Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Ужасы
Показать все книги автора:
 

«В Эль-Пасо моя жизнь будет кончена», Кит Декандидо

Штаб-квартира ФБР, Вашингтон, округ Колумбия. 3 апреля 1994 года, 9:17

В приемной заместителя директора специальный агент Джек Кольт чувствовал себя школьником, которого вызвали к директору. Обычно задание членам группы выдавал старший спецагент, но сейчас он велел Кольту обратиться напрямую к заместителю директора Скиннеру.

— Минуточку, — улыбнулась ему секретарша. Она нажала кнопку на телефоне и сказала: — Пришел агент Кольт.

Из динамика прозвучал резкий голос Скиннера:

— Пусть войдет.

Кольт кивнул секретарше и открыл деревянную дверь в огромный кабинет Скиннера. Заместитель директора стоял за столом, спиной к окну, а на стуле для посетителей сидел очень знакомый мужчина в клетчатой рубашке и ковбойских сапогах. Он встал и провел рукой по лысеющей голове.

— Спасибо, что пришли, агент Кольт, — сказал Скиннер. Его голос всегда звучал так, будто кто-то зажимает Скиннеру рот. — Полагаю, вы знакомы с детективом Джонсоном.

— Конечно. — Кольт протянул руку, и Мартин Джонсон из полицейского департамента Эль-Пасо ответил твердым рукопожатием. — Что привело тебя из Эль-Пасо, Мартин? — нахмурился специальный агент. — Боже, только не говори, что Нобилис опять подал апелляцию.

Джонсон снова сел.

— Нет, но думаю, скоро подаст. Боюсь, мы нашли еще два тела. Брюнетки, обе задушены, разрез на животе.

— Значит, это подражатель.

— …и промежность намазана кремом.

— Кто-то, наверное, проболтался, — угрожающе прищурился Кольт.

— Нет, сэр, никто не проболтался, — твердо заявил Джонсон. — Клянусь Богом, в Эль-Пасо эту деталь знали только я, доктор Гарднер и детектив Мартинес. Вот почему я прилетел сюда, а не стал звонить. Болтун — находка для шпиона и все такое.

Кольт покачал головой.

— А Нобилис сейчас в тюрьме?

— В одиночке. У него не бывает посетителей, он не пишет писем, и мы не отдаем ему пришедшую почту.

— От кого он получает письма?

Джонсон пожал плечами.

— Как обычно — фанаты, адвокаты, фетишисты. Он ни с кем не видится, так что здесь другое. Думаю, мы взяли не того. В очередной раз.

— Это невозможно, — буркнул Кольт.

Скиннер тут же рявкнул в ответ:

— Хватит, агент Кольт. Новые убийства явно нужно расследовать.

— Слушай, — сказал Джонсон, — в большинстве случаев мы имеем дело с придурками, которые убивают других придурков. Подростки дерутся за кроссовки, наркодилеры дерутся за место на улице, мужчины бьют женщин. Но эти странные убийства — не из нашей лиги, вот почему два года назад мы вызвали вас.

Кольт заметил на столе Скиннера папку.

— Можно?

Скиннер кивнул.

Взяв папку в руки, Кольт сказал:

— Вы вызвали нас, Мартин, потому что убийства продолжали происходить и после того, как вы произвели аресты. Вы арестовали Арло Монтроза, и тут еще два убийства. Арестовали Бака Халверсона, и еще четыре. Арестовали Джебедию Ципкиса — и еще пять, тогда я и сел в самолет на Эль-Пасо.

— И арестовал Фрэнка Нобилиса, а теперь у нас еще два убийства.

— Я арестовал Нобилиса, потому что все указывало на него. Улики не лгут.

У Скиннера зазвонил телефон, в динамике раздался голос секретарши:

— Здесь агенты Скалли и Малдер.

Кольт дернул головой в сторону заместителя директора.

Скиннер нажал кнопку на телефоне:

— Пусть войдут.

Дверь открылась, и появился высокий и худой человек с темными волосами и в сером костюме, почти таком же, как у Кольта, а с ним — низенькая рыжеволосая девушка в зеленом брючном костюме.

Кивнув в сторону новоприбывших, Кольт спросил:

— А эти умалишенные что здесь делают?

— Вообще-то мы предпочитаем термин «не от мира сего», — ухмыльнулся Фокс Малдер. — И строго говоря, умалишенный только я. Скалли играет роль скептика.

— Агенты Скалли и Малдер имеют большой опыт в необычных делах, — сказал Скиннер.

— Ой, да ладно, — закатил глаза Кольт. — Это не какая-нибудь там инопланетная чепуха, а серийный убийца. И кстати, — быстро произнес он, как только Малдер открыл рот, — я в курсе, что ты работал в отделе психологии и тяжких преступлений.

— Вообще-то я только хотел спросить, можем ли мы сесть, — сказал Малдер.

Джонсон встал, и Скиннер тут же их представил:

— Детектив Джонсон, это специальный агент Фокс Малдер и его напарница, специальный агент Дана Скалли. Они будут помогать спецагенту Кольту.

Малдер и Скалли пожали Джонсону руку.

— Рад знакомству, — сказал Джонсон. — Я уже убегаю — вечером обратный рейс. Завтра встречу вас в аэропорту.

— Спасибо, детектив, — ответила Скалли, улыбнувшись.

Кольт посмотрел на Скиннера.

— Я работаю один, сэр.

— Нет, агент Кольт, вы работаете на Федеральное бюро расследований. То, что вам позволили работать в обход обычной процедуры, без напарника, целиком и полностью на совести вашего непосредственного начальника. Если он готов так поступить в большинстве случаев, то в этом конкретном я не готов. Вы втроем завтра утром полетите в Эль-Пасо, чтобы расследовать недавние убийства, и выясните, соответствуют ли они тем, за которые сидит Фрэнк Нобилис. Мой секретарь отправит вам билеты.

Кольт глубоко вздохнул.

— Вот уж радость так радость. Ладно, летим в Эль-Пасо.

 

Рейс № 1013 авиакомпании «Виста Атлантик», между Вашингтоном, округ Колумбия, и Далласом, штат Техас. 4 апреля

— Знаете, я понял, почему мне вас навязали.

Кольт сидел по другую сторону прохода и смотрел на Малдера и Скалли. Бюро обеспечило их местами в первом классе, и Кольт мысленно отметил, что нужно будет поблагодарить Скиннера, к тому же Кольту повезло — он оказался без соседа. Придурки из «Секретных материалов» сидели через проход. Малдер — с аудиоплеером на коленях и в наушниках, с закрытыми глазами. Он выбрал место у окна, а Скалли просматривала бумаги у прохода.

Скалли сняла очки для чтения, положила папку на столик и взглянула на Кольта, зеленые глаза вспыхнули.

— И почему же, агент Кольт?

— Все по той же причине, по которой Бюро держит ваш придурошный отдел. Чтобы поднять статистику раскрываемости.

— Что-что? — нахмурилась Скалли.

— Да ладно, а для чего ж еще вам позволяют работать? Вам отдают все самые безумные дела, которые невозможно раскрыть, но раз вы спецподразделение, то не отчитываетесь, как все остальные. Люди считают, будто раскрываемость у нас лучше, чем на самом деле, и чувствуют себя в безопасности.

— Ты правда в это веришь?

— А ты разве нет? Да ну, агент Скалли, я всю ночь просматривал ваши прошлые дела. — Кольт начал загибать пальцы по числу прочитанных дел — вчера он засиделся в офисе допоздна. Если уж он повязан с этими придурковатыми, то хотел иметь представление об их расследованиях. — Только за последние несколько месяцев у вас была гора дел: десять смертей, двое пропавших без вести, но ни одного ареста. Ворчестер, штат Массачусетс: изнасилованная и избитая женщина, двое убитых санитаров, нападение на агента Малдера, но ни одного ареста. Милфорд-Хейвен, Массачусетс: шестеро убитых, пропавшая женщина, ни одного ареста. Корабль ВМС «Ардент»: почти вся команда пропала без вести, ни одного ареста. Гибсонтон, Флорида: трое убитых, подозреваемых нет, ни одного ареста. Мюррей, Виргиния: три члена семьи, включая трехлетнего ребенка, убиты, и угадай что? Ни одного ареста.

— Мы также раскрыли несколько дел. На куриной фабрике в Дадли, Арканзасе, убийства в Фейрфилде, Айдахо, и в иммиграционном центре в Северной Каролине, смерть фетишиста в Миннеаполисе…

— Да, конечно, — поднял руку Кольт. — Пару раз вам удалось, отдаю должное за Пфастера, того полоумного из Миннеаполиса, славное дельце, но посмотри правде в глаза — единственная причина, по которой Бюро мирится с вашей кошмарной статистикой раскрываемости, это только потому, что все остальные на вашем фоне выглядят лучше.

Скалли покачала головой.

— Это твоя теория.

— Слушай, как бы то ни было, я предпочитаю работать один, ясно? Вы вдвоем можете там пошататься, чтобы прикрыть задницу Бюро на случай, если запахнет дерьмом, но не болтайтесь у меня под ногами. С меня уже достаточно напарников. — И тут он вспомнил еще кое-что из прочитанного вчера вечером. — И думаю, ты прекрасно знаешь почему.

— В каком смысле?

— Последнему моему напарнику выстрелили в голову. Он и до этого уже свихнулся, так что пуля в черепушке просто ухудшила положение. Его звали Дуэйн Бэрри[?].

Скалли застыла. Большинство не заметили бы разницу, но Кольт видел, как ее тело напряглось, хотя выражение лица почти не изменилось.

— Он всегда был с приветом, еще до того как схлопотал пулю. Вечно говорил о себе в третьем лице. Как будто в напарниках у меня был кандидат в президенты. — Он бросил на нее извиняющийся взгляд. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.

— Все нормально, — сказала Скалли так же неубедительно, как отвечают родственники убитых, когда их спрашивают, как дела.

— В общем, сама понимаешь, после двух лет партнерства с этим ослом я не горю желанием работать в команде.

Скалли уставилась куда-то в пол, потом подняла взгляд и снова посмотрела прямо на Кольта. Тот невольно вздрогнул и решил, что агент Скалли, наверное, чертовски хорошо ведет допросы…

— Ты говорил про процент раскрываемости, — сказала она. — Может, дело совсем не в этом. Мы способны предотвратить трагедию еще до того, как она произойдет, или у нас не получается. Но успеха мы с агентом Малдером достигаем благодаря совместной работе.

Кольт передернул плечами.

— Как скажешь. Но я завершил гораздо больше дел, чем вы или чем когда у меня в напарниках был человек, который потом тебя похитил.

 

Комната судебно-медицинской экспертизы округа Эль-Пасо, Эль-Пасо, Техас. 4 апреля

— Вот черт.

Кольт смотрел на два лежащих на столах тела с неприятным чувством дежавю.

— Что-то не так, агент Кольт? — поинтересовался Малдер.

— А?

Кольт поднял взгляд. Он на секунду позабыл об агентах, полученных в нагрузку. Ассистент провел всех троих в смотровую, где находились две последние жертвы «Потрошителя из Эль-Пасо», как его уже несколько лет называли в газетах.

— Нет, все в порядке, ну, просто до сих пор я лелеял мысль, что полиция облажалась и это двойное убийство никак не связано с остальными. Но глядя на трупы…

— Приятно узнать, Джек, что ты до сих пор умеешь давать правильные оценки, скотина ты этакая, — раздался голос со стороны двери.

Оглянувшись, Кольт улыбнулся склонившейся в дверях Луизе Гарднер, главному судебно-медицинскому эксперту округа Эль-Пасо.

— Всегда умел, Луиза, ты прекрасно это знаешь.

— Теперь ты привез целую компанию?

Махнув левой рукой на других агентов, Кольт сказал:

— Доктор Луиза Гарднер, а это агенты Дана Скалли и Фокс Малдер. Будут мне помогать.

— Серьезно? Родители назвали вас Фокс? А ваших братьев зовут Эйбиси, Энбиси и Сибиэс[?]?

Малдер не стушевался:

— Старшего зовут Оскар, но он всегда был паршивой овцой в семье.

— Я тоже медэксперт, — вмешалась Скалли, прервав обмен шутками. — И мне хотелось бы ассистировать на вскрытии.

Гарднер усмехнулась, показав десны.

— Агент Скалли, мой ассистент будет счастлив. Он жутко этого боится и будет рад, если вы его подмените.

— А мне нужно еще раз допросить свидетелей, — кивнул Кольт.

— Я с тобой, — сказал Малдер.

Кольт поморщился.

— Агент Малдер, почему бы тебе…

— Не заняться тем, о чем просил Скиннер, — прикрыть тебя? Конечно, — с иронией улыбнулся Малдер.

— Отлично. — Кольт раздраженно вздохнул.

— Начну с миссис Андервуд, — сказала Гарднер, указывая на тело Элеанор Андервуд, первой жертвы. — Агент Скалли, может, пока переоденетесь и подготовите мисс Альварес?

Скалли кивнула и подошла к шкафу, чтобы достать медицинский халат.

Кольт благодарно вздохнул — хорошо хоть от одной удалось избавиться. Если повезет, он отделается и от Малдера.

Сначала Кольт и Малдер поговорили с мужем первой жертвы, Тодом Андервудом.

— Можете сказать, где вы были ночью второго числа, мистер Андервуд?

— Я уже говорил полицейским. Зачем опять спрашивать?

— Мы не полицейские, мистер Андервуд, — терпеливо объяснил Кольт. — Мы из ФБР и считаем, что, возможно, существует связь между смертью Элеанор и другими убийствами, которые произошли в городе за последние несколько лет.

— Что? — моргнул Андервуд. — Вы про Потрошителя из Эль-Пасо? Да ведь этот сукин сын в тюрьме. В общем, я был на работе.

— В последнее время Элеанор ни с кем не знакомилась? — спросил Малдер. — Может, в ее жизни снова появился какой-нибудь старый знакомый?

— Нет. То есть она работала в колл-центре, там постоянно текучка, так что она все время знакомилась с новыми людьми, но это все.

Малдер сверился с отчетом и нахмурился:

— Здесь сказано, что она не работала.

— Да, на прошлой неделе ее уволили.

Кольт вздохнул. Этого не было в деле, и он мысленно отметил, что надо будет наорать на Мартина Джонсона.

Следующей остановкой была соседка по квартире Доны Альварес — Катерина Росова. Обе работали медсестрами в частной больнице «Блисс» на окраине города.

— Рада, что вы пришли, — сказала Росова с легким русским акцентом. — Тот детектив попросил позвонить, если я что-нибудь вспомню, но я куда-то задевала его визитку. В больнице был один человек, который очень грубо вел себя с Доной. Он пришел навестить пациента примерно за неделю до нападения. То ли тридцатого, то ли тридцать первого числа. Я точно знаю, что не первого, потому что это случилось до того, как врачи решили подшутить над медсестрами в День смеха.

По тону Росовой можно было понять, какого невысокого она мнения об этой традиции.

— А почему вы не сказали полиции?

Росова смутилась.

— Честно говоря, я сразу же об этом забыла — в больнице нам постоянно приходится сталкиваться с грубиянами, но, поразмыслив, вспомнила того человека, потому что он был особенно груб.

— Можете его описать?

— Боюсь, что нет, но в больнице есть камеры. Все записи хранят в целях безопасности.

Кольт задал еще несколько вопросов, получив подтверждение тому, что у Альварес не было парня, как и указывалось в отчете, а потом они с Малдером вышли.

— Что ж, — сказал Кольт, — не хочу быть слишком оптимистичным, но у нас уже кое-что есть — этот разъяренный посетитель больницы и увольнение Андервуд. Не хочу сбрасывать со счетов и мужа, хотя жаль, что Альварес ни с кем не встречалась.

Малдер нахмурился.

— А какая разница? Серийные убийцы вроде Потрошителя из Эль-Пасо почти никогда не состоят с жертвами в интимных отношениях. Иногда они это воображают, но чаще всего — совершенно чужие люди. И кстати, все те, кого арестовала полиция и ты вместе с ней, не знали своих жертв.

— Да, и все они не были убийцами, как оказалось. Может, настало время пойти по другому пути.

— Не имеет смысла искать среди знакомых, — сказал Малдер, — если только ты не найдешь много общего между безработной, которая раньше занималась продажами по телефону, и медсестрой частной больницы, — улыбнулся он. — А кроме того, не нужно искать особых причин для убийства продавца, который впаривает что-то по телефону. И кстати, придерживаясь твоей теории, мы только что разговаривали с интимной партнершей Альварес.

— Что? — нахмурился Кольт.

Малдер мотнул головой в сторону домика и объяснил:

— А ты что, не рассмотрел? Одна спальня, диван в гостиной не раскладывается. Они спят в одной комнате, в одной постели. Скорее всего, они держали это в тайне, потому что вместе работали, а частные больницы в Техасе обычно финансируются старомодными богачами-южанами, которые неодобрительно смотрят на гомосексуальные отношения.

Кольт несколько секунд глядел на Малдера. Он хотел бы с ним поспорить, но, воскресив в памяти дом, понял, что и впрямь все на это указывает, не говоря уже о том, как, по словам Джонсона, убивалась подруга Альварес, узнав о ее смерти.

— Вот сукин сын.

— Неплохо для спецагента не от мира сего, — ухмыльнулся Малдер.

Кольт вздохнул. Он надеялся, что Малдер не собирается вести себя так самодовольно до конца расследования.

— Ладно, думаю, пришло время разделиться. Я проверю место работы Андервуд, а ты отправляйся в больницу «Блисс», займись записями с камер.

Если уж ему навязали напарников, он хотя бы загрузит одного из них малоприятной работой.

 

Гостиница «Капля росы», номер 120, Эль-Пасо, Техас. 4 апреля

Кольт неохотно признал, что иметь две дополнительные пары ног не помешает. Он сидел в своем гостиничном номере в уютном кресле, а придурошные — в креслах рядом со столом у окна.

Сначала Скалли рассказала о результатах вскрытия последних жертв.

— В обоих случаях ничего нового. Весьма прискорбно, потому что нечто новое могло бы дать зацепку. И Элеанор Андервуд, и Дону Альварес убили зазубренным ножом, перерезав сонную артерию. Уже после смерти вскрыли жертвам живот, у обеих крем на гениталиях. Крем еще нужно отдать на экспертизу, но мы с доктором Гарднер уверены, этот же крем использовался во время других убийств Потрошителя из Эль-Пасо.

— Может, не будем все-таки его так называть? — огрызнулся Кольт.

Слегка улыбнувшись, Скалли ответила:

— Прости, так называла его доктор Гарднер. Она превосходный патологоанатом. В общем, как и в предыдущих случаях, никаких полезных улик нет. Но кое-что навело меня на размышления.

Эти слова привлекли внимание Кольта. Как и указала Скалли, не нашлось ничего отличающегося от предыдущих убийств, что могло бы пригодиться, но в очередной раз услышав, что убийства не отличаются от прежних, Кольт захотел врезаться головой в стену.

— Но кое-какие улики мы нашли, — продолжила Скалли, — некое вещество.

— И?

— Я проверила записи, и те же самые частицы нашли на нескольких других жертвах. Я велела доктору Гарднер достать улики из предыдущих дел и провести анализ. — Она вздохнула. — Наверное, придется послать их в Куантико, местная лаборатория не вполне соответствует стандартам.

— Ага, добро пожаловать в Техас, — пробормотал Кольт. — Когда я был здесь в последний раз, то долго беседовал с мэром и губернатором о дрянном состоянии лабораторий. Приятно узнать, что они ко мне прислушались.

— Я просто в шоке, в шоке — политики тебя надули, — покачал головой Малдер.

Кольт бросил взгляд на Малдера.

— Это из «Касабланки»? Не думал, что ты любишь такие фильмы.

Кольт понятия не имел, правдивы ли слухи о фильмотеке Малдера, хотя агент Дельвеккио уверял, что унаследует записи, если с Малдером что-то случится.

Поскольку Малдер не заглотил наживку, Кольт снова перевел взгляд на Скалли.

— Ты сказала, что-то навело тебя на размышления?

Скалли кивнула.

— Во рту была пыль. В лаборатории сказали — это фрагменты костей.

Кольт разочарованно откинулся назад.

— Да, как во всех телах. Мы решили, что это часть его ритуала.

Однако развалившийся в кресле Малдер вдруг резко выпрямился.

— Фрагменты костей? Ты уверена?

— Лаборатория все-таки не настолько плоха, кости идентифицировать может, — ответила Скалли с очередной едва заметной улыбочкой. — Да, я уверена.

— Это может быть трупная пыль.

— Что за трупная пыль? — Кольту не нравился оборот, который принимал разговор.

— У некоторых индейских племен существуют легенды об оборотнях, которые могут превращаться в разных животных. Мы с агентом Скалли встречали одного такого в штате Монтана, в Браунинге.

Кольт посмотрел на Скалли, но по ее лицу ничего нельзя было прочитать. Правда, она этого не отрицает…

И он вспомнил отчет по делу в Браунинге, где местного индейца убил владелец ранчо, которого тоже в свою очередь убили, вероятно, сын жертвы, а того застрелила Скалли, защищаясь.

В отчете Малдера упоминались оборотни, а Скалли лишь вскользь сообщила о «клинической ликантропии».

Малдер продолжил свою болтовню:

— В фольклоре индейцев-навахо йи наалдлуши выдувают трупную пыль в лицо жертве. Ее делают из костей похороненных, в идеальном случае — детских.

Скалли ответила тоном, который Кольт счел раздраженным:

— Малдер, если даже это похоже на то, с чем мы столкнулись в Браунинге, во всех легендах оборотни принимают форму животного.

— Верно, но принять форму животного или человека — невелика разница. Говоря научным языком, в человека превратиться даже легче, потому что приходится перемещать меньшую массу.

Коул разразился злобным смехом.

— Не могу поверить, что в этом предложении ты употребил слова «говоря научным языком».

— Но это объясняет все факты, — настаивал Малдер. — Убийца, который может принимать разный облик, — это объясняет убийства по одному и тому же сценарию, включая детали, не вынесенные на публику, и при этом у нас четверо совершенно разных подозреваемых. Это также может объяснить и найденное вещество.

— Агент Малдер, — отрезал Кольт, — я знаю, что в Куантико ты был одним из лучших, и это наводит на мысль, что на тот курс набрали идиотов, хотя ты наверняка был на лекции, где говорилось, что нельзя подгонять улики под теорию. Сначала мы находим улики, а потом вырабатываем теорию.

Малдер снова попытался что-то сказать, но Кольт его оборвал: