как нам повезло и как ферма ящериц станет успешной.

Мама поставила яйцо в сумку и, пока мы возвращались в отель, несла её аккуратно перед собой обеими руками.

Той ночью мне приснился сон, что я стою в продуктовом магазине, где продают одни только яйца. Кругом высокие стеллажи яиц — сотен яиц. И я стояла с тележкой и ждала. Я ждала, пока из яиц кто-нибудь вылупится. Но этого не произошло. Ничего не случилось. И я проснулась с чувством разочарования и недовольства.

Обычно я не запоминаю такие скучные сны. Но этот я запомнила.

И я думала о нём в аэропорту Сиднея при посадке на самолёт. Мама сидела в ряду позади. Папа сел между мной и Фредди и держал коробку с яйцом на коленях. Он не хотел упускать его из виду.

Папа помог Фредди пристегнуть ремень безопасности.

— Знаете, Австралию частенько называют страной Оз, — сказал он нам. — Потому что аббревиатуры страны — AUS. И здесь произносится она как «Оз».