Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Боевая фантастика
Показать все книги автора:
 

«Призрак: Нова», Кит Декандидо

Пролог

И что за чудище, дождавшись часа,

Ползёт, чтоб вновь родиться в Вифлееме

Уильям Батлер Йейтс,

«Второе Пришествие»[?]

 

Хватит одной мысли, чтобы уничтожить убийцу ее семьи. Нова поняла это в тот самый миг, когда почувствовала разум Клиффа Наданера.

В поисках своей цели девушка потратила несколько дней, пробираясь сквозь влажные джунгли самого маленького из десяти континентов Тирадора VIII. «Забавно, я столько времени избегала этой двойной планеты, а все равно сюда занесло», — подумала Нова, когда десантный модуль приземлился в центре самой дремучей части джунглей. Выбор столь глухой местности для высадки был обусловлен тем, что у повстанцев не будет шанса перехватить столь крошечный объект, — по крайней мере, на этом настаивало начальство, оставшееся в корабле на высокой орбите.

Восьмая планета в системе Тирадор слилась в гравитационном танце с девятой, сродни обычной планете, имеющей луну, однако параметры обоих миров вполне отвечали требованиям для существования экосистем. Однако, благодаря столь близкому соседству, обе планеты отличались безумно вздорным климатом: окажись Нова всего на несколько километров южнее, ниже линии экватора Тирадора VIII, ей пришлось бы полностью поменять настройку системы терморегуляции в костюме — температура там была на тридцать градусов ниже, а воздух очень сухим.

Однако на данный момент, облегающий белый с темно-синими броненакладками комбинезон (выданный в Академии «призраков» лично директором Биком, когда срок обучения Новы подошел к концу) был настроен таким образом, чтобы поддерживать прохладный температурный режим. С чем он вполне справлялся.

Комбинезон целиком покрывал тело девушки, за исключением головы. Электронная сеть, пронизывающая всю ткань защитного костюма, могла стать помехой телепатическим способностям девушки, а поскольку телепатия — практически основная причина, почему Нова проходила тренировку на «призрака», не стоило мешать таким способностям. Этот костюм — не совсем полноценная модель, как та, которую она сможет использовать после выполнения выпускного задания, официально получив статус «призрака». Прежде всего, ей интегрируют в костюм особые элементы, обеспечивающие функционирование режима маскировки. Когда это сделают, Нова сможет передвигаться практически как невидимка: абсолютно незаметно в оптическом диапазоне и для большинства систем пассивного обнаружения.

Но пока дополнительные модули ей еще не положены. Сначала необходимо завершить задание.

За отсутствие шлема приходилось расплачиваться: пот затекал в глаза, а челка светлых волос давно прилипла ко лбу. Остальные волосы девушка собрала в хвост, который тяжелым и мокрым канатом болтался за спиной и оттягивал голову.

«Ну, хоть остальным частям тела достаточно комфортно».

Пожалуй, маскировочный режим комбинезона все равно оказался бы не востребован в этих джунглях. Флора Тирадора VIII была настолько буйной, а влажный туман настолько густым, что Нова двигалась почти вслепую, ориентируясь лишь по дисплею наручного детектора, да и то, тот мог просканировать рельеф на дистанцию чуть более метра.

Отдел разведки сообщил, что штаб Клиффа Наданера находится где-то в джунглях этой планеты. Где именно, они не могли с уверенностью сказать. Впрочем, Нова уже давно усвоила, что под аббревиатурой «ОР» подразумевается отдел разгильдяев, а не разведчиков. Однако они перехватили несколько сообщений, и криптографы утверждали, что задействованным в передачах кодом пользуется именно группа Наданера.

В последние дни правления конфедератов Наданер вел агитационную деятельность, выступая против Старых Семей, Совета, да и всей Конфедерации в целом. Конечно, он был далеко не единственным, кто поступал так. Наиболее успешным на этом поприще, конечно же, был лидер «Сынов Корхала», Арктур Менгск. В сущности, он оказался настолько успешен, что и в самом деле сумел низвергнуть Конфедерацию Людей и заменить ее Доминионом Терранов, возглавив последний, как император и главнокомандующий. В деле продвижения политических перемен Наданер преуспел значительно меньше, но зато приобрел огромный опыт в создании неприятностей и убийствах людей.

Несколько дней прочесывания джунглей ни к чему не привели. Нова обнаружила лишь случайную фоновую радиацию, сигналы спутников с планетарной орбиты, голографические метки различных диких животных, которых ученые пометили для изучения в естественной среде обитания, да слабые электромагнитные возмущения то ли с прибрежных областей континента, то ли с одного из девяти других, более плотно заселенных. Все это совпадало с исходными данными о Тирадоре VIII, поэтому Нова отсеяла эту информацию, как не имеющую отношения к мятежникам.

На данный момент сенсоры ее костюма вообще фиксировали абсолютно непроницаемую зону, на самой границе радиуса действия приборов, — что составляло примерно полкилометра.

«Похоже, дело идет к провалу задания», — подытожила про себя Нова складывающуюся ситуацию. Девушка абсолютно потеряла счет времени. Сколько дней прошло — четыре? Пять?

Невозможно сказать, поскольку из-за быстрого вращения планеты дни здесь были короче, чем те, к которым она привыкла на Тарсонисе, где сутки состояли из двадцати семи часов. Нова могла уточнить время по интегрированному в комбинезон компьютеру, но почему-то посчитала это жульничеством.

«Посмотрим… Я питалась вполне регулярно, за время пути примерно трижды в день, и израсходовала четырнадцать из девяноста сухпайков. Значит, выходит…»

И тут внезапно ее словно накрыло озарением: «Глухая зона!».

Девушка перевела сенсоры из пассивного сканирования в активный режим. Убедилась, что они ничего не уловили — ни со спутников, ни от меток животных, ни от городов дальше к югу.

Вообще ничего.

Нова улыбнулась. Она потянулась разумом наружу — мягко и тонко, а не яростно и небрежно, как всегда это делала раньше, в Трущобах, — и стала искать разум человека, приговорившего к смерти ее семью.

По правде говоря, Наданер не совершал убийства лично. Это сделал человек по имени Густаво Макбэйн, бывший сварщик. Он работал по договору подряда на Мар-Сара, когда конфедераты приказали уничтожить Корхал IV. Вследствие этого события погибла вся семья Макбэйна: беременная жена Даниелла, дочь Наташа и нерожденный сын. Макбэйн поклялся, что Конфедерация Людей ответит за это. Однако, вместо того, чтобы присоединиться к Менгску, такой же, как и он, жертве, пережившей ядерный апокалипсис родного дома, Густаво прибился к разудалой шайке агитаторов Клиффа Наданера.

Нова узнала обо всем этом, когда убила Макбэйна. Одно из свойств телепатии — убийца-телепат узнавал о жертве все, вплоть до самых интимных подробностей. Последние мысли Макбэйна были о Даниелле, Наташе и о так и не получившем имени сыне.

Теперь, три года спустя, обучение Новы на «призрака» подходило к концу. И согласно выпускному заданию (полученному от самого императора Менгска) она должна была десантироваться в гуще джунглей Тирадора VIII, выследить остатки группы Наданера, определить точное местонахождение их базы, а затем и уничтожить их всех. Менгск относился к повстанческим группам даже более нетерпимо, чем правительство, свергнутое его собственной группировкой мятежников.

Через пять минут девушка обнаружила то, что искала — мыслительные процессы высшего порядка. Это оказалось не так уж и сложно, раз она примерно знала основное направление поиска. Тем более что после того как Нова высадилась на планету, она впервые уловила чужие мысли.

Десантный модуль самоуничтожился, едва девушка покинула его. Это было оправдано — никто, и ни при каких условиях не должен владеть технологиями Доминиона. Когда Нова выполнит задание, за ней прилетит эвакуационный корабль. В случае успеха миссии он сможет сесть без риска, — ведь люди Наданера будут уже мертвы. Если же Нова не справится с зачисткой, то лишь по причине смерти. Проектировщики комбинезона учли такую вероятность. Поэтому, как только от «призрака» перестанут поступать признаки жизни, или кто-то попытается снять комбинезон с бессознательного тела, то с «призраком» случится тоже, что и с десантным модулем — телепатам Доминиона также не следовало попадать в чужие руки — как живыми, так и мертвыми.

Отслеживаемые девушкой мыслепотоки принадлежали Наданеру и дюжине его сторонников, причем предводитель полностью занимал их мысли. За исключением тех, кто на данный момент был вообще не способен внятно мыслить. Наданер что-то рассказывал. Нет, пел. Он пел песню, тогда как половина его людей упилась в стельку, наверняка убаюканная уверенностью в том, что их затерянную в джунглях базу с подавляющим любые сигналы полем, никто не отыщет. Вероятно, им и в голову не приходило, что отсутствие сигналов — уже просто огромный указательный знак.

«Потеряешь бдительность — потеряешь голову», — подумала девушка, на автомате вспомнив одну из бесчисленных прибауток «за жизнь» сержанта Хартли.

Она должна прикончить их на расстоянии, используя телепатию. Хотя обучение Новы подошло к концу, и она, по идее, могла бы расправиться с ними без особых проблем физическим способом — тем более что половина «лыка не вяжет» — ее задание предписывало иной метод.

Задание предписывало подобраться поближе, ясно почувствовать разумы повстанцев, а затем убить людей псионическим ударом.

Следующие два часа Нова неслась сквозь джунгли, приближаясь к цели. После «выпуска» костюм сможет увеличивать ее скорость, позволяя девушке пробегать ту же дистанцию вчетверо быстрее, но пока что данный технологический контур еще не был установлен.

«Черт с ним, с заданием. Этот ублюдок приказал Макбэйну и кучке головорезов уничтожить мою семью. Я хочу видеть лицо гада, когда он будет умирать».

Она проникла вглубь мертвой зоны.

Нова слышала мысли Наданера с такой четкостью, как если бы он шептал ей прямо на ухо. Мужчина перестал петь и теперь рассказывал про свои подвиги в бытность десантником Конфедерации, — до той поры, пока вдруг не пресытился службой, бросил все, и занялся собственной революцией. Нова знала, что примерно девяносто процентов этой истории — выдумка. Главарь мятежников действительно когда-то служил в десантных войсках и бывал на Антиге Прайм, но на этом общее у рассказа и реальности заканчивалось.

Нова могла убить его одной только силой мысли. Покончить с ним прямо там. «Тебе не нужно видеть его лицо, ты можешь почувствовать его разум! Так ты узнаешь о его смерти с большей уверенностью, чем если просто увидишь, как закатываются его глаза, а кровоизлияние в мозг заставляет кровь течь из глаз, ушей и носа. Как будто ты раньше такого не делала. Убей его немедленно».

Вдруг до нее дошло, какой сегодня день.

Четырнадцать пайков, выходит, почти три дня.

Значит, сегодня — мое восемнадцатилетие.

Ровно три года назад папа сказал мне, что я полечу в эту звездную систему».

Девушка покачала головой в отрицательном жесте в тот самый миг, когда Наданер закончил рассказывать одну историю и завел новую, правды в которой было еще меньше, чем в первой.

По щеке Новы медленно скатилась слеза.

«А ведь это была такая шикарная вечеринка…»

Часть первая

Всё рушится, основа расшаталась,

Мир захлестнули волны беззаконья

Уильям Батлер Йейтс,

«Второе Пришествие»

Глава 1

Константино Терра давно уже бросил устраивать дочери вечеринки-сюрпризы. Она всегда знала о приближающемся празднике и этим портила весь эффект. «Если припомнить, — подумал он, — эти фиаско были первыми ласточками». Но затем проявились и другие признаки, и вскоре Константино понял, что его ненаглядная Нова — телепат.

Будь он кем-то иным, Константино пришлось бы смириться с неизбежным и передать дочь военным для надлежащего обучения. Но род Терра принадлежал к Старым Семьям, ведущим род от командиров колониальных кораблей, тех самых, что привели человечество с Земли в этот уголок космоса многие поколения назад. Старые Семьи не передавали своих дочерей кому бы то ни было, если сами того не желали.

Мать Новы поддерживала мужа. Константино и Аннабелла Терра редко имели одинаковую точку зрения, поскольку в этом не было необходимости, кроме, собственно, решения оставаться в браке. Как и большинство других браков между Старыми Семьями, этот основывался на финансовой целесообразности: союз двух состояний, от которых вместе пользы больше, чем порознь; да и наследники могут достойные получиться. Этих наследников породило искусственное введение семени Константино в тело Беллы, освободив его таким образом от неприятной обязанности спать с жалкой женщиной. Для таких целей у него имелась возлюбленная, — как, впрочем, и у жены имелся жиг, — все, как полагается. До Константино доходили слухи, бродящие среди домработников, что Белле поднадоел ее жиг, и она подыскивает новую прислугу для сексуальных утех. Впрочем, потом он узнал, что про него с возлюбленной Элефтерией ходят аналогичные слухи, а он бы никогда не обманул ее доверие. Связь муж-возлюбленная, как и жена-жиг, если уж на то пошло, — были в его глазах слишком важны, чтобы серьезно помышлять о ломке привычного уклада семейного быта.

Дочь Константино, вместо того, чтобы проводить свои пятнадцатые именины в правительственном учреждении, развивая в тренировках свои псионические таланты в качестве инструмента противодействия чужеродной угрозе, с которой на данный момент столкнулась Конфедерация, готовилась к самой шикарной вечеринке со времен… ну, со времен последних именин ребенка из Старых Семей. Во многом это было состязание, и каждая семья устраивала празднества одно диковиннее другого, чтобы доказать, что именно они любят своих детей больше всех.

В итоге куполообразная крыша пентхауса венчающая Небоскреб Терра была разукрашена, как никогда. Купол поляризовали, чтобы обеспечить наилучший вид на Тарсонис без помех со стороны солнца. (Фамильное здание Терра — одно из немногих, имеющих практически свободный обзор. Сравниться с ним могли лишь Башня Кусинис и, разумеется, здание Сети Новостей Вселенной). Массивная люстра, шести метров в поперечнике, висела в воздухе под самым куполом, поддерживаемая современнейшими гравиануляторами, гарантирующими безотказную работу. (Гарантия состояла в том, что Константино довел бы производителя до полного разорения, сломайся хоть что-нибудь). Как и ожидалось, столы ломились от блюд со всех уголков пространства Конфедерации. Константино удалось раздобыть даже такие деликатесы, как мясо антиганских буйволов и чуть-чуть саранских острых специй. Стоимость последних двух продуктов была выше, чем совокупное месячное жалованье любых десяти сотрудников Константино, но ради его маленькой девочки оно того стоило.

На празднование пожаловали все важные люди (не менее трех представителей от каждой Старой Семьи Тарсониса и несколько с внешних миров), а СНВ послушно прислала всех своих светских репортеров и даже одного из новостных журналистов, женщину по имени Мара Грескин. Константино улыбнулся, заметив ее появление. «Кому-то она крепко насолила, раз ей поручили освещать эту вечеринку». Обычно подобные события давали пищу лишь светским колонкам; новостные репортеры считали такие назначения ниже себя. Вот почему Грескин ну просто должна была достать кого-то важного… или же попасть в немилость у главного редактора СНВ Хэнди Андерсона.

«Опять же, если они делают репортаж о вечеринке, значит, будет меньше параноидальных историй о чужаках, собирающихся стереть нас с лица земли». Казалось, в эти дни СНВ только и говорила, что об ужасах в системе Сара, да о появлении неизвестной угрозы извне. Константино, конечно же, знал больше, чем СНВ (например, что в действительности там вели войну две разновидности чужаков, а люди оказались аккурат между молотом и наковальней), и это был действительно серьезный повод для беспокойства. Особенно когда Арктур Менгск и его мясники, так называемые «Сыны Корхала», решили использовать вторжение в качестве орудия пропаганды для раздувания пламени волнений как здесь, так и вплоть самой Антиги Прайм.

Несмотря на все это, Константино устраивал вечеринку. Как бы то ни было, но это именины его дочери, и будь он проклят, если позволит Менгску или чужеземным мерзавцам отвлечь его от этого.

Нова превращалась в женщину. По словам няни, у девушки началось то, что няня упорно называла «ее ежемесячными деньками» (как будто Константино не был знаком с женской физиологией). Тем более, грудь дочери становилась все более заметной. Вскоре подростковое пренебрежение к противоположному полу уступит место гормональным велениям. «Что повлечет бесконечный поток неподходящих ухажеров к моей девочке».

По правде говоря, Константино с радостью ожидал этого. Нет ничего приятней, чем наблюдать, как какой-нибудь отчаянный юнец будет пытаться произвести впечатление на одного из самых влиятельных людей в Конфедерации и постыдно с этим не справится. И этот провал будет усугубляться тем, что Константино потребует от любого поклонника недостижимых стандартов. Он уже имел удовольствие пройти через это со старшей дочерью, Кларой (ныне обрученной с молодым Мило Кусинисом), поэтому с нетерпением ожидал аналогичных мероприятий в отношении Новы.

И вот сегодня, здесь, на крыше под прозрачным куполом, Нова стояла в центре зала. Облаченная в прекрасное розовое платье с гофрированным воротом, (белые оборки которого выглядели как лепестки цветка вокруг шеи), с облегающим корсетом и огромным кринолином, чуть ли не полутора метра в поперечнике у самого пола. Девушка шла с такой грацией и легкостью, что благодаря юбке, скрывающей ноги, казалось, парила при ходьбе. (Другие девушки достигали того же эффекта, прикрепляя к обуви незаметные под юбками глайдеры, но Нова, милая девчушка, всегда считала подобные уловки жульничеством). Легкий макияж лишь подчеркивал зеленые глаза; гладкой коже не требовалось косметическое оздоровление, а подростковые неприятности пока еще не портили облика.

Светлые волосы, обычно прямые, по случаю торжества были завиты и элегантно уложены в высокую прическу. Константино отметил, что нужно принести извинения Ребеке. Он подверг сомнению слова парикмахера, когда та сказала, что с локонами Нова будет смотреться изумительно; пора бы начать ей доверять после стольких лет. В конце концов, Ребека даже Беллу могла привести в презентабельный вид, и не раз.

Гости разбрелись по всему пентхаусу. Они веселились, угощались кушаньями со столов, а слуги сноровисто пополняли любое блюдо, лишь только оно грозило опустеть. Чаша с пуншем оставалась полной на три четверти, вне зависимости от того, сколько его выпили — и похоже, старый Гарт Дюк вознамерился поглотить большую его часть единолично. Константино мысленно отметил, что нужно попросить Бориса присмотреть за пьяницей, на случай если Гарт вдруг снова начнет раздеваться. Пустые бокалы и тарелки мгновенно исчезали. Как и всегда, у Константино работали самые квалифицированные слуги. А если и попался вдруг, какой разгильдяй, то в доме Терра он надолго не задержался бы.