Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Любовная фантастика
Показать все книги автора:
 

«Дважды соблазнённый», Джанин Фрост

Пролог

Уже не в первый раз я очнулась, находясь в плену. И даже не во второй. Стоило бы пересмотреть образ жизни.

По прошлому опыту я знала — не стоит открывать глаза или изменять темп дыхания. Поэтому я продолжала притворяться, что все еще без сознания. Головная боль не удивляла, для меня она была уже нормальной… Руки были одеты в резиновые перчатки, надежно скрывающие запястья, и связаны за спиной, чтобы ограничить мои возможности. И само собой — неудобный кляп во рту.

Закончив с проверкой своего состояния, я перешла к обстановке вокруг. Поверхность подо мной качалась, видимо, мы плыли — значит, я на лодке. Судя по звуку голосов, несколько моих похитителей были наверху, а один из них — со мной в комнате. Он не сказал ни слова, но после долгого проживания с вампиром я стала хорошо улавливать едва заметные звуки, которые они издавали. Так что, когда я открыла глаза, мой взгляд безошибочно нашел черноволосого вампира. Если он и был удивлен, то это выразилось, лишь в одном. Он моргнул.

— Не ожидал, что ты уже проснулась, — протянул он.

Я взглянула на свой кляп, а потом на него и подняла бровь.

Он перевел мой безмолвный знак.

— Стоит ли говорить тебе, что кричать бесполезно? — Я закатила глаза. Это что, день любителей? Он улыбнулся, прежде чем встать со стула. — Я так и подумал.

За короткое время, которое ему понадобилось, чтобы пересечь комнату и вынуть кляп, я узнала о нем столько, сколько было возможно. Вампир был среднего роста и выглядел приблизительно моим ровесником. Но как нежити, учтя его шрамы на коже, короткую стрижку и гладко выбритое лицо, я бы дала ему не меньше ста лет. Как правило, чем старше вампир, тем больше изнашивается его кожа, и обычно они презирают современные прически. Но самым красноречивым был взгляд. И действительно, у старых вампиров был определенный… вес во взгляде, словно пролетевшие столетия оставили в них ощутимую тяжесть. У моего безымянного похитителя такого не было, и если мне повезет, то и у других на лодке тоже.

Молодых вампиров легче убить.

— Воды, — попросила я, как только исчез кляп. От кляпа и наркотиков во рту так пересохло, что язык казался шерстяным носком.

Вампир исчез, а затем вернулся с банкой кока-колы. Он поднёс банку к моим губам, и я отпила из неё, а закончив, от души отрыгнула. И, так уж получилось, прямо в лицо моего похитителя. Ну, это не моя вина — меня же связали.

— Очаровательно, — выдавил он сухо.

— Я перестала заботиться об этикете, когда вы выстрелили в моего друга жидким серебром, — ответила я ровным тоном. — Кстати говоря, я хочу его увидеть.

Рот вампира изогнулся.

— Ты не в том положении, чтобы выдвигать требования — но да, он все еще жив.

— Не хотите отвести меня к нему — хорошо, — сказала я, быстро соображая. — Полагаю, вы знаете, что я улавливаю психические воспоминания через прикосновение, поэтому снимите перчатки и позвольте коснуться вас. Тогда я буду знать, говорите ли вы правду.

Вампир усмехнулся, его глаза цвета торфяного мха заблестели ярко зеленым.

— Прикоснуться ко мне? Ты имеешь в виду, что хочешь воспользоваться смертоносным электрическим кнутом, чтобы разрубить меня пополам?

Я напряглась. Как он узнал об этом? Немногие из тех, кто видел, как я им пользовалась, остались в живых.

— Именно поэтому на тебе эти резиновые перчатки, — продолжил он, не смущаясь. — На всякий случай.

— Как тебя зовут? — спросила я, радуясь, как скучающе прозвучал вопрос.

Его широкая улыбка стала еще шире.

— Называй меня Ганнибал.

Я вернула ему улыбку.

— Хорошо, Ганнибал, что ты хочешь от меня? Воспользоваться моими способностями, чтобы найти одного из своих врагов? Скажи, тебя кто-то предал? Или тебе нужно узнать прошлое предмета?

Ганнибал рассмеялся, и хотя его смех был больше похож на улыбку Доктора Зло, от него повеяло холодом. Этого предчувствия было достаточно, чтобы меня охватила дрожь.

— Я не хочу, чтобы ты что-нибудь делала, маленькая пташка. Я лишь курьер. Я даже не знаю, кому тебя доставляю. Все, что мне известно — ты стоишь в три раза больше живой, но если ты выкинешь что-нибудь, за мертвую тоже неплохо заплатят.

На этой веселой волне Ганнибал покинул комнату. Я ничего не сказала, пытаясь придумать, как выбраться из затруднительного положения. Я не собиралась позволять доставить себя к неизвестному злодею. Я найду выход из всего этого. Если он не убьет меня прежде.

Глава 1

Четыре недели назад

Я стояла под водопадом пламени. Ярко красный и золотой окружали меня, обвивая волосы, разделяясь на ручейки вдоль тела, проскальзывая между пальцами, и падая мне в ноги. Огонь был настолько плотным, что я не могла видеть сквозь него, мой мир сузился до светящейся арены всех оттенков заката. Подобное окружение должно было бы убить меня, но я оставалась невредима. Я даже не боялась. Вместо этого меня наполняло странное чувство тоски. Я пыталась поймать один из огоньков пламени, но мне так и не удалось. Огонь охватывал меня с головы до ног, но ему все же удавалось ускользать из рук.

— Лейла, — раздался голос, звучавший слишком слабо, чтобы я смогла понять, кто это. — Оставь это, пока не стало слишком поздно.

Логика призывала меня сделать то, что сказал безымянный голос, но я не хотела этого. Казалось, пламя расступалось, когда я делала шаг. Оно скользило по мне, нежно лаская вместо того, чтобы сжигать плоть. Видите? Подумала я совершенно беспечно. Оно не хочет ранить меня.

— Лейла, — снова позвал этот голос, уже более настойчиво. — Остановись.

— Нет, — ответила я, и снова попробовала поймать огонь. Как и прежде эти ярко светящиеся полосы выскальзывали из рук, но на этот раз их блестящий цвет потемнел. Когда они падали к моим ногам, то выглядели как капли смолы. Потом водопад надо мной мгновенно рассеялся, оставляя меня обнаженной и дрожащей от внезапно опустившейся темноты.

Страх превратил мои внутренности в лед. Голос был прав. Должно было произойти что-то плохое…

У меня не осталось времени убежать, прежде чем огонь осветил тьму. Он больше не мягко пробегал по телу, как это было раньше — он врезался в меня отовсюду. Боль охватила, словно пламя напало со всей своей разрушающей силой, обугливая и сжигая каждый дюйм того, чего касалось.

— Почему? — зарыдала я. После агонии вторым, что я ощутила, было предательство.

— Я тебя предупреждал, — ответил незнакомый голос, скрываясь за безопасной стеной огня. — Ты не послушала.

После я ничего не слышала, кроме своих собственных криков, пока огонь продолжал безжалостно уничтожать меня.

— Нет.

В моей голове это слово взвыло от боли, но в действительности оно покинуло мои губы тихим шепотом. Этого было достаточно, чтобы меня разбудить. Я вскочила в ужасе, не сразу поняв, что была окутана не пламенем, а одеялом. Лишь на другой стороне комнаты горел огонь в камине.

Чтобы избавиться от последствий кошмара я сделала несколько глубоких вдохов. Через минуту сердце перестало глухо биться и снова вернулось к нормальному ритму. В приступе ужаса я заметила, что кровать пуста. Сейчас я не признавала, что снова побывала в том же кошмаре, но больше всего мне не нравилось то, что все чаще и чаще я уходила спать в одиночестве. И просыпалась, кстати, тоже.

Если бы я была суеверной, я бы стала беспокоиться о том, что повторяющийся сон — это предзнаменование, но когда раньше я получала предупреждения о будущем, они не были столь неясными и метафоричными, как в этом сне. Они приходили ко мне, словно беспощадные реконструкции, и я могла чувствовать, как все должно случиться. Но у меня не было такого уже неделю. Я давно хотела перестать улавливать воспоминания и образы худших грехов своим прикосновением, а вот теперь, когда я так нуждалась в своей способности, она ушла в отпуск. Эта мысль преследовала меня исподтишка.

Я свесила ноги с матраса и спустилась с возвышения, которое делало вид занавешенной кровати еще более впечатляющим. Подойдя прямо к камину, я встала перед ним на колени. Большая часть пламени угасла за ночь, но свернутый журнал все еще тлел. Я оттолкнула решетку в сторону, задержав на секунду руку над бревном, а затем вонзила ее прямо в обуглившееся дерево.

Приступ боли заставил меня задохнуться от облегчения, пока до меня не дошло, что она идет лишь от одного пальца. Остальная часть моей руки чувствовала себя прекрасно, несмотря на погружение в раскаленные угли до самого запястья. Я подождала еще несколько минут, чтобы убедиться, а затем вытащила ее. Помимо занозы, выступающей на моем указательном пальце, и десятилетнего шрама, моя рука была нетронутой, с нее не исчез ни один волосок.

Черт. Уже шесть недель, а это все еще не прошло.

Некоторые женщины заражались венерическими заболеваниями от своих бой-френдов. Это детские игрушки по сравнению с тем, что подарил мне мой — иммунитет к огню, который непонятно почему блокировал мою способность психически улавливать информацию через прикосновение. Конечно, мне не стоит слишком удивляться. Знакомство с неофициальным Принцем Тьмы обязано иметь свои последствия.

Я выдернула занозу, пососала палец — да, я была одной из немногих в этом особняке, кому не нравился вкус крови. Затем осмотрелась вокруг и отыскала большую мужскую рубашку из мягкой ткани, похожей на кашемир. Наверное, стоит больше моей зарплаты в карнавальном цирке за целый месяц, но все же она была безразлично брошена на пол. Я никогда не видела, чтобы кто-то убирал эту комнату, но я никогда и не видела ее грязной. Служащие видимо ждали, как ниндзя, пока я уйду отсюда, чтобы они смогли сделать это место вновь безупречным.

Им не придется долго ждать. Я хотела в туалет — но, несмотря на все великолепие спальни моего парня, в его ванной туалета не было. Многовековому вампиру он не нужен.

Я надела отброшенную рубашку. Она была достаточно длинной, чтобы прикрыть мою майку и трусы, хоть я никогда и не сталкивалась с кем-либо на своем пути к комнате, предоставленной мне официально. По крайней мере, его личная жизнь оставалась далекой от стыда и полной изящества. Как только я вернулась в свою комнату — оформленную в легких тонах, где было меньше темно-зеленого и меньше великолепия из красного дерева, которое я оставила позади — я направилась прямо в ванную.

— Гори, — сказала я, и добавила, — Тусклее, — когда яркий свет превратил меня в узкоглазую.

Мягкое янтарное освещение кремового мрамора, подчеркнутого золотом и серебристо-зелеными прожилками. Стеклянные душевые размером с небольшой автомобиль засветились, также как и косметический столик. Я была в благоговейном трепете, когда впервые увидела все эти модные светильники. Сейчас же я бормотала себе под нос, пока спешила к незаметно экранированному углу.

— Пятидесятиметровый спринт каждое утро, потому что он, видите ли, не станет добавлять туалет в свою ванную комнату. Ему не нравится даже тратить каждый вечер на ужин, учитывая тот факт, что он никогда не ест.

Часть меня знала, что это бормотание было способом скрыть беспокойство по поводу все более пустой постели, и мой мочевой пузырь сжался, словно в знак согласия. Потом как обычно я зашла в душ, стараясь не касаться ничего своей левой рукой. Хотя токи, исходящие от меня, сейчас и были приглушены, не было никакой необходимости сжигать трубы случайной дозой напряжения.

После душа я оделась и спустилась на четыре лестничных пролета к основному уровню. В нижнюю часть лестницы — прихожую с высокими потолками, каменными столбами, антикварными щитами и богато украшенными фресками, выставленными передо мной. Лишь внутренний сад разбавлял все это буйство готики.

В конце этого коридора стоял мой заочный парень, Влад. Да, Влад, но некоторые совершали ошибку, называя его Дракулой. Его темные волосы были цвета праха, тень на челюсти была чуть толще щетины. Крылатые брови обрамляли глаза — смесь меди и изумруда — а на тело, закаленное десятилетиями сражений еще в человеческой жизни, накинута гладкая материя. Как обычно, оголены были лишь его лицо и руки. Остальное скрывали сапоги, черные брюки и дымчато-серая рубашка, застегнутая до шеи. В отличие от большинства хорошо сложенных мужчин, Влад не оголял много кожи, но движения его тела в сшитой на заказ одежде выглядели не менее эффектно, чем игра мускулатурой в шортах и рубашке без рукавов.

Мой осмотр прервался, когда я увидела, что было накинуто на его руку. Он не просто выскользнул из постели, пока я спала — он также не одарил меня и словом.

Снова.

Всегда наступает момент, когда вы точно знаете, что не стоит этого делать… и вы все равно это делаете, в любом случае? Мне не нужна была моя психическая способность, чтобы понять, что бросить вдаль по коридору «Куда ты собрался?» было неправильным, но я все равно это сделала.

Влад разговаривал со своим вторым-в-команде, Максимом, светловолосым вампиром, который выглядел, как мстительный Викинг воплоти. В ответ на вопрос оба взгляда остановились на мне, один серый и нейтральный, другой медно-зеленый и насмешливый. Я напряглась, желая забрать свой вопрос обратно. Неужели я превращаюсь в одну из тех раздражающе цепких подружек?

Сразу после исчезновения главной причины интереса Влада к тебе, издевался надо мной коварный внутренний голос. Думаешь, так совпало, что он отдалился сразу же, как ты потеряла способность психически шпионить за его врагами?

На этот раз я начала напевать в голове KC and The Sunshine Band «Этот путь». Влад был не только чрезвычайно сильным вампиром, чье существование вдохновило самую знаменитую в мире историю о нежити. Он также мог читать мысли людей. Большую часть времени.

Его губы скривились.

— В один прекрасный день ты, наверное, начнешь принимать заявки на свой метод удерживать меня подальше от своей головы.

Если бы я его не знала, я бы пропустила иронию, окрасившую его голос, усиленную тонким акцентом с добавлением выговора, характерного для его народа. Сомневаюсь, что он когда-либо простит вампира, научившего меня блокировать от него свои мысли.

— Некоторые люди считают эту песню классикой, — ответила я, ругая себя за то, что остановила его.

— Еще одно доказательство того, что в мире хватает дураков.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — возразила я.

Влад надел пальто, легкая улыбка никогда не оставляла его лица.

— Это было не случайно.

Мои руки задрожали, когда ток внутри меня потянулся к нему. Благодаря случаю с линией электропередач все мое тело излучало электроэнергию, но моя правая рука была главным ее каналом. Если я не спрячу свои чувства, она может начать искриться.

— В следующий раз, когда захочешь отшить меня, делай это как современные мужчины, — мой голос стал грубее наждачной бумаги. — Будь расплывчатым и скажи, что тебе нужно бежать. Прозвучит более вежливо.

Его медный взгляд сменил светящийся изумрудный — видимое доказательство его бесчеловечного статуса.

— Я не современный мужчина.

Конечно, нет, но его убьет, если он будет немного менее сложным, приводящим в бешенство и не столь загадочным? По крайней мере, хоть иногда?

Максим скользнул взглядом по мне, прежде чем сосредоточить внимание на Владе.

— Все будет готово к вашему возвращению, — заявил он, поклонился и ушел.

Что все это значит? Вопрос завис на кончике языка, но я не получу на него ответа. Но это не значит, что я позволю этой мысли терзать меня. Мне было интересно, что значит его отдаление для наших отношений. Если за время моей психической кастрации его чувства ко мне не изменились, ему стоит сказать об этом. Я прекратила свое мысленное пение достаточно надолго, чтобы успеть подумать — Когда ты закончишь с этим, нам предстоит разговор.

На этот раз его улыбка оказалась достаточно широкой и обнажила зубы. Клыков не было видно, но этой улыбке все же удалось отразить оттенок и любовника и хищника.

— С нетерпением буду ждать.

И там, где он стоял, осталась пустота. Лишь массивные закрывающиеся двери показывали, где он скрылся. Вампиры не могли исчезать, но некоторые мастера вампиров могли двигаться так быстро, что невольно думалось иначе.

Я вздохнула. В последние пару месяцев знакомство с Владом казалось мне столь же страстным и бурным, как показывают в кино. Я лишь надеялась, что Голливуд не был прав на счет судеб каждой из женщин, влюбившихся в печально известного Принца Ночи.

Мысль была угнетающей, но я не собиралась сидеть и думать об этом. Вместо этого я собиралась заняться самым проверенным временем и почтенным женским методом отвлечения.

Я побежала наверх, в комнату моей сестры.

— Вставай, Гретхен! — я постучала в дверь. — Мы идем по магазинам.

Глава 2

— Это единственное, что оказалось не таким отстойным в Румынии, — заявила моя сестра, выложив стопку одежды перед кассиром. Я закрыла глаза, не зная, перед кем извиняться за Гретхен в первую очередь: перед кассиром за дурной отзыв о ее стране или перед Максимом, которому теперь придется добавить еще больше пакетов к полудюжине уже имеющихся. Именно это и происходит, когда вы вручаете моей сестре чужую кредитную карточку. У Влада было правило — любая покупка гостей оплачивалась его карточкой.

Он может пересмотреть его, когда получит счет. Мои попытки поощрения экономии не срабатывали. Они лишь раздражали Гретхен, и она пыталась выбросить все вещи едва ли не прежде, чем успевала их приобрести.

— Я устала. Мы должны вернуться, — сказала я, меняя тактику.

Голубые глаза Гретхен сузились.

— Ни в коем случае. Я сижу целую неделю взаперти в замке твоего парня, хотя его вампирский враг и должен быть уже мертв, иначе бы Марти и папа не смогли уйти оттуда.

Я не стала говорить, что наш отец и мой лучший друг Марти были не настолько склонны к безрассудству. Шансы были невелики, но если жаждущий возмездия Владу Шилагай выжил, то Гретхен безопасней было находиться здесь. Она не смогла бы скрываться, даже если бы от этого зависела ее жизнь, как она уже это доказала. Я взглянула на кассира, выдавила улыбку и потянула Гретхен за рукав, притягивая к себе.

— Не говори о сама-знаешь-чем в общественных местах, — зашипела я.

— Почему? — парировала она громким голосом. — Половина людей в этом городе знает о вампирах, как и то, что к их числу относится Влад. И некоторых из них он даже использует как перекус из крови. Что же касается остальных, Максим сможет загипнотизировать их, внушить забвение, и они перестанут об этом знать.

Когда я взглянула на кассира, мои глаза округлились. Она подняла руку в сторону светловолосого вампира и сказала ему что-то по-румынски.

— Не волнуйтесь, она лояльна к Владу, — сообщил он мне. Затем его буро-серый взгляд опустился на Гретхен. — Вам стоит быть более осмотрительной, или следующим загипнотизированным человеком окажитесь вы.

— Ты не станешь, — фыркнула она.

Максим выпрямился во все свои шесть футов и шесть дюймов, как будто его гибкая мускулистая фигура сама по себе не была достаточно впечатляющей.

— Я делал гораздо худшие вещи, чтобы защитить моего принца.

Мне все еще хотелось треснуть Гретхен, но никому, даже такому другу, как Максим, не сойдут с рук угрозы моей младшей сестренке.

— Она будет осмотрительной, — сказала я хладнокровно. — А если она не будет, я сама с ней разберусь.

Максим посмотрел на Гретхен, едва заметно кивнул головой, а затем нагнулся ко мне.

— Как хочешь.

Мои щеки зарделись. С тех пор как я стала подругой Влада, вампиры всей его линии к моему ужасу поклонялись мне, как ему.

— Пожалуйста, прекрати, я ненавижу все это.

Он выпрямился, улыбка дернула его рот.

— Да, я помню.

Его взгляд встретился с моим, и на долю секунды я увидела мужчину, который ухватился за возможность встречаться со мной, когда я впервые прибыла к Владу как нежеланный беженец. Затем знакомая завеса учтивости упала на глаза Максима, и мой телохранитель с формальной вежливостью отвернулся.

— Если хотите продолжить покупки, у вас еще час. Затем мы должны будем вернуться в дом.

— Зачем? — спросила я, опередив Гретхен.

— Потому что вам нужно будет приготовиться к ужину с гостями Влада. Вам не стоит опаздывать к столу.

Гретхен на этот раз была быстрее.

— Ужин с гостями? С кем? Почему вы не сказали нам об этом раньше?

— Вам не сказали, потому что ваше присутствие не является обязательным, — ответил Максим. Затем он улыбнулся мне. — Я ждал, прежде чем сказать тебе, поскольку ты, казалось, была погружена в свои мысли.

Смущение и смирение смешались во мне. Все знают, что у нас с Владом проблемы? Конечно, они знали, ответила я на собственный вопрос. С чувствительным слухом нежити, они, вероятно, также знали, что у Влада со мной уже неделю не было секса, поскольку был этот мой период.

Я вздохнула.

— Похоже, мне нужно купить что-нибудь подходящее к случаю.

Несмотря на посещение нескольких магазинов, я еще не сделала этого. Я не желала добавлять сумму к огромному счету Гретхен.

На лице Максима промелькнуло что-то такое, чего я не смогла распознать.

— В этом нет необходимости. Платье, выбранное для тебя Владом, ожидает в твоей комнате.

Впервые оставил меня, не сказав, куда идет. Затем неожиданные гости к ужину, и теперь еще это платье, приготовленное для меня. Мои глаза сузились. Что он задумал?

— Ты не собираешься даже намекнуть о том, что происходит вокруг меня? — спросила я Максима.