Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Классический детектив
Показать все книги автора:
 

«Девушка с улицы Роз», Лео Мале

I

Иллюстрация к книге

Нечасто Фред Багет находился в компании только одной симпатичной особы женского пола. Обычно их вьется вокруг него целая туча. Я иногда спрашиваю себя: как он с ними со всеми управляется? Правда, он художник, «очень парижский», как принято говорить, и проживает на острове Сан-Луи, что, конечно, добавляет ему шарма. Мы знаем друг друга достаточно хорошо, и он время от времени приглашает меня к себе пропустить по стаканчику.

Я никогда не отказываюсь. Хорошо вымеренная доза поддерживает тонус, а у Фреда этого добра всегда достаточно.

Так вот, повторяю еще раз, в его ателье, словно в золотой клетке, вечно порхает стайка принаряженных красоток.

Либо они ему позируют этакой грациозной группой, либо прогуливаются по всей квартире в вечерних платьях со смелыми декольте. Фред частенько устраивает у себя вечеринки.

Но в тот февральский день, о котором пойдет речь, у него, как ни странно, была только одна молодая женщина, лежавшая на низеньком диванчике.

Не голая. Но мертвая.

Я склонился над ней.

Брюнетка лет двадцати. Под мужским поношенным плащом — простое, но отменного вкуса платье. На гладком лице с небольшой дозой косметики застыло странно умиротворенное выражение.

Фред Багет тоже был здесь, и я повернулся к нему.

Высокий, стройный, красивый сорокалетний мужчина. Элегантный и неотразимый, когда в нормальном состоянии. Только не сейчас… С физиономией, как у трупа, и весь в губной помаде.

Так как он забыл нас представить, я спросил:

— Кто она?

Фред вытаращил на меня глаза, два раза судорожно сглотнул слюну и наконец прохрипел:

— Дьявол ее знает. Кто-то привел, наверное, с собой и оставил тут.

— Как модель? Однако не помню, когда вы в последний раз писали натюрморты.

— Господи. я вами восхищаюсь, Нес! Вы еще шутите.

Я пожал плечами.

— Хорошая шутка поднимает мораль.

Он нервно огрызнулся.

— Хороший пинок поднял бы ее лучше. Послушайте, я предлагаю перейти в студию. Там еще осталось виски. Чтобы объяснить, мне нужно сначала выпить… Я хотел сказать: попытаться объяснить, потому что сам ничего не понимаю.

И он бросил взгляд, одновременно ненавидящий и испуганный, на мертвую. Мы пересекли большую комнату и по винтовой лестнице поднялись в обширное ателье, из окон которого открывался вид на Нотр-Дам де Пари.

— У меня была маленькая вечеринка, — произнес художник.

С первого взгляда я понял, что творилось вчера на маленькой вечеринке. Славненько погуляли ребята. Рядом с музыкальным центром на канапе валялись кучи раздавленных дисков; окурки самых разных калибров устилали пол вперемешку с осколками разбитых фужеров и пустыми бутылками из-под шампанского. Большой ковер был задвинут в угол наподобие половой тряпки, а картины валялись вдоль стены, одна из них оказалась залитой вином. Красивая женщина, изображенная на ней, получила свою порцию прямо на обнаженную грудь. Нестерпимо воняло табаком и алкоголем.

Фред жестом фокусника извлек из какого-то, видимо, только ему известного тайника, непочатую бутылку «Ройал Скотч» и два фужера девственной чистоты и целости. Он наполнил фужеры, выпил стоя и предложил мне сесть. Подвинув в сторону музыкально-пластиночное месиво, я уселся на канапе. Зависло тяжелое молчание.

— Вечеринка, в общем, маленькая, — повторил художник. — Я плохо помню. А после того, как увидел ее, вообще перестал соображать. Позвонил вам и все время пил. Три часа прошло, — буркнул он обиженно.

Фред позвонил в одиннадцать. Элен, моя секретарша, ответила, что в буду не раньше двух. Он позвонил в два. но так как меня все еще не было, перезвонил через десять минут — на этот раз успешно.

— Было бы очень кстати, если бы вы приехали, — попросил художник.

И вот — «очень кстати» — я нашел его в такой странной компании.

— Я все пил и думал, но никак не мог сообразить: откуда взялся труп? Наконец-то вы здесь, и теперь все будет хорошо… я надеюсь.

Он залихватски достал из глубин необъятного халата чудом не смятую сигарету и закурил. Я также лихо вытащил свою трубку и, внеся мою скромную лепту в общую дымовую завесу, сказал:

— Послушайте, Фред, не знаю даже, чем смогу быть полезен. Я бы на вашем месте вызвал врача или полицию. А лучше — их вместе. Но, учитывая, что вы до сих пор этого не сделали, а я уже «здесь», как вы сами изволили выразиться, то вывод напрашивается следующий. возможно, вам есть, что рассказать, а мне — что послушать. Не стесняйтесь! Единственная просьба — начните с самого начала.

— Нас было двенадцать человек, — начал Фред. — Я дописал картину раньше, чем предполагал, и решил слегка отметить это событие. Вы, конечно, извините меня за то, что я вас не пригласил.

— Считайте, что вы исправили свою ошибку.

— Ну-да;… Я знал почти всех гостей, но кто-нибудь обязательно приводит с собой двух-трех новеньких. После полуночи все уже было как в тумане. В четыре утра гости ушли. Но я не уверен. Как же! Все… А эта стерва? Так-так… Сообразить бы… Ага! Я проснулся в десять утра, встал с кровати и решил посмотреть, не осталось ли что-нибудь, чем бы я мог промочить горло. Тогда и наткнулся на него… на труп, значит. Он… Она лежала на полу в маленькой комнате. Боже мой! Я стоял и думал, что еще пять минут назад мысленно издевался над моей служанкой, которая наверняка опять будет ворчать по поводу моего нездорового образа жизни. Но при виде мертвого тела возблагодарил небо за то, что старой ворчуньи нет сейчас поблизости. Представляете, если бы она нашла труп! Понимаете, дружище, я взял за правило сам прибирать в квартире после вечеринок и обычно за день сообщаю служанке, что она может передохнуть. Я сам все чищу и мою. Знаете, иногда это даже приятно и полезно для здоровья. Отвлекает от разных мыслей. Но, Боже мой! Мне никогда не приходилось убирать трупы! Вот я вам и позвонил.

— Вы, наверное, решили, что я знаю средство, как от них избавляться, что-то типа «труповыводителя»?

— Я так не говорил! С чего вы взяли?

— Да так, мысли вслух.

— Прошу вас, не надо. Мое существование сегодня достаточно отравлено.

— Извините, это все проклятая мания. С утра до вечера мерещатся одни насильники да убийцы. Шутка. Хм-хм… Но позвольте!.. Значит, она «лежала на полу»? А потом что — легла на диван?

— Это я перенес ее туда, и, умоляю, не спрашивайте — почему. Я поднял ее и аккуратно уложил на диванчике. Мне показалось, что так будет смотреться приличнее.

— И во время «транспортировки» экспонат лишился туфельки?

Фред покачал головой:

— Я же вам говорил: мы сразу взялись за напитки. Я не помню. чтобы эта сучка попадалась мне на глаза, но, надо полагать, она была среди нас, разумеется, не в одной туфле. Но вы правы — в данный момент на ней только одна. А что касается второй, то я, при всех моих стараниях, не смог ее отыскать. Все, что удалось найти, кроме… кроме трупа, это манто, да её сумочку, но там оказалась обычная ерунда, немного мелочи — и ни документов, ни записной книжки. В шубе тоже ничего, что помогло бы узнать имя или адрес.

— И зачем она напялила дурацкий плащ, если у нее есть шуба?

— О!

— Да и плащ-то мужской. Вы что, забавлялись игрой в переодевания?

— Нет. Я же вам сказал: нормальная хорошая пьянка. — Фред провел ладонью по лбу и вздохнул.

— А что, собственно, случилось с этой незнакомкой? Напитки оказались для нее слишком крепкими? — спросил я.

Лицо Фреда перекосила нервная гримаса, и он сказал глухим и дрожащим от волнения голосом:

— Собственно… Для этого я вас и позвал… — И, выдержав великолепную паузу, добавил: — Ее убили!

II

— Вот как!

— Да. Ударом ножа, думаю. Когда я поднимал ее, то нащупал дырку в плаще.

— Что ж, давайте осмотрим труп. Так как вы уже достаточно перекладывали его с места на место, то не беда. если его еще маленько потревожат.

Мы спустились вниз и подошли к телу. Сняв плащ, я увидел глубокую рану, нанесенную, видимо, лезвием, и повернулся к художнику:

— Вы нашли нож?

— Нет, — ответил Фред. — Точнее, я не искал.

— В доме нет ничего подходящего?

— Вы имеете в виду, чтобы…

— Ну да.

— В студии есть две навахи, привезенные мной из Испании. Вряд ли они использовались для… да что я говорю! Уверен, что ими никого не убивали. Боже мой! Вы меня все время пугаете! А я просто хочу знать, что здесь происходит! Кто подсунул мне этот проклятый труп?

— Возможно, это проделки Лиги борцов с алкоголизмом. Они подбрасывают трупы всем пьянчужкам. Как средство наставлять заблудших на путь трезвой и здоровой жизни.

Я наклонился над трупом, обыскал карманы плаща и нашел крошки табака и визитную карточку, на которой прочел имя и фамилию: Жак Дитрай.

— Это журналист, — объяснил Фред. — Он живет недалеко отсюда, на набережной Анжу, в отеле.

— Отель «де Иль»?

— Да. Вы знаете?

— Приходилось бывать. Эдакое гнездышко дли типов, зарабатывающих на жизнь своими перышками. Они даже создали там свой клуб.

— Точно! Но Дитрай к ним не принадлежит. Он скорее степной волк, чем гриф-стервятник.

— Так это его плащ?

— Скорее всего… Но вот какая штука. Меня должны скоро представить к Ордену почетного легиона. Я… Вы же понимаете! Так некстати. Я хочу сказать: нелепая смерть у меня в доме. С другой стороны, мелочь, конечно. Я знаком с известными адвокатами, юристами, влиятельными людьми. Но излишне их беспокоить по такому пустяку. Ведь и светские люди не лишены предрассудков. Вот я и подумал о вас. Как частный детектив, вы должны иметь связи с полицией, прокуратурой и знаете, как с ними вести себя. Короче, я очень хотел бы по возможности меньше шума, всей этой газетной трескотни. Не подумайте, что я хоть в какой-то мере пытаюсь уйти от гражданской ответственности. Но если есть шанс избежать публичной огласки, почему бы им не воспользоваться. Эту сучку тут укокошили? Кто? Зачем? Я понятия не имею. Не отрицаю — дом мой. Но это не повод раздувать скандальную историю вокруг моего имени. Я не могу, однако, спорить с представителями власти, но и не желаю вмешивать в эту историю моих друзей. Остаетесь только вы — опытный, знающий человек. Надеюсь, не откажетесь чуть-чуть сгладить шероховатости этого дела?

— Я позвоню комиссару Фару, объясню ему все, но дальше командовать будет он.

— Я не надеялся на большее, — поклонился Багет.

— А в ожидании почетных гостей мне бы хотелось задать еще несколько вопросов. Не мешало бы взглянуть на ваши испанские кинжалы и убедиться, что они на месте.

Фред подошел к столику и вытащил из ящика два клинка с длинными лезвиями из дамасской стали. Подобное оружие вполне соответствовало тому типу раны, что заполучила наша несчастная новоявленная Золушка.

Я отдал их хозяину, и он бережно положил их обратно в ящик стола.

— А теперь можно позвонить комиссару, — сказал я. — Где телефон?

Не успел Фред и рта раскрыть, как раздался звонок.

— Помянешь черта, а он уже тут как тут.

— Дошутились? — нахмурился Фред. — Звонят в дверь. Кого еще принесло? — Он посмотрел на часы, хлопнул себя по лбу и простонал: — Совсем вылетело из головы! Пришла натурщица. Мы договаривались. — Пригладил пятерней волосы, придав им еще более дикий вид, подвязал потуже халат и вышел.

Винтовая лестница, по которой он спускался, представляла собой замечательное акустическое устройство, и я легко услышал, как он спросил «кто там», прежде чем открыть дверь. Донесся приглушенный женский голос, и посетительницу впустили в дом. Я рискнул осторожно подойти к перилам и слегка заглянуть вниз.

— Совершенно забыл о том, что вы должны прийти, — сказал художник. — Прошу извинить, но сегодня мне не до работы.

— Я прекрасно это вижу, — засмеялась она.

— Но я не хочу, чтобы вы обижались, — продолжал Багет. — Мы продолжим наши сеансы в подходящее время, а сегодняшний визит я все равно оплачу.

— Как угодно, мсье. Вы ведь знаете. где меня найти, не так ли?

— О, да. Подождите секундочку.

Молоденькая грешница осталась стоять одна, как послушная скромная девочка. Ни дать ни взять — воспитанная племянница пришла в гости к своей тете. Не сходя с места, она бросила вокруг быстрый взгляд, чуть качнула головой и улыбнулась понимающей улыбкой.

Багет появился на сцене, держа в руках деньги.

— Вот, — протянул он купюры, которые она привычным жестом «инкассировала».

— Спасибо. — Осмотрев художника с ног до головы, девушка добавила томно и лениво: — Мы, кажется, договорились… В любое удобное для вас время. До свидания.

Она повернулась на шпильках и направилась к выходу профессиональной, грациозной походкой. Багет плелся рядом.

— До свидания.

— Всего хорошего, мсье.

Я подошел к телефонному аппарату и набрал номер. Мне повезло, что комиссар Фару находился в этот час в своем бюро. Последовало обычное «привет-привет, как дела, ничего, спасибо, для февраля стоит неплохая погода» и т. д.

— Скажите, Фару, у вас лом работы или, быть может, вы уделите мне полчаса своего драгоценного времени?

— Даже час. А что случилось, Бурма?

— Я бы хотел, чтобы вы заглянули к одному художнику. Его зовут Фредерик Баге — или Фред Багет по-простому. Он живет на острове Сан-Луи. Я сейчас от него и звоню.

— А что мне там делать?

— Это вы решите сами. Но я вам кое-что покажу.

— И что же?

— Красивую девушку. Вы же меня знаете.

— Шутите?

— Нет, в самом деле. Мой совет — приходите один.

— Один? Она такая стыдливая?

— Стыдливая, пожалуй, не то слово. Если хорошенько подумать, то можно сказать, что у нее вообще не осталось стыда. Вы можете сплясать перед ней абсолютно голый. и я удивлюсь, если она хоть чуть-чуть покраснеет.

— Э-э…

— Да.

— Вы хотите сказать…

Я рассмеялся:

— Вы же меня знаете, комиссар.

Он разразился бранью, потом буркнул обычное «Ладно, сейчас буду, ничего не трогать».

III

— Где труп? — спросил нетерпеливо Фару, едва переступив порог и не обращая на нас никакого внимания.

Конечно, он приехал не один, а в компании инспектора Грегуара. Таков регламент. Они везде ходят парой.

Мы подвели их к телу. Комиссар пригладил свои усы и потребовал объяснений.

— Мы готовы дать вам всю имеющуюся информацию.

Сказав так, я незаметно подмигнул комиссару. Он толковый парень. Понял с лёту и нашел какое-то дело Грегуару, чтобы нейтрализовать его на пару минут. Инспектор кивнул и вышел. Оставшись одни, мы прошлись по комнате. Фред немного осмелел. Он повторил свою историю уже более твердым голосом и даже вставил между строк пару фамилий известных адвокатов. Впрочем, на Фару трудно произвести впечатление. Он слушал молча. Потом осмотрел сумочку, манто, которые по нашим предположениям принадлежали убитой. Но все также молча, сосредоточенно. Выполнив поручение комиссара, появился Грегуар. Ну комедиант! Как в спектакле — вышел с одной стороны. а вошел с противоположной. Вылез из маленькой «мертвецкой»! Он объяснил, что воспользовался лестницей черного хода. Дверь снаружи была открыта, а ключ торчал снаружи в замке. В руке он держал… что бы вы думали?.. недостающую туфельку.

— Где вы ее откопали? — спросил Фред.

— Консьержка отдала.

— Господи! Консьержка! — простонал художник.

— А в чем, собственно, дело? — удивился Фару. — Ну консьержка, ну и что?

— Я совсем о ней забыл. Она же наплетет обо мне целый роман.

— Где нашла ее консьержка?

— Все на той же служебной лестнице, сегодня утром. Поэтому я и решил по ней подняться — может, есть еще что-нибудь интересное. Но ничего больше не обнаружил. Только ключ, как я уже сказал, торчавший снаружи, внизу.

— Хм… — Фару повернулся к художнику. — У вас такая привычка? Оставлять ключ в дверях? Даже перед сном?

— О! Вы знаете, вчера я был слишком пьян, чтобы думать о таких вещах.

— Значит, вы не в первый раз оставляете ключ в дверях?

— Когда у меня вечеринка, здесь настоящий дурдом.

Фару посмотрел на Грегуара.

— Э-э… Может, моя мысль вам покажется идиотской… Но послушайте. Не могло ли все произойти следующим образом… Я допускаю, что девушку убили где-то в другом месте, а уж потом принесли сюда. Туфелька соскочила, когда тело поднимали по лестнице.

— Не вижу в этом ничего идиотского! Я сам так думал, — вставил Фару.

Фред Багет облегченно вздохнул.

— Да-да! Так оно и было. Чья-то грязная шутка. Но, Боже мой! Я понимаю все меньше и меньше.

— А вам и не надо ломать голову, — назидательно заметил комиссар. — За это мы получаем деньги

Он окинул меня и Фреда заговорщическим взглядом:

— Я правильно выражаюсь, господа?

— Более или менее, — ответил я.

— Черт меня побери, Бурма! — взорвался Фару. — С вами трудно работать. Мои объяснения вас не устраивают?

— Мне кажется, они не совсем верны.

— У вас есть лучшие?

— Помните случай на Монмартре, произошедший всего несколько месяцев назад? Проститутка, вернувшись ночью к себе в отель, взяла ключ в холле, поднялась и закрылась в номере. Через день портье забеспокоился, вспомнив, что давно не видел ее. Дверь выломали и обнаружили женщину мертвой — она была убита ударом ножа.

— Помню прекрасно заголовки в газетах: «Убийство в закрытой комнате! Реальность затмевает фантастику!» Нам пришлось выдвинуть версию, что удар ножом бедняжка получила еще раньше, на улице. На нее напали и смертельно ранили. Она в пылу драки даже не почувствовала боли, вырвалась и убежала. И только когда закрылась у себя в номере, эффект возымел действие, и она мгновенно скончалась. Вы считаете, что здесь произошло нечто подобное?

— Почему бы и нет? Меня наводит на такую мысль ее лицо. Жертва не заметила приближения смерти. Если предположить, что по той или иной причине, — скажем, сильное опьянение, — ей понадобилось выйти подышать немного свежим воздухом? Она берет первый подвернувшийся под руку плащ и прогуливается по набережной, где на нее нападает какой-нибудь бродяга с ножом. Девушка бежит. взбирается по лестнице, теряет туфельку. Но ей наплевать на это. Главное — быстрее очутиться среди друзей. Она возвращается тем же путем что и вышла, — по служебной лестнице, и падает на полу замертво.

— Подождем, что скажет врач. Вы его предупредили, Грегуар?

— Да. И всю бригаду тоже…

— Очень хорошо.

— Боже! Целая толпа! — заканючил Багет.

— Придется потерпеть, — сказал Фару. — Я и так сегодня слишком добрый. Ну ладно, подведем итоги. Взглянем еще раз на плащ.

— Его владелец — мсье Дитрай, — произнес я. — Журналист. Но не думаю, что это нам что-нибудь дает.

— Откуда вы знаете?

— Что? Имя владельца?

— Да.

— В кармане была его визитная карточка.

Я показал визитку. Комиссар взял ее и прочитал вслух

— Дитрай… Звучит, как «дит рай» — «скажи правду». Это не фамилия… Псевдоним.

— Почему? Я знал одного парня с фамилией Биетду. «Биет ду» — нежный билетик. И никакой не псевдоним.

— Но в данном случае мне кажется. что мсье комиссар прав. — вставил Багет. — Хотя и никогда не слышал подлинной фамилии Жана.

— Не важно. Нестор Бурма тоже прав: вряд ли мы продвинулись далеко. Не забывайте: плащ может принадлежать совсем другому человеку.

— А мне кажется, что это его плащ, — заупрямился Фред.

— Так или иначе, главное — ничего не упустить из виду. Если это ваш друг, то вы, наверное, знаете, где он живет?

— Набережная Анжу, отель де Иль.

Фару записал адрес.

— Где он тискает свои статейки?

— В любой газете. Он, как говорят, независимый репортер. Сам выбирает тему, изучает ее, долго работает, а потом продает готовый материал. Недавно опубликовал в «Пари журно» серию статей об Аль Капоне. А также издал книгу.

В этот момент приехала бригада: лаборанты, фотограф и врач. Последний — стройный мужчина в сером костюме — пожал руку комиссару. Кивнув нам слегка головой, он сразу направился к тому месту, где лежало тело, склонился над трупом и притих в уголке.

Фару сообщил ему наши гипотезы: свою и мою. Его мнение?

— Да, — ответил эскулап, — удар ножом обладает замедленным эффектом. Но окончательно покажет только вскрытие. А когда я смогу получить труп? — забеспокоился он.

— Сделаем пару снимков, и она в вашем распоряжении, — ответил Фару.

— Отлично! Буду ждать в морге. — Врач весело сбежал по лестнице, будто спешил на свидание.

Ребята из лаборатории долго не возились: дело привычное. Щелкнули несколько раз фотоаппаратом — слева, справа, сверху. Взяли кое-какие отпечатки и, в свою очередь, испарились.

Вместо них возникли две зловещие фигуры с носилками. И вот уже наша злополучная Золушка исчезла в машине вместе со своим манто, сумочкой и пресловутой туфелькой.

— Вы свободны, Грегуар, — сказал комиссар. — Встретимся в конторе.

Когда инспектор ушел, Фару обратился к художнику:

— Думаю, вы не должны обижаться на нас, мсье. Конечно, соседи могли заметить что-то необычное. Полицейские тоже люди, а не невидимки. А как вынести незаметно труп? Но не волнуйтесь, прошу вас! Дальше этого квартала никто ничего не узнает. И, естественно, мы воздержимся от заявлений в прессу. Вы довольны?

— Более чем! Громадное спасибо! — воскликнул Багет с нотками искренней благодарности в голосе. — Вы очень любезны…