Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Мистика
Показать все книги автора:
 

«Вкус ночи», Роберт Стайн

Сьюзен Лурье,

все еще опасной по прошествии стольких лет.

Часть первая

ИЮЛЬ

Глава 1

Моя сестра — вампир

Когда Дестини Уэллер свернула на шоссе Коллинза, начал накрапывать дождь. Она вглядывалась в лобовое стекло сквозь крохотные, поблескивающие капли воды, одновременно прижимая к уху сотовый телефон.

— По ходу, сейчас ливанет, — проговорила она, глядя на низко нависшие черные тучи. — Я правда никуда не хочу сегодня ходить, Ана-Ли.

На другом конце линии ее подруга Ана-Ли Мэй издала разочарованный возглас.

— Понимаю, Ди, тебе тяжело. Но лето, знаешь ли, пролетит быстро. Ты должна попробовать ну хоть чуточку развеселиться.

Развеселиться? Как она может говорить о веселье?

Дестини включила фары. Дворники оставили на лобовом стекле мутный мазок. Она все время забывала сменить щетки.

Трудно думать о столь обыденных вещах.

— Ты меня здорово поддерживала, — сказала она. — Я имею в виду, все лето. Ты единственная, кто узнал правду о Ливви. Ну, кроме папы и Майки. И Ари, разумеется. И ты была… ОЙ! — внезапно вскрикнула она. Сотовый телефон выпал у нее из руки, когда она с силой ударила по тормозам. Ее маленький, серебристо-серый «Сивик» пошел юзом по мокрой мостовой.

Испуганная визгом покрышек, девушка на тротуаре обернулась. Ее лицо стало отчетливо видно.

Дестини охнула. Нет. Опять ошибка.

Позади просигналил автомобиль. С колотящимся сердцем, она поставила ногу на педаль газа и нащупала сотовый телефон.

На другом конце линии она слышала встревоженный голос Аны-Ли.

— Что случилось? Ди? Ты в порядке?

— Извини. — Она наклонилась вперед, чтобы поглядеть в мутное лобовое стекло. Дождь забарабанил сильнее. — Я все время теряю голову. Как увижу девушку с длинными светлыми волосами, так кажется, что это Ливви.

— Вот почему я считаю, что тебе нужно развеяться, — сказала Ана-Ли. — Ну правда, давай развлечемся. В клуб сходим, что ли. Напляшемся до упаду. Может, подцепим клевых парней. Это отвлечет тебя от… всего вот этого.

— Как от такого можно отвлечься?!

Она не собиралась кричать, но слова вырвались у нее именно так — пронзительно, на крике.

— Ана-Ли, моя сестра-близняшка — ВАМПИР! Ночами она летает по округе, охотится, питается горячей кровью, убивает — живых существ убивает! Я… я не знаю, что она делает. Я не видела ее уже месяц! Ты хоть понимаешь, что она сделала с моей семьей? С моим папой? С моим бедным братом?!

— Да, конечно, Ди, я понимаю. Не нужно на меня кричать. Я…

— Я никак не могу отвлечься, — продолжала Дестини. Она резко повернула направо, колеса снова забуксовали. Она едва не пропустила нужный поворот. — Я думаю о Ливви все время. И о Россе тоже. Я до сих пор не могу поверить, что он улетел вместе с ней. Ана-Ли, я… я хочу увидеть Ливви. Я хочу просто ее обнять. Я понимаю, что это невозможно, но я хочу попросить ее к нам вернуться.

На другом конце линии повисла тишина.

— Ана-Ли? Ты еще там?

— Угу. Я просто не знаю, что сказать. Понимаешь, я сбита с толку. Йель ведь довольно далеко отсюда. Я думала, за то малое время, что нам осталось…

Дестини въехала на парковку перед знакомым невысоким зданием из красного кирпича. Дождь приутих. Дворники оставляли на стекле мутные серые пятна.

«Вот так для меня проходят все эти дни, — с горечью подумала Дестини. — Будто в сплошном темном пятне».

— Послушай, Ана-Ли. Мне пора. Я на месте, у папиного офиса. Мне нужно его забрать, а то у него внедорожник опять накрылся. Он совсем за ним не следит. — Она вздохнула. — Он последнее время вообще ни за чем не следит. Лишь торчит у себя на работе по двадцать часов в сутки. А домой возвращается совершенно разбитый, даже говорить не в состоянии.

— Прости, — пробормотала Ана-Ли.

— Нет, это ты меня прости, — сказала Дестини. — Это я тебя уже в сотый раз всем этим гружу. Правда, прости. Может, я перезвоню попозже?

— Да. Конечно.

Она отключила телефон и бросила его в сумочку. Потом тяжело вздохнула, погляделась в зеркальце, поправила короткие светлые волосы.

«Ана-Ли очень хорошая», — подумала она. Она всегда была замечательной подругой. После той ужасной ночи, когда Ливви и Росс избрали для себя вечную жизнь, жизнь вампиров… Ана-Ли всегда находилась рядом, готовая поддержать.

Она вылезла из машины и посмотрела на вывеску над стеклянной дверью: «ВЕТЕРИНАРНАЯ КЛИНИКА УЭЛЛЕРА». Да, ее отец по-прежнему пользовал больных кошек и собак, стерилизовал и кастрировал их, делал им рентгеновские снимки, вымывал из их шерсти блох и накладывал гипс на их сломанные кости. Однако большую часть времени он проводил в своей лаборатории, штудируя старые книги, смешивая химикаты и выводя бесконечные уравнения в поисках лекарства от вампиризма.

Дестини прошла через ярко освещенную комнату ожидания, пустую и тихую, если не считать глухого бульканья пузырьков в аквариуме у стены.

— Эй, пап, ты готов? — Ее голос эхом разнесся по коридору, когда она проходила мимо пустой смотровой.

— Папа?

Она нашла его в лаборатории; окруженный темнотой, он стоял в конусе света от потолочной лампы, склонившись над рабочим столом. Свет отражался в его очках. Поначалу он словно и не услышал, как она вошла.

— Папа? Я уже тут.

К ее удивлению, по щекам его бежали слезы. Он смял в руке газету, потом вдруг яростно разорвал ее пополам и швырнул обрывки на пол.

— Папа?..

Доктор Уэллер повернулся к Дестини, лицо его раскраснелось, глаза скрывались за блеском очков.

— Боюсь, у меня очень плохие новости, — проговорил он.

Глава 2

Сможешь ли ты убить родную дочь?

Дыхание застряло у Дестини в горле.

— Папа, что такое? — наконец выдавила она. Быстрым шагом она пересекла комнату и встала по другую сторону стола, под яркий белый свет.

Он покачал головой.

— Дело в моей работе. Она ни к чему не привела. Я не ближе к решению, чем в прошлом году.

Дестини обеими руками вцепилась в металлический край стола.

— Но ты продолжишь поиски, верно, папа? В смысле, ты же не сложишь руки, верно?

Его бледно-голубые глаза смотрели на нее из-за стекол очков, густые седые брови выгнулись дугой.

— Не знаю, сколько времени у меня есть. — Он понизил голос до шепота. Его глаза не отрывались от Дестини. — Я нахожусь под большим давлением.

— Под каким давлением? Пап, я не понимаю.

Он обошел стол и обнял ее рукою за плечи.

— Под большим. — Он коротко обнял ее, после чего препроводил в свой маленький кабинет возле лаборатории. Там он тяжело уселся за стол, пригладил клок седых волос на макушке. Дестини стояла, напряженная, перед столом, скрестив руки на груди.

— Ты же понимаешь, я вынужден исполнять сразу две роли, — произнес доктор Уэллер, глядя на нее. — Я Исцелитель, человек, возвращающий вампиров-неофитов к нормальной жизни, при условии, что они окончательно не стали вампирами…

«Я это прекрасно знаю, — с дрожью подумала Дестини. — Нет нужды напоминать, папа. Ты и меня исцелил, помнишь? Я была укушена, как и Ливви. Но ты исцелил меня, и теперь со мною все хорошо, совершенно нормально. Ну а Ливви…»

— …И к тому же я еще и Охотник, — продолжал отец, сбив ход ее мыслей. — После того, как твоя мать умерла… покончила с собой… я… я… я поклялся убить столько вампиров, сколько смогу. Чтобы избавить Темные Родники от этой… этой поганой чумы.

Он потер подбородок. Дестини обратила внимание, что он не брился как минимум день, а то и два.

— Две мои роли… лечить и убивать… не всегда удается совмещать.

— Что ты имеешь в виду, папа? — Дестини опустилась в деревянное кресло напротив стола. — Что происходит?

— Я изо всех сил трудился над лекарством, — сказал он. — Понимаешь? Лекарством для Ливви. Ну и для Росса. И для других вампиров, кто захотел бы излечиться. И я совершенно забыл о своих обязанностях охотника.

Дестини подалась вперед, сцепив руки на коленях. Все ее мышцы напряглись, когда отец продолжил:

— Вампиры в нашем городе… они становятся все опаснее. Их развелось слишком много. Люди начинают догадываться…

Дестини сглотнула.

— Это из-за парочки, что убили в Миллертонских лесах на той неделе?

Доктор Уэллер кивнул.

— Полиции пока удается держать все в тайне. Жители Темных Родников не знают о вампирах. Как большинство твоих друзей не знает про Ливви. Все думают, что Ливви и Росс вместе сбежали из дома. Они… они не знают правды.

Дестини кивнула.

— Только Ана-Ли. И Ари знал, потому что был там в ту ночь. Больше никто.

Доктор Уэллер нахмурился, лоб его пересекли глубокие морщины.

— Так вот, люди начинают задавать вопросы. Полицию донимают звонками. Мэр Хэмбрик с перепугу тоже кое-куда позвонил. Он хочет, чтобы губернатор вызвал в город подразделения Национальной Гвардии. Я не могу этого допустить. Погибнет слишком много ни в чем не повинных людей.

— Что же ты собираешься делать? — спросила Дестини.

— У меня нет выбора. Я должен снова собрать Охотников. Придется устроить облаву и истребить как можно больше вампиров.

Дестини пронзительно вскрикнула.

— Истребить?

Ей вдруг представилась Ливви… Ливви до того, как все это произошло… когда их мать еще была жива. Ливви в сексуальном красном платье на бретельках, в котором она пришла на весенние танцы в прошлом году. Ее сияющие волосы, каскадом ниспадающие на оголенную спину. Ярко-алая губная помада… сверкающие сережки… ее улыбка…

Дестини вздрогнула и отогнала от себя этот образ.

— Не можешь же ты так просто пойти убивать вампиров, — сказала она. — Как ты их найдешь?

Доктор Уэллер склонился над столом и взял Дестини за руки.

— Напротив студгородка, на другой стороне реки, есть заброшенное здание. Предполагалось, что это будет общежитие для учащихся колледжа. Но строительная компания обанкротилась, и здание так и не было достроено.

Дестини сощурилась на него:

— И…?

— Мы полагаем, что как минимум несколько вампиров им пользуются. Спят там в течение дня. Заселили пустые комнаты. Я соберу Охотников. Мы пойдем туда. Проникнем в здание и перебьем их столько, сколько сумеем.

Дестини резко высвободила руки. Вскочила.

— Когда? Когда вы это собираетесь делать?

— Через две недели, после очередного полнолуния.

Дестини сглотнула, у нее вдруг пересохло в горле.

— Две недели!

Он кивнул.

— Да. Мы придем на рассвете, когда они все уснут. Хотел тебя предупредить. Я к тому, что если со мной что-нибудь случится… — Его голос сорвался.

— Но, папа… — Дестини поняла, что ее трясет. — Как же Ливви? Что если Ливви тоже живет в этом доме? Ты… ты же не можешь убить родную дочь. Ты же не можешь!

Доктор Уэллер всхлипнул.

— Моя дочь уже мертва.

Дестини обошла стол и схватила отца за рукав.

— Вовсе нет! Она же живая… Ты сам знаешь, что она не мертвая. Ты не можешь этого сделать. Ты не можешь убить ее… неужели можешь?

— Не знаю! — Доктор Уэллер снова обнял Дестини и крепко прижал к себе. — Не знаю. Не знаю! Если я найду Ливви там… не знаю, что я сделаю.

Глава 3

Охота на вампиров

Доктор Уэллер натянул на голову черную бейсбольную кепку и посмотрел на полную луну, опускавшуюся за горизонт и бледневшую по мере того, как начинало светать. Охотники — двадцать добровольцев, одетых в черное, в шляпах и шапках, низко надвинутых на лицо, — окружили его у входа в многоэтажное здание безмолвным кольцом.

Доктор Уэллер слышал, как где-то в вышине хлопали крылья. Он взглянул на стену из красного кирпича, на оконные проемы, темные и пустые. Перед входом громоздилась груда цементных блоков. Повсюду валялись гипсокартонные блоки всех размеров и форм, провода и катушки кабеля. Все указывало на то, что строительство было прервано задолго до того, как здание было окончено.

Тонкая дуга красного света прорезала горизонт. Охотники стояли, опершись на осиновые колья, и ждали приказа.

Доктор Уэллер глубоко вздохнул.

— Вампиры, скорее всего, сейчас спят, — произнес он, не сводя глаз с зияющих оконных проемов. — Но дело все равно может оказаться нелегким. Если они каким-то образом узнали, что мы придем…

— Ничего, мы с ними сладим, — заявил какой-то молодой человек, поднимая кол, будто копье.

— Они могли подготовить для нас ловушку, — возразил доктор Уэллер. — Необходимо предпринять все меры предосторожности. Как только мы разделимся, нужно будет поддерживать постоянную связь. Все проверили свои рации?

Некоторые пробормотали «да». Другие кивнули. Третьи полезли за передатчиками, прикрепленными к поясам.

— Убедитесь, что все они настроены на одну частоту, — продолжал Уэллер. — Если возникнет проблема, нажмите кнопку и крикните свое местоположение. Вас услышат.

Все снова кивнули. Один из мужчин на краю круга делал резкие выпады заостренным колом, словно убивая вампиров.

— Идемте, — сказал доктор Уэллер, надеясь, что никто не заметил, как по его телу пробежала дрожь. Он повернулся к зданию и рысью подбежал ко входу, поднимая на бегу кол.

Ливви? Росс? Вы там?

От мысли, что его дочь, возможно, лежит в этом заброшенном здании, мертвенно-бледная, погруженная в беспробудный сон, ему стало нехорошо. Он чувствовал, как свело мышцы гортани. Накатила волна дурноты, и на мгновение он подумал, что его сейчас вырвет.

Ливви?

О, Ливви.

Затем он очутился в темном вестибюле; здесь было прохладнее, пахло фанерой, сосновой стружкой и гипсовой пылью, и его тошнота слегка улеглась. Теперь, сосредоточившись, он видел окружающую обстановку довольно отчетливо, несмотря на очки. В тусклом свете он различил стены, облицованные плиткой лишь до половины, отверстый зев лифтовой шахты.

Внезапно он осознал, что слышит каждый шаг своих товарищей, их тяжелое дыхание, даже их мысли! По крайней мере, так ему казалось.

Все его чувства словно ожили.

«Ожили. О, я тоже хочу жить. Я не хочу умереть сегодня в логове вампиров.

В логове немертвых.

Немертвые. Моя родная дочь…»

Шлейф ярко-красного света хлынул в окна вестибюля. День отвоевывал у ночи свои права. Уэллеру казалось, что он движется во сне: цвета менялись, тьма постепенно уступала место свету.

Стараясь выбросить все эти мысли из головы, он повел охотников к лестнице. Когда они поднимались, стуча ботинками по бетонным ступеням и поднимая клубы пыли, до него донеслись стоны. Сначала тихие, но к тому моменту, как охотники вошли на первый этаж, они сделались громче.

Откуда-то из глубины коридора донесся пронзительный звериный вой. По левую руку зияли дверные проемы.

Прижимая колья к бокам, охотники рысью побежали к дверям. Доктор Уэллер включил фонарь и направил луч света на пол впереди. Он увидел груды мусора, разметанного по всему полу — вероятно, порывами ветра, задувавшего в неостекленные окна.

Что-то зашевелилось. Из-под мусора вылезло какое-то животное. Доктор Уэллер остановился, сделал знак остальным охотникам держаться позади, а сам направил луч света на существо. Это оказался жирный енот.

Зверек вразвалочку засеменил по замусоренному коридору, прочь от яркого света, сопровождаемый четырьмя детенышами, которые изо всех сил старались поспеть за ним.

Доктор Уэллер жестом велел своему отряду двигаться дальше. Перешагивая через мусор и кучи газет, они молча приближались к темным квартирам.

Дверей не было. Они слышали хриплый кашель. Громкий храп. Зловещие возгласы и стоны…

Да, они здесь.

Да, они спят.

Да, сейчас самое время.

Доктор Уэллер поднял деревянный кол и показал им вглубь коридора.

— Бей вампиров! — гаркнул он.

Глава 4

Прощай, Ливви

Он вошел в первую квартиру, правой рукой держа наперевес деревянный кол, в левой сжимая фонарь. Обвел лучом света пол. Свет остановился на фигуре, распростершейся на спине, ее руки свисали с плоского матраса.

С колотящимся сердцем доктор Уэллер подошел ближе. Перед ним лежал молодой человек, он спал, приоткрыв рот. А на подбородке его темнели пятна… багровые пятна… запекшаяся кровь. Натекла с подбородка на голую грудь.

«Он должен умереть. Выбора у меня нет. Я возьму этот грех на душу».

Тем не менее доктор Уэллер колебался. «Смогу ли я еще раз отнять человеческую жизнь?

Нет.

Не человеческую. Больше не человеческую».

Мучительный крик прервал его мысли; за ним из конца коридора донесся еще один душераздирающий вопль. Охотники нашли свои жертвы. Вампиров безжалостно истребляли.

Он положил фонарь. Обеими руками высоко поднял кол.

Новый вопль ужаса донесся из еще одной квартиры.

Молодой человек зашевелился во сне. Закрыл рот. Не открывая глаз, он слизнул запекшуюся кровь с подбородка.

С громким стоном доктор Уэллер занес кол высоко над головой и изо всех сил опустил его. Острие пробило молодому человеку грудь, и кол глубоко погрузился в его тело.

Его руки взметнулись вверх, ноги задергались. Он широко раскрыл глаза и вопль боли вдребезги разнес тишину комнаты.

Доктор Уэллер с силой вогнал кол еще глубже, сжимая его обеими руками. Глаза вампира провалились в глазницы. Руки и ноги, теперь неподвижные, начали усыхать. Порыв воздуха вырвался изо рта вампира, и больше он не шевелился.

Доктор Уэллер резким движением выдернул кол. Тот вышел легко, на его конце не осталось ни капли крови.

Уэллер подхватил фонарик и, шатаясь, выбрался обратно в коридор. Крики эхом разносились в гипсовых стенах. Крики, вопли боли и изумления, и тяжелый топот охотников, врывающихся в квартиры, чтобы расправиться со своей смертоносной добычей.

Доктор Уэллер остановился на мгновение, чтобы перевести дух. Потом нырнул в следующую квартиру, деревянный кол дрожал в его руке.

Свет заплясал по полу квартиры. Квадратный половичок в углу. Чемодан у стены. Деревянный столик, заставленный флакончиками, тюбиками и баночками с косметикой.

Доктор Уэллер сглотнул. Здесь жила женщина-вампир. Приближаясь к спальне, он ощутил внезапную слабость в ногах. Фонарь в руке налился тяжестью. Он глубоко вздохнул. Собрался с духом. Ворвался в комнату.

И увидел ее, спящую на низенькой койке.

Он узнал ее с первого взгляда. Ливви.

О нет. Ливви.

Она подстригла свои светлые волосы так же коротко, как Дестини. На ней была длинная черная ночная сорочка, спускавшаяся ниже колен. Руки ее были скрещены на груди. В дрожащем свете фонаре короткие светлые волосы мерцали вокруг бледного, умиротворенного лица.

«Я не смогу этого сделать, — подумал он. — Я дал ей жизнь. Как могу я теперь отнять ее? Я ненавижу всех вампиров. Вампиры погубили мою жену, отняли самого дорогого мне человека.

Я ненавижу их. Ненавижу всех до одного.

Но вонзить кол в тело собственной дочери? Такая задача не по силам ни одному мужчине».

В голове его проносились картины, яркие и отчетливые, словно фотоснимки. Вот Ливви совсем еще крошка. Вот Ливви и Дестини в зимних комбинезончиках лепят своего первого снеговика. Вот Ливви и ее мама делают друг другу макияж, на губах его жены блестит яркая лиловая помада, в волосах блестки…

«Ливви…

Я не могу».

Всхлипнув, он повернулся, чтобы уйти. Но остановился, когда она зашевелилась, застонала во сне.

«Она не моя дочь, — подумал он. — Это уже не Ливви. Это смертоносное существо в теле Ливви. И у меня нет выбора».

Он снова подошел к койке. Обеими руками высоко занес кол. Но в последнее мгновение передумал.

«Поцелую ее последний раз. На прощанье.

Прощай, Ливви».

Он приблизил лицо к ее щеке.

И испуганно вскрикнул, когда ее руки взметнулись вверх. Ее глаза распахнулись. Она схватила его за шею и сдавила пальцами горло.

— О-о-ох-х-х… — выдохнул он.

Она смотрела на него, а ее пальцы сжимались все сильнее, сильнее…

— НЕТ! — просипел он, пытаясь вырваться из ее хватки. — НЕТ! ЛИВВИ, ПОЖАЛУЙСТА! НЕТ!

Часть вторая

ЗА МЕСЯЦ ДО ТОГО

Глава 5

У Ливви выпускной

— Мне нравятся эти синие тени для век. Такие старомодные, — сказала Ливви. Она повернулась к двум своим новым подругам, Сьюзи и Монике. — Как смотрится?

— Потрясающе, — ответила Сьюзи. — Но погоди. У тебя помада на подбородке. — Она приложила салфетку к темному пятну на подбородке Ливви. — Вот.

— Это коричная помада или виноградная? — спросила Моника. Она отодвинула Сьюзи в сторону, чтобы получше рассмотреть Ливви. — При таком освещении толком не разобрать.

С потолка на длинном шнуре свисала обыкновенная шестидесятиваттная лампочка.

Ливви забрала у Сьюзи салфетку и промокнула губы.

— Она черная. Для ночи. Моего любимого времени суток.

Моника усмехнулась.

— И моего. Время веселья. — Она жадно облизала полные, темные губы. Потом взяла расческу и принялась расчесывать свои длинные темные волосы.

— О, это время свиданий, — добавила Сьюзи.

— Каждая ночь — это ночь свиданий, — сказала Моника, — когда ты голодна.

Ливви повернулась к Сьюзи.

— Ты с нами?

— Я считаю, выходить нужно порознь, — ответила Сьюзи. — Разведать обстановку. Поискать свежее мясцо. Понимаешь? А потом можно встретиться.

Ливви разглядывала лицо Сьюзи, невероятно бледное, почти как снег. Сьюзи была бессмертной уже очень давно, так давно, что и сама не помнила, когда ее обратили.

Как-то ночью, когда луна еще стояла высоко в небе, а три девушки уже насытились и от того были довольны и благодушны, Сьюзи поведала Ливви и Монике свою историю. Немало тягот выпало на ее долю, ей приходилось путешествовать из одного города в другой, а в мегаполисе неподалеку от Темных Родников она чуть не пала жертвой местных охотников за вампирами.

«Мытарства оставили след на ее лице», — подумала Ливви. Бледная, тонкая, словно бумага кожа обтягивала череп так туго, что скулы, казалось, вот-вот прорвут ее и высунутся наружу. Волосы были жидкие, тонкие. Руки тощие, словно рукояти от метел, пальцы костлявые, будто у скелета. Глаза глубоко ввалились в глазницы.