Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Короткие любовные романы
Показать все книги автора:
 

«За закрытой дверью», Ирен Беллоу

1

Когда Клэр исполнилось семнадцать, ее сравнивали с персидским котенком — такой хорошенькой она была. К двадцати двум годам она превратилась в ослепительную блондинку — от таких женщин мужчины не могут оторвать глаз. И Айрин такая же.

Однако Клэр нельзя назвать копией матери, подумал Барни Бересфорд, вызвав в памяти образ блистательной своенравной женщины. Клэр высокая и тоненькая, в то время как Айрин отличается цветущей женской зрелостью. Но и мать, и дочь в одинаковой степени обладают врожденной сексуальной притягательностью. От них исходят флюиды, против которых не может устоять ни один представитель сильного пола.

Клэр вышла из лифта в сопровождении двух молодых людей. Те что-то говорили, и девушка весело смеялась.

Барни смотрел на нее во все глаза и чувствовал, как в крови появляется предательский жар, а мускулы живота сводит судорогой. Вот это да! — удивился он, ощутив приятное волнение. Но Барни, сдержанный от природы, быстро привел свои эмоции в порядок, и его лицо приняло привычное отчужденное выражение. Это же крошка Клэр, ты что, забыл? Клэр Стритон.

Она выросла на его глазах, хотя в силу десятилетней разницы в возрасте Барни никогда не удостаивал ее особого внимания. Клэр была дочерью покойного Эрика Стритона и известной своим легкомыслием красавицы Айрин Стритон фон Бергхофер де Маффр. Несколько поколений Стритонов владели ранчо Наура, которое располагалось в нескольких сотнях миль от обширного ранчо семьи Бересфорд.

Ближайшие соседи, Эрик Стритон и Адам Бересфорд, были и закадычными друзьями на протяжении многих лет. Семья Барни искренне горевала, когда Эрик умер от заражения крови. Он поранил ногу, но не обратил на это внимания, а, когда спохватился, было уже слишком поздно. В то время Эрик жил вдвоем со своим сыном Керри. Айрин бросила мужа и укатила с любовником в Европу. Она появилась на ранчо, когда Клэр окончила школу, и через пару дней увезла ее с собой в Париж. Там девушка прожила с матерью пять лет. Ни Айрин, ни Клэр не приезжали на похороны Эрика, очевидно, были слишком увлечены круизом по греческим островам в обществе одного из поклонников Айрин — фон Бергхофера, который позже стал ее вторым мужем. В настоящее время у Айрин был уже третий муж — на этот раз француз Клод де Маффр.

Барни больше не хотелось думать об этой неприятной истории. Он, правда, кипел тихой яростью, испытывая обиду за Эрика, с которым собственная дочь и жена, пусть и бывшая, обошлись так подло. Все общие знакомые Стритонов и Бересфордов чувствовали то же самое.

И вот теперь Барни встречает Клэр, которая в данную минуту идет к нему по холлу аэропортовской гостиницы. Ее короткое простенькое платье переливается серебром на ярком свету. Но этот кажущийся скромным наряд великолепно сидит на ее изумительной фигуре. Клэр не зря прожила пять лет в Париже, она выглядит потрясающе стильно. Ни одна из знакомых Барни красивых женщин не обладает таким шармом.

Молодые люди стали прощаться с Клэр. Один вытащил записную книжку, авторучку, и девушка что-то черкнула. Телефон, адрес? Господи, как это напоминает Айрин! Барни почувствовал себя так, словно ему на старую рану насыпали соль.

Клэр вошла в главное фойе, обратив на себя взоры находившихся там людей. Почувствовав, должно быть, взгляд Барни, Клэр быстро повернула голову в его сторону. Он встал и направился ей навстречу, испытывая при этом какое-то странное волнение.

 

Барни показался ей еще более внушительным, чем она помнила его: высокий, стройный, агрессивно красивый. От него веяло недюжинной силой и особым мужским магнетизмом. Это, а также ироничный блеск красивых серых глаз делали его небезопасным для женщин. В общем, Клэр узнала бы Барни Бересфорда в любой толпе.

Она почувствовала, что ей не хватает воздуха. Было странно снова видеть Барни. Этот человек, железной рукой правящий обширной скотоводческой империей и компанией «Бересфорд Энтерпрайзис», постоянно являлся Клэр в мечтах, когда она еще была впечатлительным и романтическим подростком. Барни, правда, никогда не воспринимал ее всерьез, относясь к ней, как к младшей сестренке, которая в будущем, скорее всего, станет похожей на свою красивую непутевую мать. Таким был Барни Бересфорд, человек, которого Клэр знала всю свою жизнь и которого никогда не узнает до конца.

Он шел прямо на нее: его мягкая грациозная походка напоминала ей движения огромной сильной кошки. Несмотря на более чем заурядные джинсы и ковбойку он выглядел патрицием: было в нем что-то — скрытая энергия, уверенность, острый взгляд? — что говорило о сильном, независимом и жестком характере этого человека. Короче, Барни был тем, кем был: ярким представителем истеблишмента землевладельцев, скотоводческим бароном, обладавшим колоссальным влиянием и силой. То есть человеком, которого никто не смел игнорировать, и меньше всего представительницы прекрасного пола.

— Барни!

Клэр сделала глубокий вдох и протянула встречающему руку. Он же в знак приветствия коснулся губами ее щеки. Этот невинный поцелуй током прошел через ее тело, взволновав Клэр до глубины души.

— Добро пожаловать домой! Как долетела? Ты совсем не изменилась.

Барни осознавал, что лжет, не моргнув глазом, — за эти годы Клэр расцвела подобно волшебной розе. Барни злило, что он так быстро поддался чарам девушки.

— Я очень рада видеть тебя! Сколько лет прошло…

— В марте будет пять. — Он продолжал разглядывать ее. — Ты повзрослела.

— Это все Париж. Как вы здесь поживаете? Ты должен рассказать мне все-все-все.

— Как поживаем? Живы-здоровы. Почему бы нам не выпить чего-нибудь?

Когда Барни решительно взял ее под руку, Клэр словно опалило огнем. Успокойся, приказала она себе, поразившись быстроте и силе своих эмоций. Этот мужчина не похож на других, и тебе он не по зубам.

Официант проводил их к свободному столику в зале с зеркальными стенами. Большие хрустальные светильники разбрасывали ровный свет над головами посетителей.

— Что закажем? — Барни вопросительно посмотрел на спутницу.

Его взгляд будоражил Клэр. Это ощущение усиливалось от осознания, что Барни даже не замечает, каким обладает мощным магнетизмом. Для него это так же естественно, как власть, престиж и огромное состояние, которое сколотили несколько поколений его семьи.

— Я бы не отказалась от бокала шампанского. — Клэр повернула голову и увидела, как их отражение многократно повторяется в зеркальных панелях зала.

— Шампанское? Прекрасно. У нас есть повод.

Пока Барни делал заказ официанту, Клэр разглядывала его. У него было открытое лицо с четкими, скульптурными линиями и подбородок с ямочкой — фамильная черта Бересфордов.

— Ну как, я изменился? — резко спросил Барни.

— Извини, что глазела на тебя. Я думала, насколько хорошо мне знакомо твое лицо и в то же время совсем незнакомо. Если ты понимаешь, что я имею в виду, — быстро добавила она, не желая развивать эту тему.

— Это понятно. Мы с тобой относимся к разным возрастным группам. В этом плане ты ближе к моему младшему брату Джоуи.

— Как он?

— Признаться, в восторге, что ты возвращаешься домой.

— Ты говоришь так, будто сомневался, что я приеду.

— За пять лет мы не имели от тебя никаких известий.

В тоне Барни сквозило невольное осуждение: близость Клэр почему-то выводила его из равновесия. В нем боролись два чувства: физическое влечение к этой девушке, и в то же время — враждебность.

Но над ним витало и третье, еще более сильное чувство, — острая необходимость положить всему этому конец.

Клэр догадалась, что происходит в душе Барни, и ее глаза наполнились слезами. Голос стал совсем тихим, словно она разговаривала сама с собой.

— Нас никогда не простят, да?

Какие необыкновенные фиолетово-голубые глаза, подумал он с невольным восхищением.

— Это уже в прошлом, Клэр.

— Я так не думаю, — отозвалась она после небольшой паузы. Ей хотелось объясниться начистоту, но она не могла касаться определенных сторон личной жизни матери. — Ты не знаешь обстоятельств. Мама пользовалась своей девичьей фамилией, поэтому нас долго не могли найти. Когда умер отец, мы были в море, а когда нас наконец обнаружили, было уже поздно ехать сюда.

Клэр замолчала, боясь сказать лишнее о матери. Айрин обладала уникальной способностью принимать ошибочные решения. Она несколько дней не говорила дочери о том, что ее отец умер.

— Ну что ж, это кое-что объясняет, — угрюмо произнес Барни.

— Мы до сих пор не можем прийти в себя, — сказала Клэр с болью. Ей стало неуютно под пронизывающим взглядом серых глаз.

— Прости, но мне трудно поверить в это. Айрин без малейших угрызений совести бросила твоего отца.

— Ты считаешь, я должна покаяться? — Нервы у нее были натянуты как струна.

— Не передо мной, разумеется, — пожал плечами Барни.

— Ты теперь будешь осуждать меня до конца моей жизни? Мы ведь скоро станем родственниками.

— И в мыслях не держу. Ты очень красивая, Клэр. — Он бросил на нее взгляд, от которого по ее телу пробежала приятная дрожь. — Париж наложил на тебя свой неповторимый отпечаток.

Клэр покачала головой: иногда броская внешность причиняла ей немало проблем. Все-таки пора перевести разговор на более безопасную тему.

— Кейт, должно быть, волнуется.

— Еще как, — подтвердил Барни, заметив, как изменилось выражение ее лица. — Мы все ждем эту свадьбу с большим нетерпением. Последняя свадьба, которую видел Кэстл Хилл, была свадьбой моего деда. Родители поженились в Сиднее, как ты знаешь.

— И мой папа был шафером. Я думаю, слияние наших семей было неизбежным. Кейт и Керри дружили с детства, на них всегда было приятно смотреть, когда они были вместе. Они должны были влюбиться друг в друга на определенном этапе своей дружбы. Счастливчики.

— Можно подумать, ты не влюблялась.

— Один-два раза, но это была лишь иллюзия любви.

— Не торопись, — посоветовал Барни. — Брак — это очень большой риск.

— Ты хочешь знать, собираюсь ли я замуж?

— Ничего подобного. У тебя просто богатое воображение. Как поживает Айрин?

— Она сейчас с друзьями в Марокко, — сердито ответила Клэр, залетая его тоном. — На вилле в нескольких милях от Танжера. Очень красивый особняк, окруженный финиковыми пальмами и зарослями оливковых деревьев.

— Судя по твоим словам, место потрясающе красивое. Ты была там, конечно?

— Сравнительно недавно. Хозяин особняка надеется, что мама выйдет за него замуж.

— О нет! — с театральным драматизмом воскликнул Барни. — Это даже для Айрин перебор. А что по этому поводу думает ее последний муж, месье де Маффр?

— Заткнись, Барни, — процедила Клэр сквозь зубы.

Боже, неужели я это сказала?!

— Нет, правда, — он сверкнул белоснежными зубами, — существуют же какие-то приличия.

— Мама ненавидит условности. Кроме того, Клод все равно потерял ее — он намного старше.

— Значит, возраст все-таки имеет значение, не так ли? — Блестящие глаза Барни впились в нее острыми алмазами.

— Для мамы — имеет. Если брак не заладился, тут уж ничего не поделаешь.

— Ну, разумеется, счастья надо добиваться любой ценой. Новый воздыхатель, конечно, богат?

Его насмешливый тон больно ранил Клэр.

— Конечно. Мама любит деньги.

— Она, кажется, неплохо заботится о тебе. — Барни прошелся оценивающим взглядом по холеным рукам девушки, красивому платью, дорогой сумочке.

— Я не беру денег ни у мамы, ни у ее мужей, — не без гордости тихо проговорила Клэр.

— Прости, я не хотел тебя обидеть. Я понял, что ты сопровождала Айрин в поездке по Европе. У тебя, кстати, появился очаровательный акцент.

— Тебя, наверное, удивит, если я скажу, что говорю по-французски без акцента.

— Вовсе нет. Чем же ты занималась в Париже? — В голосе Барни слышалась легкая ирония.

Ему даже в голову не приходит, усмехнулась про себя Клэр, что я работала — и небезуспешно — репетитором английского языка. Кроме того подрабатывала фотомоделью, демонстрируя в основном свои длинные светлые волосы.

— Когда-нибудь я расскажу об этом, если тебе действительно интересно знать.

— А почему не сейчас?

— У тебя, кажется, сформировалось предвзятое мнение обо мне.

— Да нет. Собственно говоря, ты еще не успела проявить себя ни с какой стороны. — Он лукавил: Клэр уже волновала его. — Айрин увезла тебя, когда тебе было семнадцать. Керри жутко тосковал по тебе, особенно после смерти вашего отца. Ты знала об этом?

— Никто не знал, что случится несчастье. — Голос Клэр дрогнул.

— Никто не знал, — согласился Барни. — Бегство Айрин сломило Эрика, и после развода жизнь потеряла для него всякий смысл. Он совсем перестал обращать внимание на свое здоровье.

— Я любила его, Барни, — печально проговорила Клэр, опустив голову.

— И он любил тебя. Очень.

— Его смерть потрясла меня.

На самом деле у Клэр случилась истерика. Она обвинила мать в смерти отца и в финале безобразной сцены потеряла сознание.

— Ты что, не могла найти дорогу домой? — Барни не проявлял ни малейшего сочувствия, хотя Клэр и объяснила причину отсутствия на похоронах отца.

— Я должна была позаботиться о маме. И у меня не было в тот момент денег.

Она действительно была на мели, когда умер отец.

— А Айрин не могла подкинуть тебе тысчонку-другую на билет ради такого случая? — едва сдерживаясь, спросил Барни.

— Ее золотая кормушка опустела наполовину, так как она, поверив одному приятелю, вложила деньги в гиблое дело. Мама слишком импульсивна. Она сначала что-то сделает, а уж потом начинает думать.

— Это точно, — рассеянно согласился Барни, думая о том, как упорно работал Эрик, чтобы обеспечить жене шикарную жизнь. — Ладно, Клэр, все уже давно в прошлом.

— К сожалению, прошлое никогда не оставляет нас. Я очень удивилась, узнав, что Кейт хочет видеть меня подружкой невесты на своей свадьбе.

Барни вспомнил, как его семья, разделившись на два лагеря, спорила до хрипоты по поводу приглашения Клэр на эту почетную роль.

— Вы были подругами в детстве, — уклончиво пояснил он. — К тому же ты сестра жениха. Правда, кое-кто из нас опасался, что ты не приедешь и на свадьбу.

Барни увидел, как по лицу Клэр пробежала тень, и сразу пожалел о своей колкости. Неужели я хочу наказать ее? — спросил он себя. Похоже, что так.

Появился официант с серебряным ведерком на подносе. Откупорив шампанское, он ловко разлил его по бокалам, после чего, бормоча слова благодарности за щедрые чаевые, удалился.

— Добро пожаловать домой, — произнес Барни, подняв свой бокал. — Прости, Клэр, я действительно не очень вежливо тебя встречаю.

— Ничего, я поквитаюсь с тобой в ближайшее же время, — улыбнулась она, на глазах превратившись из снедаемой душевной болью девушки в беспечную кокетку. — Ты вообще жесткий человек.

Серые глаза Барни обрели стальной оттенок.

— Интересно. У меня что, такая репутация?

— Да, нравится тебе это или нет. — Клэр продолжала пить шампанское маленькими глотками.

— Послушай, Клэр. — Барни откинулся на спинку стула. — От меня зависит огромное количество людей и бесчисленные стада животных. И жесткость — как раз то качество, которое необходимо, чтобы управлять огромной империей Бересфордов. Советую тебе запомнить это.

— Не волнуйся, запомню! А разве Джоуи не помогает тебе?

Барни хотел было проигнорировать иронию, но потом сказал:

— Я не собираюсь ни с кем обсуждать своего младшего брата. Но ты сама скоро узнаешь, что он не любит обременять себя излишними заботами.

— Может, оно и правильно. Вы оба еще не женаты?

Барни не спешил с ответом. Вопрос не столько задел его, сколько позабавил.

— Мы даже не помолвлены. У Джоуи еще много времени впереди, я же займусь этим вопросом, когда буду готов.

— Но у тебя, вероятно, уже есть кто-то на примете? — Клэр не сводила с него миндалевидных глаз.

— Никого.

— Ты не нуждаешься в женщинах? — Клэр осознавала, что ведет себя несколько вызывающе, но, с другой стороны, Барни все равно невысокого о ней мнения.

— Еще как нуждаюсь. Я не всегда сплю один.

Ну конечно, разве женщины позволят такому красавцу проводить ночи в одиночестве, неприязненно подумала Клэр.

— Может, назовешь имена счастливиц?

— Нет, — отрезал Барни. — Допивай шампанское, и пойдем. У меня сегодня было много деловых встреч, и я чувствую усталость. Да и ты, наверное, утомлена. Приятно будет принять душ и расслабиться на прохладных простынях. Если ты не возражаешь, я бы хотел встать завтра пораньше.

— Не беспокойся, я не нарушу твой сон.

Барни внимательно посмотрел на нее и чуть не рассмеялся.

— Мы должны отправиться в путь не позже восьми тридцати, иначе я ничего не успею. Ты, полагаю, привезла с собой большой багаж?

Клэр поморщилась.

— Ты путаешь меня с моей матерью. И потом, я приехала сюда только на месяц, а затем снова вернусь в Париж.

— Похоже, там тебя кто-то ждет.

— Ты не ошибся. Его зовут Пьер. Мы очень весело проводим время.

Барни криво усмехнулся.

— Боюсь, мне это не очень интересно. Сам я веду довольно замкнутый образ жизни.

Клэр широко раскрыла глаза.

— Жаль, ты очень красивый мужчина.

Она умудрялась постоянно вводить его в состояние дискомфорта.

— Ну… благодарю за комплимент. Только не забывай, что я не встречаюсь с подростками.

— Ко мне, насколько я понимаю, это не относится. Мне уже двадцать два года.

— Солидный возраст, — дружелюбно-насмешливо заметил он.

— Барни, я не желаю, чтобы ты опекал меня.

— Молодец. Мне нравится твоя самостоятельность.

— Неужели? А мне показалось, что ты все время пытаешься меня подколоть.

Эти слова отрезвили его.

— Прости, Клэр. Я не нарочно.

— Я прошу тебя, разумеется, — демонстрируя великодушие, она отчаянно пыталась избавиться от внутреннего напряжения, — если ты будешь помнить кое о чем.

— И о чем же?

— Что я не идиотка.

Барни вскинул на нее глаза.

— Это делает тебя вдвойне опасной.

Но расслабиться этой ночью не удалось ни Клэр, ни Барни. После беседы в баре напряжение между ними еще более возросло — прямо пропорционально усилению взаимной симпатии.

 

Клэр молчала, пока они не взлетели.

— Мне нравится твой новый вертолет. — Она постучала наманикюренным ногтем по подлокотнику своего кресла. — А куда ты дел старый?

— Подарил приятелю. Он давно мечтал иметь такой.

— А этот более мощный?

— Да. Самолет, конечно, развивает более высокую скорость, но не годится для наших мест — никогда не знаешь, где придется приземлиться. А эта машина может сесть практически где угодно. Сейчас мне часто приходится проверять отдаленные выгоны, посещать собрания, деловые встречи и так далее.

— Эта штука стоит, наверное, целое состояние, — задумчиво сказала Клэр.

— Это не роскошь, не игрушка для забавы богатого человека. При моем образе жизни вертолет — насущная необходимость. Передвигаться на нем гораздо приятнее и быстрее, чем трястись на джипе по пыльной дороге.

— Я тоже люблю летать, — сказала Клэр, посмотрев вниз на землю, — и никогда не устаю от полетов. Это просто чудо.

— Ты знаешь, что Керри пришлось расстаться со своей «чесной»? — Барни бросил на нее острый взгляд.

— Да. — Клэр погрустнела. — Папа и Керри работали на износ, но у них было слишком много неудач.

— И Айрин хотела иметь жирный кусок от семейного пирога, — не сдержался Барни.

— Я ничего не знаю об этом.

— Не может быть. Зачем лгать?

— Папа не обсуждал с нами этот вопрос. Мне было всего тринадцать, когда мама ушла от нас. Ты забыл? Керри только-только окончил школу. Папа старался оградить нас от семейных дрязг.

— Тогда прошу прошения. Но Эрик, кстати, не был в восторге оттого, что ты уехала к матери в Париж.

— Я знаю, но он в конце концов сдался.

— Айрин вышла замуж за того мужчину, с которым сбежала из дома? — спросил Барни после долгой паузы. — Или он был недостаточно богат для нее?

— Что-то в этом духе.

— Сколько ты прожила с ней, прежде чем фон Бергхофер исчез с ее горизонта?

— Все это очень грустно, Барни.

— Догадываюсь. — У него вдруг возникло желание защитить Клэр. — Я думаю, что для молодой красивой девушки это было похоже на ночной кошмар.

— Мне нечего было бояться. Просто поплакала немного, когда мама и Рольф расстались. К тому времени она уже познакомилась с Клодом, который вознамерился сделать из нее светскую львицу. Маме идея пришлась по душе.

— Ну и ну! — присвистнул Барни. — Как ты только выносила все эти амурные приключения Айрин?

— Просто я неизмеримо старше ее, — пожала плечами Клэр.

— Так ты, оказывается, была нянькой при собственной матери?

— А ты думал, что все это время я развлекалась — бегала с парнями на вечеринки, баловалась наркотиками… — Клэр бросила на него насмешливый взгляд.

— Я видел твоих ухажеров в гостинице.

— Каких ухажеров? — растерялась Клэр.

— Тех двоих, которым ты что-то черкнула в записной книжке. Телефончик, да?

Клэр вздохнула.

— О господи! Тебе просто доставляет удовольствие делать из меня круглую дурочку, не так ли?

— Я прекрасно знаю, что ты не легкомысленная девушка. — Барни не сомневался: Клэр обладает острым умом, здравым смыслом и внутренней силой.

— Если хочешь знать, то я объясняла им, как добраться до озера Эйр. Это американцы, путешествующие по Австралии.

— И они не пригласили тебя с собой? — Барни продолжал дразнить ее, хотя и осуждал себя за это.

— Пытались пригласить. Все мужчины, кажется, убеждены, что блондинки умеют наслаждаться жизнью.