Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Эротика
Показать все книги автора:
 

«Идеальные партнеры», Натали Блэйк

Глава 1

Сюзи Джонс вышла из-под душа угрюмой. И причина мрачного расположения духа заключалась вовсе не в том, что она была против нового замужества матери. Диана имела право стать наконец счастливой, а Джек был славный малый. Просто их свадьба резко обрывала все связи Дианы с прошлым и соответственно с отцом Сюзи.

Но ведь нет худа без добра, философски рассудила Сюзи, обтеревшись махровым полотенцем. Раз есть кому заботиться о ее матери, можно со спокойной душой отправляться в Лондон и делать карьеру профессиональной манекенщицы. Представив свое радужное будущее, девушка улыбнулась.

Выйдя из ванной, она встала напротив большого зеркала. Нежная бледная кожа раскраснелась после душа, белокурые волосы слегка потемнели. Сюзи все нравилось в своей фигурке, кроме роста. Пять футов и восемь дюймов — это, что ни говори, маловато, чтобы стать топ-моделью. Впрочем, фотограф, снимавший ее для журнала на улице, вполне авторитетно заявил, что рост — это пустяки. Сюзи поежилась, вспомнив, как он плотоядно пялился на нее. Аккуратные розовые соски ее маленькой груди встали торчком, тело покрылось гусиной кожей, в промежности возникло подозрительное беспокойство.

Сюзи распустила волосы по плечам и, сжав ладонями упругие груди, попятилась. Гладкая стена приятно охладила разгоряченное тело. Не отрывая взгляда от своего отражения, Сюзи сползла на пол и села на ковер.

Тихонько ахнув от ощущения упругого ворса под нежными розовыми ягодицами, она раздвинула ноги и стала поглаживать подушечками пальцев росистый бугорок в промежности. Глаза ее заблестели, на щеках появился румянец.

Ей было приятно смотреть на свое обнаженное безупречное тело, любоваться его выпуклостями и впадинами. Она гордилась собственной красотой и поэтому предпочитала мастурбировать перед зеркалом, а не глядя на обложку иллюстрированных журналов с фотографиями кинозвезд или вспоминая школьных приятелей, с которыми могла бы пошалить.

Представив, что подумали бы деревенские ухажеры, увидев ее за нынешним занятием, Сюзи надменно усмехнулась: наверняка от их наигранного безразличия не осталось бы и следа.

Пронизанная сладострастием, она согнула ноги в коленях и, затаив дыхание, стала смотреть на сердцевину источника своего наслаждения — жемчужный клитор, похожий на маленький язычок, глянцевые складки половых губ, пурпурное преддверие влагалища.

Медленно и благоговейно она провела пальчиком по краю срамных губ и тихонько охнула от удовольствия. В месте соединения складок наружных и внутренних половых губ возникла легкая пульсация. Сюзи обвела пальцем основание клитора — он тотчас же набух и высунулся наружу. Сюзи начала тереть его сильнее, и волны райского блаженства побежали по ее телу. Она часто задышала и, зажмурившись, принялась изо всех сил тереть трепещущий червячок. Все остальное произошло очень быстро: наступил долгожданный экстаз.

По ногам от промежности растеклось блаженное тепло, мышцы влагалища начали сокращаться. Она обожала это мгновение и нередко проверяла себя, оттягивая ослепительный оргазм. Балансируя на зыбкой грани, Сюзи ощущала себя опытной женщиной, хозяйкой своего тела. Ей нравилось обращаться с ним как с музыкальным инструментом, наращивать темп и мощь звучания, доводя его постепенно до пронзительного крещендо.

Эмоции захлестнули Сюзи, она с радостью утонула в буре чувств и начала тереть клитор самозабвенно и даже исступленно. Ее взор затуманился, вихрь ощущений завертел ее и втянул в водоворот неописуемого наслаждения, вынырнув из которого она куда-то уплыла, подхваченная потоком удовлетворения.

Пронизанное золотистым светом, тело вдруг стало легким, как пушинка. Каждая клетка дрожала, как былинка. Сюзи закинула голову назад и томно, с удовольствием вздохнула. Сладкая истома наполнила все ее члены. Из нирваны ее вернул в земную суету громкий голос Дианы:

— Сюзи! Сюзи, ты встала?

Девушка вздрогнула, вскочила на ноги и накинула на плечи халат. Стараясь не выдать голосом волнения, она отозвалась:

— Да, я уже вышла из ванной! Сейчас одеваюсь. А в чем дело, мама? — Голос звучал на удивление спокойно, и Сюзи расплылась в самодовольной улыбке.

— Завтрак на столе! Спускайся немедленно. Скоро придет Риордан, в твоем распоряжении всего полчаса.

Сюзи ухмыльнулась, любуясь своим отражением.

— Лечу, мама! — Она застегнула халатик и вышла из комнаты.

 

— Если вдуматься в суть этой затеи, то выглядит она весьма неприятно. Я имею в виду, что уж если они поженятся, им придется заниматься этим регулярно! Бр-р, какая мерзость!

Риордан театрально вздрогнула, отчего ее пухлое тело задрожало, как пудинг.

— Ведь для твоей матушки это будет внове… То есть я хочу сказать, она этим уже давно не интересовалась, с тех пор как ушел твой отец… Или я не права?

Толстушка покосилась на Сюзи, сообразив, что зашла чересчур далеко. Но подружке было явно все равно, что она болтает: Сюзи никак не могла подобрать губную помаду под цвет своего платья. Она тщательно вытерла влажной салфеткой губы, облизнула их и взяла другой тюбик. Присутствия Риордан в своей спальне она словно бы не замечала. Толстушка привыкла к странностям Сюзи и не обижалась: ведь другой такой красавицы не было во всей округе! А в скором времени Сюзи вообще собиралась уехать в Лондон, чтобы стать звездой подиума и журналов мод. Так что Риордан и не рассчитывала ни на что, кроме подобия дружбы.

— Сколько лет твоей маме? — спросила она.

Сложив губы бантиком, Сюзи нахмурилась: она пробовала уже седьмой оттенок, но так и не подобрала нужный, такой, чтобы он соответствовал бледно-розовому цвету наряда подружки невесты. Тяжело вздохнув, Сюзи наконец ответила:

— Сорок два!

— Сорок два года? Бедняжка! Как тяжело, должно быть, исполнять супружеские обязанности в этом возрасте.

Сюзи изумленно взглянула на подругу:

— Послушай, а ведь ты права! Мне это просто не приходило в голову!

Риордан захихикала и окончательно осмелела:

— А твой будущий отчим весьма симпатичный мужчина. А какой милый у него канадский акцент! Я бы с удовольствием подставила ему ушко, чтобы он пророкотал мне пару комплиментов…

Сюзи раздраженно поморщилась.

— Значит, его сын тебе тоже понравится, — сказала она безразличным тоном, любуясь своим отражением.

Риордан села на кровать, почувствовав дрожь в коленях, и, сгорая от любопытства, спросила:

— А как его зовут? Ты его видела? Что ты почувствовала, узнав, что у тебя появится сводный брат? Ну отвечай же, Сюзи!

Риордан обожала говорить о мужчинах, она была очень похотлива, но успешно скрывала это за скромной внешностью.

Пустая болтовня подружки бесила Сюзи: разве трудно понять, что нельзя отвлекать человека, занятого серьезным делом? Вот глупая корова! Сюзи недовольно фыркнула.

— Его зовут Адам, — все-таки ответила она. — Но мне он абсолютно безразличен, просто сын Джека, приехавший из Канады. И братом он для меня никогда не станет.

— Разве он не собирается обосноваться на вашей ферме?

— Ну и что? Ему сам Бог велел копаться в земле, ведь он выпускник сельскохозяйственного колледжа. А Джеку нужен помощник. Мне лично до этого нет дела, я уезжаю в Лондон!

Риордан остолбенела: выйди ее матушка за импозантного канадца, имеющего взрослого сына, она бы не оставила сводного братца без внимания!

— Как дела, девочки? — раздался звонкий голос Дианы.

Девушки обернулись. Благоухая духами «Анаис-Анаис», в спальню вплыла Диана, мать Сюзи. Одного взгляда на эту даму было достаточно, чтобы сообразить, в кого пошла дочь красотой Высокая и стройная, Диана в свои сорок два года выглядела на тридцать. Ее ухоженное лицо поражало гладкостью и белизной кожи. Одетая в цветастое платье без пояса и с рукавом-колоколом, с искусным макияжем и оригинальной прической, она больше походила на элегантную светскую даму из Лондона, чем на невесту фермера.

Риордан раскрыла рот от восхищения.

Сюзи надула губки и капризно воскликнула:

— К этому дурацкому розовому платью не подходит ни одна моя губная помада, мама! Даже не знаю, что мне делать!

Диана снисходительно улыбнулась и, окинув взглядом разбросанные по столику тюбики, выбрала нужный и протянула дочери.

— Согласись, моя прелесть, что не каждой выпадает честь выступать в роли подружки невесты на свадьбе у собственной матери. Это платье тебе к лицу. Накрась быстренько губки и постарайся не донимать меня капризами хотя бы сегодня! Я не так уж часто выхожу замуж.

Сюзи благоразумно промолчала и даже изобразила подобие улыбки. Успокоившись, Диана обернулась к ее подружке:

— Ты смотришься весьма неплохо, Риордан! Спасибо тебе за то, что согласилась быть моей подружкой на церемонии. По-моему, твоя мать уже ждет тебя внизу с видеокамерой.

Риордан зарделась и выбежала из комнаты.

— В этом наряде она напоминает мне аппетитного жареного поросенка, — хихикнув, сказала Сюзи, как только захлопнулась дверь.

— Не будь такой злюкой, дочка! Вы ведь с ней старые подруги!

Сюзи раздраженно передернула плечами:

— Поэтому-то я и считаю себя вправе говорить о ней то, что думаю, мама! К тому же вряд ли мы с ней будем часто встречаться, когда я перееду жить в Лондон.

Диана поморщилась — в последнее время дочь прожужжала ей все уши этим Лондоном.

— Не слишком ли торопишься, доченька? Мы с Джеком были бы рады, если бы ты поступила в университет, а пока пожила бы с нами на ферме…

— Нет, мама! — взвизгнула, покраснев, Сюзи. — Я не собираюсь никуда поступать! Мне восемнадцать лет, я стройна и красива и могу стать топ-моделью. Не всякую девчонку остановит на улице Кардиффа знаменитый фотограф из журнала мод! Мне чертовски повезло, и я не упущу своего шанса стать звездой.

— Успокойся, милая, все так. Но ведь нам почти ничего не известно о твоем новом покровителе! Если бы не моя свадьба, я лично отправилась бы в Лондон и навела там о нем справки.

— Замолчи, мама! Мне лучше знать, как жить, я не маленькая, могу сама позаботиться о себе.

Сюзи расправила складки розового платья и вздернула подбородок.

Диана окинула ладную фигурку дочери и подумала, что дочь права хотя бы в одном: она вполне сформировалась.

 

Тем временем внизу полным ходом шли приготовления к банкету. Свадебная церемония должна была состояться в храме, но застолье решено было организовать в саду возле дома.

Джек Коркоран окинул оценивающим взглядом большой шатер, установленный в саду, и воскликнул:

— Это торжество нанесло ощутимый удар по бюджету Дианы!

Целая маленькая армия специально приглашенных работников хлопотала вокруг раздвижных столов, накрывая их льняными скатертями и сервируя фарфоровой и хрустальной посудой и столовым серебром. Две девушки-цветочницы украшали букетами шатер. Буфетчик из местного паба, суетившийся в углу за стойкой, приветливо улыбнулся проходящему мимо него жениху.

— Пиво отменное, Джек! Можешь быть уверен, что праздник удастся на славу! — жизнерадостно воскликнул он, не сомневаясь, что настроение гостей зависит исключительно от качества горячительных напитков.

Джек улыбнулся в ответ и помахал в знак приветствия подружке Дианы Шерил — она отвечала за организацию всего мероприятия. Глаза Шерил радостно заблестели, и Джек поспешил ретироваться, зная по горькому опыту, что разговор с этой дамой может затянуться на добрых полчаса.

Выйдя из свадебного шатра, он взглянул на часы. До церемонии бракосочетания оставался час, но Адам до сих пор не объявился. Самое удивительное, что сын даже не сообщил, когда его самолет прилетает в аэропорт. Не знала, каким рейсом он вылетал, и бывшая супруга Джека, которой он накануне позвонил.

Джек до сих пор не был уверен, что поступил правильно, попросив Адама перебраться в Англию. Но без помощника ферму ему не поднять. Джек прошел по дорожке на лужайку и окинул взглядом обширные владения Дианы.

Ее бывший муж сильно запустил хозяйство. Требовалось вложить в ферму немало знаний и труда, чтобы она начала приносить доход. Неплохая практика для выпускника сельскохозяйственного колледжа! Адам мог бы сразу ответить отказом, но он с радостью согласился приехать на свадьбу и остаться жить на ферме. С его матерью Валерией Джек развелся лет десять назад. Все последовавшие годы Адам жил с ней и ее новым супругом — зубным врачом. Теперь, после долгой разлуки, Джек с волнением ожидал встречи с повзрослевшим сыном.

— О чем задумался? — раздался у него за спиной мелодичный голос Дианы. — Уж не жалеешь ли, что затеял все это?

Джек обернулся и расплылся в улыбке:

— Жалею? Да я самый счастливый мужчина на всем свете! Не могу дождаться, когда мы вместе встанем перед алтарем!

Они поцеловались, не смущаясь стоящих поодаль людей.

— Ты пойдешь в церковь в восточном платье? — спросил Джек.

— А тебе оно не нравится? — Диана сделала возмущенное лицо.

— Напротив, я в восторге. Ты могла бы прийти на свадебную церемонию и в простой рогожке: все равно ты самая красивая женщина в мире.

Диана залилась радостным смехом:

— Ты еще не видел Сюзи. Вот кто настоящая куколка!

— Не сомневаюсь. Вы поговорили по душам?

Диана нахмурилась:

— Она упряма, как ослица, ничего не желает слушать.

— Любопытно! Интересно, в кого она пошла характером?

Сюзи нравилась Джеку, и он понимал, что перевоспитывать девчонку поздно. Ничего, она быстро поймет, что мир жесток, а она не пуп земли. Однако вслух он этого не сказал.

— Все утрясется, Диана! — Джек погладил ее по щеке.

Она улыбнулась:

— Мне тоже так кажется. — Диана с нежностью посмотрела на своего жениха.

Джеку захотелось снова обнять ее и расцеловать. Но его окликнула Шерил:

— Подойди к телефону, тебе звонит Адам!

Жених и невеста переглянулись и поспешили в дом.

Диана внимательно слушала, что отвечает Джек сыну, и удивленно подняла брови, как только он положил трубку.

— Адам обещал приехать прямо к церкви к началу церемонии. Беда с этими детьми! — вздохнул Джек. — Разве в их возрасте мы доставляли своим родителям столько хлопот? Надеюсь, что хотя бы сегодня они не преподнесут нам сюрпризов.

Диана обняла его и расцеловала в обе щеки.

— Успокойся, дорогой, сегодня — наш день, и никто нам его не сможет испортить, даже наши дети.

Сюзи внимательно наблюдала за ними, укрывшись под лестницей, и делала выводы.

 

Адам Коркоран положил трубку и обернулся. На измятой постели его номера в придорожном мотеле бесстыдно лежала обнаженная девица.

— Тебе действительно срочно необходимо уехать? — промяукала она, облизнув розовым язычком пухленькие губки.

Адам взглянул на ее дебелое тело и плотоядно улыбнулся:

— Пожалуй, я задержусь еще на полчаса!

Он томно потянулся, чувствуя начало эрекции.

Толстушка переползла на другую половину кровати и припала чувственным ртом к его соску.

Адам погладил ее по спине: кожа оказалась теплой и влажной на ощупь. Он судорожно вздохнул, почувствовав легкую боль от прикуса ее остреньких зубов. Но бархатные губки красотки смягчили неприятное ощущение, а шаловливый язычок прочертил дорожку от пупка до лобка и стал дразнить головку пениса, напрашивающуюся на поцелуй.

Знай Адам, как зовут эту блудницу, с которой он познакомился в клубе минувшей ночью, он бы попросил ее действовать решительнее. Но музыка в баре звучала настолько громко, что общаться приходилось жестами и телодвижениями. Теперь на разговоры у него не осталось времени. А потому Адам просто сжал ей голову ладонями и вложил в рот свой пенис.

Девица тотчас же деловито зачмокала и засопела.

Почувствовав приятную влагу, Адам издал сладострастный стон и, позабыв о предстоящей встрече с отцом, стал активно работать торсом. Эта прекрасная незнакомка в совершенстве владела искусством орального секса.

Сжав в кулачке мошонку, она то облизывала кончик члена, то впивалась, словно пиявка, в головку, то сосала ее, как мощная помпа. Вскоре Адам пришел в экстаз, семя переполнило яички, предстательная железа слегка заныла. И это после многократного соития на протяжении всей ночи! Адам поежился и покрылся испариной, хотя в комнате было тепло.

Взглянув на отражение в зеркале пышногрудой девицы, он подумал, что толстушки тем и хороши, что готовы полностью раскрепоститься и насладиться всем многообразием сексуальной игры. Полные девицы вытворяли чудеса в порыве страсти, вкладывая в свои бесхитростные ласки куда больше темперамента, чем худосочные красавицы манекенщицы, избалованные вниманием.

Адам не разделял общепринятого мнения, что идеальные женщины должны быть высокого роста и худые. Постные физиономии лохматых топ-моделей с пустыми глазами, красующиеся на обложках журналов мод, вызывали у него отвращение. Какой интерес стучать костями о скелеты, обтянутые кожей?

Он любовно потрепал старательную пышку по загривку, и она всосала его член целиком. Сердце Адама бешено заколотилось, он вцепился в женские плечи пальцами и, всадив член в горло по самый корешок, излил горячую сперму.

Ему было жаль, что удовольствие так быстро закончилось, но время поджимало. Оттянув за уши толстушку от пениса, он проглотил ком в горле и судорожно вздохнул.

Словно бы дразня его, девица села, скрестив по-турецки ноги и выпятив красную мокрую промежность, и призывно простонала:

— Иди ко мне! Я тебя хочу…

Адам наклонился и лизнул ее трепещущий розовый клитор. Девица завизжала, сильнее распаляя его, и он стал облизывать половые губы, наслаждаясь ароматом и вкусом их сока и просовывая язык во влагалище все глубже и глубже.

Его обдало запахом его спермы и женского секрета. Всю ночь он обильно орошал семенем эту сокровищницу удовольствия, и она заслужила благодарность. Адам нежно поцеловал преддверие влагалища и сосредоточился на клиторе. Пышнотелая красотка заохала, заахала, застонала, закатила глаза и наконец кончила, издав утробный стон, похожий на рык львицы.

Потом они поцеловались, обменявшись запахами и привкусами, которые сопровождали и возбуждали их в течение всей ночи, и крепко обнялись, понимая, что больше не встретятся. Сожаления или досады они не испытывали. Адам, полностью удовлетворенный всем случившимся с ним по дороге на отцовскую ферму, мысленно простился с душным мотелем и переключился на предстоящие ему хлопоты.

Одеваясь, он снова спросил себя: сумеет ли найти общий язык с отцом после продолжительной разлуки? Ведь теперь их отношения будут уже не такими, как прежде, когда Адам был еще ребенком. По рассказам отца он составил неплохое впечатление о Диане, но вот ее дочь Сюзи представлялась ему капризной и своенравной девчонкой. Большой любитель плотских удовольствий, Адам любил всех прекрасных представительниц противоположного пола и не упускал случая сорвать запретный плод. Но таких черт женской натуры, как черствость, эгоизм и готовность добиваться своего любым путем, он не переносил.

— Я могу задержаться здесь и принять душ? — спросила пышка, заметив, что Адам застегнул все пуговицы сорочки.

— Конечно, — улыбнулся Адам. — Номер оплачен до полудня.

Девица сладко потянулась, не стесняясь своей наготы и не помышляя о том, чтобы чем-то прикрыть ее, и снова раздвинула ноги.

— Кайф! — простонала она, запуская во влагалище руку и массируя клитор.

Влажная розовая плоть выглядела аппетитно, у Адама даже свело скулы и потекли слюнки.

— Ты ненасытна! — воскликнул он и рассыпчато расхохотался.

— Останься и сможешь проверить, так ли это! — весело подмигнув ему, сказала проказница.

Адам в последний раз взглянул на ее пальчики, то появлявшиеся, то исчезавшие в росистом набухшем лоне, и отвернулся, зная, что все равно остаться не сможет.

— Я бы с удовольствием еще побыл с тобой, но боюсь опоздать на свадьбу!

— Надеюсь, не на собственную? — вскинув брови, спросила девица.

— Нет, разумеется! — Он вновь звонко рассмеялся.

Поцеловав толстушку в последний раз, Адам вышел из номера и тотчас же навсегда забыл ее.

 

Сюзи нетерпеливо переминалась с ноги на ногу возле дверей церкви, то и дело поглядывая на викария, Диану и Риордан, стоявших неподалеку с озабоченными лицами.

— Ждем еще пять минут и уходим! — решительно сказал святой отец, посмотрев на часы.

— Спасибо, — сказала Диана, не сводя глаз с шоссе. — Ума не приложу, где он запропастился. Джек разговаривал с ним по телефону час тому назад и сказал мне, что Адам подъедет прямо к церкви. Джек огорчится, если сын нас подведет.

Викарий промолчал, пожевав губами. Сюзи и Риордан переглянулись. На площадке вновь воцарилась напряженная тишина. Диана теребила платок, который сжимала в кулаке. Риордан смотрела вдаль, улыбаясь и думая о чем-то своем, скорее всего о женихе, подумала Сюзи, или о том, как она выглядит в наряде подружки невесты. Викарий потупился, наморщив лоб, и пытался сохранять невозмутимость.

Сюзи нервно передернула плечами: какая возмутительная беспечность — опаздывать на церемонию бракосочетания! Уж если этот молодой человек вызвался быть шафером на свадьбе своего отца, он должен был прийти в церковь раньше других! Слава Богу, что сама она не дала повода для огорчения жениху и невесте. Сюзи покосилась на мать и улыбнулась.