Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Фэнтези
Показать все книги автора:
 

«Война магов», Элейн Каннингем

Пролог

Около двухсот лет назад, во времена темного прошлого Халруаа, на окраине древнего болота возвышалась черная башня.

Внутри она казалась значительно больше, чем можно было предположить, глядя на мраморную, черную твердыню снаружи. Вдоль стен огромного зала, занимавшего весь первый этаж, теснились клетки. Заключенные, коих здесь было великое множество, бессмысленно бродили туда-сюда или с отчаянием бросались на кованные прутья. Стенания пленников, так похожие на эхо, что доносится со дна Бездны, заполняли башню. Ученики, одетые в красные мантии, спокойно шли по своим делам, не замечая или просто не обращая внимания на окружающую обстановку.

В одной из клеток ютилась маленькая грязная женщина. Короткая сорочка, едва прикрывавшая её тело, не могла спрятать шрамов от бесконечных магических экспериментов. Она пристально глядела сквозь кованые прутья. Глаза женщины потускнели от осознания неизбежности собственной смерти.

Некогда известная как Акиварья, гордая эльфийка клана Багрового Древа, теперь она была просто Кивой, любимой пленницей и игрушкой некроманта. Сердце женщины разорвалось, когда некромант уничтожил её клан, но неожиданно большой запас упрямства и хитрости все еще заставлял жизнь теплиться в её теле. Она даже пережила рождение ларакена, что, безусловно, поразило как её, так и человека, ставшего её мучителем. Но сегодня все это должно, наконец, закончиться.

Кива отважилась кинуть взгляд на большое овальное стекло, стоящее у прутьев клетки. На окно в мир воды и магии. Там свирепствовал жуткий монстр, демон, которого заманили на План Воды из изначальных глубин Бездны. В два человеческих роста, с мускулатурой, не уступавшей дворфу, демон был чистейшим злом, заключенным в могучую плоть. Кива хорошо знала демона — прежде подвергшегося пленению и пыткам мага — и воспоминания о прошлых встречах с омерзительным существом наполняли женщину ужасом и отвращением.

Массивные кулаки демона беззвучно ударяли о портал. Подобно водной Медузе, голову создания венчали угри, которые яростно извивались вокруг отвратительного, асимметричного лица плененного создания. Их крошечные клыки скрежетали и щелкали в такт беззвучным крикам демона. Некромант имел обыкновение держать существо в магическом заточении, таким образом заставляя монстра впасть в ярость. Кива никогда не знала, когда демон сможет прорваться в её клетку. Это ожидание было одной из жестоких пыток, придуманных для неё магом.

Женщина напомнила себе об эксперименте, запланированном на ту же ночь. Об обряде, который ей не пережить, но даже перспектива скорой смерти не принесла ей успокоения. Радости эльфийской загробной жизни были ей недоступны. Как недоступны были и мечты о ноже, что она вонзит в сердце мага!

Кива вытянула шею, ища глазами любимую игрушку некроманта — малиновый драгоценный камень, который удерживал в себе души членов её клана. Ахлаур использовал жизненную энергию эльфов как источник силы. Для него она была едва ли ценнее сухого хвороста, которым кухарка разжигает огонь под плитой. И потому смерть для плененного Ахлауром эльфа была лишь новым заточением.

Драгоценного камня не было на месте. Значит, Ахлаур и его ларакен снова вышли на охоту.

Длинный пронзительный скрип прорезал какофонию звуков. Кива села, внезапно ощутив тревогу. Её упрямый дух воспарил, полный надежды. Наконец, нечто разбудило Каменных Стражей! Башня некроманта охранялась армией нежити. Всюду были разбросаны жуткие ловушки, а магические вторжения поглощал ларакен, пожиравший магию. Никому доселе не удавалось прорваться сквозь все преграды, чтобы разбудить каменных горгулий, что защищали двери башни.

С трудом, Кива поднялась на ноги и откинула с лица тусклые волосы, которые некогда блестели, словно нефрит. Она прижалась к прутьям, напрягая слух, чтобы расслышать звуки битвы. Отдаленный шум становился все громче, пока не окружил собой каменный застенок, в котором томились большинство пленников некроманта. Сердце Кивы подпрыгнуло — здесь, в этих клетках, было заперто так много эльфов!

Она слышала, как крепкие дубовые двери темницы взрываются, треща так, словно в древесину ударила молния. Ввысь поднялся хор эльфийских голосов, которые стихли, как только пленники бросились в окружающий башню лес. Из глаз Кивы брызнули слезы радости, хотя сама она не таила больших надежд на спасение.

Двери башни распахнулись, ударяясь о стены. Две огромных горгульи, которые были так похожи на водного демона, влетели в комнату. Они притаились в засаде по обе стороны от распахнутой настежь двери.

На мгновение ошеломленные, ученики быстро вооружились волшебными палочками и магическими снарядами. Один молодой человек наколдовал малиновую молнию, которую держал в воздухе, словно дротик, приготовленный к броску. Сама башня приготовилась к сражению. В трещинах между мраморными плитами проносились огненные змейки, собирая силу, которая затем неожиданно вспыхнет смертоносным пламенем. Изображения, вырезанные на камне, обретали жизнь. Крылатые змеи сорвались с украшавшего потолок барельефа. Описывая круги в воздухе, они тяжело устремились вниз. Черные мраморные скелеты выворачивались из угрюмых скульптурных композиций.

Тишина окутала башню. Пленники со смесью страха и надежды ждали предстоящего сражения.

Наверх, и быстро!

Безмолвная команда прозвучала в голове Кивы, словно эльфийский боевой клич. Недоумевающие лица остальных говорили о том, что сообщение услышали все. В тихом голосе чувствовалась мощная магия, магия, не связанная с жестокими развлечениями некроманта. Для Кивы этого было достаточно. Надежда придала ей сил. Женщина вскочила и схватилась за перекладину клетки. Она поставила ноги на поперечный прут, а затем подтянулась и потянулась к следующему. Подобно ей, пленники в других клетках как могли карабкались вверх.

 

Злое серое облако вспыхнуло посреди башни, ревя, словно раненый дракон. Облако разразилось ливнем. Поток льющейся воды грозился сорвать Киву с её перекладины, но женщина упорно поднималась вверх. Непривычная усмешка чуть скривила уголки её губ, стоило эльфийке представить себе стратегию атакующих.

Волшебная вода столкнулась с пламенем некроманта. С обжигающим шипением, пар начал подниматься от пола. Ученики отшатнулись. Они кричали и отбрасывали свою магическое оружие, пытаясь защитить лица от обжигающего тумана.

Облако мгновенно изменилось, сжимаясь в огромное, льдисто-синее одеяло. Оно, словно призрачные объятия, опустилось на Киву, скользя вниз, чтобы накрыть собой обжигающий туман. Пар обратился в легкую паутинку, сотканную из кристалликов льда. Паутина, в свою очередь, образовала плотную толстую ледяную корку.

Мраморные и каменные стражи застыли. Их ноги сковал лед и магия, дававшая жизнь бездушным созданиям, покинула их тела. Одна из крылатых змей не успела приземлиться. Крылья создания застыли, стоило ледяному облаку окутать его, и оно рухнуло вниз, разлетаясь на мелкие кусочки. Осколки черного мрамора заскользили по ледяному полу.

Только пара горгулий смогла пережить смертоносный магический дождь. Они отчаянно метались, не в состоянии выбраться из ледяной ловушки. Но были и те, кому лед оказался более послушен.

Внезапно, заледеневший пол вокруг горгулий покрылся аккуратными трещинами, и каменные монстры поднялись в воздух. Они стояли на небольших квадратных кусочках льда, словно огромные султаны на маленьких коврах. Все еще пытаясь вырваться, они вылетели через открытую дверь и с грохотом приземлились на свои прежние места.

Кива упала на пол клетки, не обращая внимания на холод, обжигающий босые ноги. Чтобы еще раз убедиться в своей безопасности, она быстро огляделась вокруг.

Некоторые ученики лежали мертвыми, их тела покрывал толстый слой льда. Ноги других намертво вмерзли в пол. Кто-то все еще вопил от боли, иные просто испуганно молчали. Одному из магов все же хватило ума взмыть над обжигающим паром. Он сидел на плечах скелета, с тупым изумлением глядя на обмякшую малиновую веревку — все, что осталось от его великолепной молнии. На полпути вверх по винтовой лестнице, выпучив глаза, стояла девушка, лихорадочно срывая веточки, покрывшие её волшебную палочку, словно это могло помочь вернуть магию, потерянную из-за дождя. Бросив взгляд вверх, волшебница быстро оглядела нападавших, после чего её внимание вернулось к испорченной палочке.

Несколько человек, носивших одежды воинов, вошли в комнату. Они осмотрели залу, убедившись, что сопротивление сломлено. Удостоверившись в своей безопасности, они занялись освобождением пленников. Высокий, крепко сложенный мужчина подошел к клетке Кивы. Его нос напоминал изогнутое лезвие сабли, а с головы ниспадала длинная коса темных каштановых волос. Он вытащил из-за пояса небольшую палочку и опустил её на замок в форме черепа, который запирал дверь.

— Не надо! — прохрипела Кива. Её голос, который женщина использовала для криков, а не для песен, был грубым. Свободной рукой она указала на «зеркало», где стоял внезапно притихший и обратившийся во внимание демон.

— Ничего не выйдет, — повторила Кива. — Откроешь замок — выпустишь демона.

Маг посмотрел на слюнявое существо.

— Не бойся, дитя. Мы не позволим этому созданию причинить тебе вред.

— Лорд Ахлаур скоро вернется! Вы не можете сражаться с обоими, — возразила девушка.

— Ахлауру тоже не выдержать битвы на два фронта. Демон верен ему?

Верен? — недоверчиво повторила Кива про себя.

— Демон — пленник.

— Тогда тебе не стоит бояться его освобождения. Мы не те, кто ему нужен. Просто будь готова бежать, как только дверь распахнется.

Внезапно, глаза мага затуманились, словно он прислушивался к далеким голосам. Через мгновение его взгляд опять стал сосредоточенным и угрюмым. Он повернулся к товарищам.

— Ахлаур идет.

Люди сформировали ряды, вскидывая вверх палочки, словно готовые к бою мечи, или руки, в которых они держали яркие сферы, потрескивающие и дрожащие от заключенной в них силы.

В башню ступил высокий черноволосый мужчина. Богатые черно-красные одежды развевались вокруг него. Без особого интереса некромант оглядел собравшихся. Подобным взглядом мог окидывать бальную залу какой-нибудь придворный. Следом показалась Нур, его любимая ученица. Молодая женщина с глазами лани, обладавшая мягкой красотой и невероятными амбициями.

В сложенных руках Нур несла рубиновый кристалл, камень, размером с человеческую голову, сверкающей тысячами граней. Формой кристалл напоминал многоконечную звезду. Камень, в буквальном смысле пылал жизнью. Взгляд Кивы, полный тоски и отчаяния, скользнул к драгоценности.

— Рад встрече, Залаторм, — сказал Ахлаур с легкой насмешкой.

Это имя поразило Киву. Даже здесь, заключенная в изолированной от мира тюрьме, она знала его! Она слышала истории о маге, который постепенно восстанавливает мир и порядок в хаосе, принесенном растущей силой Ахлаура.

Удивление снова овладело Кивой, когда один из магов отделился от группы, делая шаг вперед. Великий Залаторм был человеком средних лет и среднего роста. Он обладал коричневыми волосами и того же цвета бородой — бледным, по стандартам Халруаа, цветом. Ничто в лице или одежде не говорило о его силе. В руках у него не было ни оружия, ни магии. Он был на голову ниже Ахлаура, и его мрачное простое лицо резко контрастировало с аристократическими чертами некроманта. Мысленно, Кива сравнила это с состязанием между грязновато-серым фермерским пони и иссиня-черным Пегасом.

— Я задавался вопросом, когда же ты посетишь меня, — сказал Ахлаур.

Он отвел глаза от Залаторма, пренебрежительно оглядывая готовых к бою магов. Его ухмылка превратилась в презрительную усмешку.

— Это лучшее, что ты смог найти? Трансформация в безвольную нежить пойдет этому сброду только на пользу!

Седовласый маг выплюнул проклятие и поднял палочку, готовясь отомстить за оскорбление. Кива отметила панику, отобразившуюся на лице Нур, когда мужчина направил свое оружие на Ахлаура. Ученица издала сдавленный крик и слегка раскинула руки, словно пытаясь предотвратить магическую атаку.

Свет вырвался из палочки старого волшебника. Луч быстро метнулся в сторону от Ахлаура, стремясь к Нур, как молния к магниту. Когда магическая энергия ударила в камень, черные волосы Нур встали дыбом, извиваясь вокруг искаженного лица девушки. Палочка старого волшебника быстро испытала на себе последствия колдовства. Она потемнела, превращаясь в тонкую полоску падающего пепла.

Магия все текла, пока рука мага не превратилась в обтянутую кожей кость. Здесь была жизнь, здесь была магия, и малиновая звезда Ахлаура забрала и то, и другое. Храбрый человек умер быстро, его выпитое тело со слабым ломким звоном повалилось на заледеневший пол.

Над магами повисла ошеломленная тишина. Только Залаторм сохранял присутствие духа. Он воззвал к малиновой звезде. Драгоценный камень поднялся из слабых рук Нур и поплыл к нему. К удивлению Кивы, Ахлаур не вмешивался.

— Ты не сможешь навредить мне этим, — сказал некромант, все еще сохраняя в голосе веселые нотки.

— Как и ты, — угрюмо ответил Залаторм. — С помощью этого камня мы доверили наши жизни друг другу.

В притворном удивлении некромант повел своими черными бровями.

— Зачем, Залаторм! Будь осторожнее, иначе я подумаю, что ты сомневаешься в нашей дружбе!

— Сомневаюсь? Не знаю, что хуже. То, во что ты превратил этот камень или монстр, которым стал человек, некогда звавшийся моим другом.

Ахлаур обратил веселый взгляд на свою ученицу. Нур стояла над убитым магом. Девушка прижимала руки ко рту. По её прекрасному лицу текли слезы. Некромант не обратил никакого внимания на страдания ученицы.

— Он назойливый, да? — спросил он, кивая головой в сторону Залаторма. — И чего еще можно ожидать от человека, чей семейный девиз: «Слишком глуп, чтобы умереть».

Залаторм поднял камень, словно бросая вызов, а затем быстро сотворил заклинание свободной рукой. Каждый маг в комнате повторил его ловкие жесты.

Взрыв белого света и оглушительный визг заполнили комнату. Кива упала, прижимаясь к полу своей клетки. Башня взлетела в воздух, воспарив над пологом леса. Девушка снова улыбнулась. Магия ничуть не уступала в силе той, что она терпела от рук Ахлаура, и эльфийка чувствовала это. Переместить всю башню, волшебную башню — башню Ахлаура! — это невероятный подвиг! Она сразу догадалась о намерениях Залаторма и снова посмела надеяться.

Когда башня содрогнулась и остановилась, Кива закрыла глаза и глубоко вздохнула, словно вбирая внутрь себя окружавший их лес. Ощущения, которые эльфийка никогда не смогла бы внятно описать человеку, указали ей новое местоположение башни. Глубоко в болоте тянулся разлом, рассекший землю во времена далекого катаклизма, известного эльфам как Раскол. Эта трещина была отличной могилой для проклятого строения. Она была так далеко от ларакена и его пожирающей магию силы.

Кива встала на колени и взглянула на некроманта. Он принял оборонительную стойку, размахивая скипетром и палочкой из черного дерева, словно парой мечей. Её горло сжалось, потому что она знала, что за заклинания хранятся в этих предметах, как знала и то, что Ахлаур может вести магическую атаку очень долго.

Тем не менее, он не нападал.

Взгляд эльфийки скользнул по лицу некроманта. Момент изумления прошел, и она поняла, что скрывается за дикими глазами и перекошенным лицом мага.

Ахлаур боялся.

Конечно! Волшебный дождь оказал влияние даже на это мощное оружие!

Уверенность Ахлаура покоилась на ларакене и его способности поглощать заклинания других магов, передавая их энергию своему хозяину. Теперь башня была перенесена далеко за пределы охотничьих угодий существа, и к оружию мага больше не текло новой силы.

Неистовый взгляд Ахлаура отыскал ученицу.

— Ларакен! — взвыл он, обращаясь к Нур, размахивая скипетром и палочкой. Он был похож на человека, что пытается удержать стаю волков хворостиной. — Призови ларакена!

Кива рассмеялась. Её смех был рваным, но в нем звучала ненависть и триумф. Нур не сделает того, что просит маг. Убитый старик был её отцом — Кива чувствовала это в костях и крови девушки. Она знала, что дух старого мага теперь заключен в красной звезде вместе с её собственными сородичами. Тоска и чувство вины, отразившиеся на лице Нур, в момент гибели седовласого волшебника были знакомы эльфийке не хуже биения собственного сердца.

Но подчинение Ахлауру вошло в привычку, и руки девушки начали сплетать заклинание призыва прежде, чем она успела сделать это по собственной воле. Она застыла в нерешительности, а наполовину готовое заклинание потрескивало вокруг неё сияющим ореолом, покуда взгляд ученицы растерянно метался по зале.

Некоторые маги направили оружие на неё, готовые прикончить девушку в случае необходимости. Все смотрели на Залаторма, который поднял руку, останавливая их и внимательно изучая Нур. Взгляд мага был оценивающим и сочувствующим.

— Твой отец, — тихо сказал он. — Он был жестким, но хорошим человеком. Он считал, что магия требует высокой цены. Он пришел сюда, чтобы оплатить долг своей дочери.

Глаза Нур уставились на магический кристалл в руках Залаторма.

— Ты освободишь их?

— Да, — просто сказал маг. Более мягким голосом, он добавил. — Я подарю им покой и воздам почести.

Душа Кивы наполнилась блаженством, словно наступившей весной. В этот сияющий момент она поверила, что Залаторм действительно сможет освободить её, освободить их всех!

Одним резким движением Нур закончила заклинание. Кива много раз видела призыв ларакена, и могла точно сказать — сотворенное Нур заклинание было не тем, что она начала.

Мощная энергия пронеслась через башню. Воздух сотряс рев разъяренного моря. Причитающий, мстительный визг вознесся над шумом. Визг, который Кива так хорошо знала.

Она отчаянно попятилась от портала, прижимаясь к прутьям и готовясь к освобождению демона.

Держись!

В её голове снова зазвучал голос — голос мага, пытавшегося освободить её прежде. Кива отстранилась от прутьев. Яркая вспышка энергии пронеслась по ним, и челюсть замка в форме черепа, отпала, открывая клетку. Кива рванула дверь, не заботясь о том, что раскаленный металл обжигает пальцы.

Она споткнулась о порог клетки. На бегство эльфийки не обращали внимания. Взгляды магов были сосредоточены на существе, которое выбралось на свободу из мерцающего овала и открытой клетки.

Воющий демон прикрыл рукой с острыми, словно лезвия, когтями, свои горящие глаза, и уставился в комнату. Огненный взгляд был устремлен прямо на некроманта. Ненависть пылала в нем, подобно языкам адского пламени.

— Ахлаур, — прорычал демон водянистым голосом. Имя мага в его устах выглядело проклятием. Он невероятно быстро рванул вперед, смыкая сильные руки с длинными когтями.

Маг опустил бесполезное оружие и перехватил запястья существа. Он отчаянно выкрикивал заклинания, стремясь вызвать сверхъестественную силу и уничтожить магию. Соратники Залаторма отступили назад, давая злу столкнуться со злом, подобно стремящимся поглотить друг друга языкам черного пламени.

Магическая энергия трещала вокруг сражавшихся, словно молния. Густые черные волосы Ахлаура были опалены и развевались за спиной, окутанные облаком пепла. Его красивое лицо покрылось волдырями, перекосившись от боли — боли, которая кормила магию смерти.

Внезапно угри на голове демона заверещали и забились в агонии. Один за другим, они сгорели и иссохли, а затем упали на массивные плечи существа, словно прямые пряди волос. От тела демона повалил зловонный пар, черно-зеленые чешуйки отслаивались, словно поломанная черепица. Слишком злой, чтобы встретить смерть в одиночку, демон неумолимо тащил Ахлаура к порталу.

Полные ненависти глаза некроманта остановились на лице Нур. Он перехватил её взгляд, а затем рванул руку демона, вынуждая того совершить рубящее движение. Голова девушки откинулась назад, и четыре пореза проступили на её шее.

А потом Ахлаур исчез. Фигуры некроманта и демона быстро уменьшались в зеркале, по мере того, как те все глубже проваливались в сверкающий портал. Кива ощутила триумф за которым последовало внезапное чувство падения.

К своему удивлению, она поняла, что её утягивает на Водный План вслед за некромантом!

Она падала, летя сквозь магическое море, прочь от своего леса, своего клана и сородичей. От своего наследия. От себя. Падала слишком далеко, чтобы вернуться назад.

Какой-то частью своего разума Кива понимала, что попала в ловушку сна. Два века прошло с тех пор, как Ахлаур был изгнан. Женщина резко проснулась от внезапного толчка, которым обычно заканчивался сон.

К своему ужасу она все еще падала, беспомощно кувыркаясь в чистом горном воздухе. Быть может, башня Ахлаура была лишь сном, но сам кошмар был очень, очень реальным!

Эльфийка летела и летела, хватаясь за пустую темноту. Ветер свистел вокруг, относя вопли женщины в вдаль бесчувственной ночи. Звезды кружили и вращались над головой, насмехаясь над её давно потерянными воспоминаниями о танцах под звёздами на эльфийских полянах. Кива не чувствовала тоски по своей потерянной чистоте — она распрощалась с ней слишком давно, чтобы проливать об этом слезы. Летя к неминуемой смерти, она жалела только о том, что месть, что вела её в течение двух долгих столетий, так и не была закончена.