Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Научная Фантастика
Показать все книги автора:
 

«Право на воду», Ан Овомойела

— Кто-нибудь, кроме меня, уже начинает думать, что противники экспорта воды были правы? — спросила она. Отчаяние при малой гравитации порождало странное ощущение: как и раньше, казалось, будто кто-то давит тебе на грудь, но это давление было единственным. Одинокое чувство веса посреди невесомости. — Может быть, нам вообще нечего делать в тех краях, где невозможно самим себя обеспечить.

Маркус с Раксел обменялись взглядами, и Раксел произнесла:

— Расскажи это моей семье в Фениксе.

Джордан фыркнула и швырнула ей в голову карандаш.

Раксел, протянув руку, схватила его, потом перевела взгляд на Маркуса:

— Марк, зачем ты отправился в космос?

Тот пожал плечами:

— Мис Оволе была единственной, кто захотел взять на работу тридцатилетнего чудика с Гаити, слишком много времени потратившего на получение степени бакалавра по гидропонной агрикультуре. Да и неплохо было поменять угол.

— А вы, Джордан? — продолжала Раксел.

— Я в прошлой жизни была первопоселенцем из 1860-х, — откликнулась Джордан. — Ну а ты, Раксел? Я так понимаю, ты клонишь к чему-то.

— Да, клоню, — подтвердила та, тыча карандашом в Маркуса. — Я считаю, мы тут все по одной причине: потому что, если бы нас здесь не было, нам бы нипочем не послать подводника на Европу. А не попади мы туда, то до другой звезды и подавно не добрались бы, — она махнула рукой за спину, на наблюдательные экраны, охватив этим жестом весь Млечный Путь целиком. — Потому что мы или расселяемся, или говорим, что все, дальше нам уже не бывать. Потому что Земля, она… ну, как родительский дом, а Приземелье — наша первая занюханная квартирка, а где-то там, дальше, есть Нью-Йорк, и Нью-Дели, и Сидней, и Мадрид, и одни мечтают, как бы попасть туда, а другие делают, и мы делаем. По крайней мере пытаемся.

На миг воцарилось молчание. Затем Маркус откашлялся:

— Ракс, ты сколько статей об этом написала?

На сей раз карандаш полетел в его сторону.

— Я как раз собиралась сказать, что мы совсем младенцы, едва от пуповины оторвались, и все это очень незрелая затея, — заметила Джордан.

Раксел бросила на нее уничтожающий взгляд.

— Ну ты можешь не соглашаться, — проронила она, — но это всегда была сделка. Еще когда на орбиту запускали отдельные ракеты, которые извергали столько дерьма, что могли на полдня превратить какой-нибудь природный заповедник в кислотное болото. Так знаешь, как тогда говорили? «Гибель животных произошла в интересах дела». Можно любить Землю, а можно любить космос.

Пальцы Маркуса сомкнулись на карандаше, и он обеспокоенно взглянул на Джордан.

— Так это мы или они? Я хочу сказать, мы ведь решили топливную проблему с помощью лифта. Ты же не думаешь…

— Маркус, — сказала Джордан. — Детишки. Вы оба. Ты хочешь спасти мир, — она перевела взгляд с Маркуса на Раксел, — а ты хочешь заселить звезды. Давайте-ка сосредоточимся на том, чтобы не остаться без пищи и воды и не выйти у Этьен из фавора, пока не починят чертов лифт, а тогда уже сможем побыть героями.

Раксел продемонстрировала раскрытые ладони. Маркус с покаянным видом оттолкнулся и подлетел к Джордан.

— Вот ваш карандаш, — сказал он, и его ладонь сомкнулась на ее плече. Джордан накрыла ее своей.

— Спасибо, — сказала она, заглядывая в свои заметки. — Итак, рис, чечевица и земляника.

 

Можно нанять охрану, можно задраить люки, можно сделать почти все что угодно, но невозможно в приземельных колониях закрыть двери перед Этьен.

Она прибыла на легком катере, как рассудили бы на Земле, в совершенно неуместный час, но Джордан еще не спала и встретила ее. Она отвела Этьен в модуль внутреннего обозрения, устроила близ длинного ряда плодоносящих фруктовых деревьев и, открыв шкафчик, извлекла два пакета с авамори, которое Маркус гнал с помощью тайного и не вполне законного дистиллятора, припрятанного в глубине рисовых модулей. Один пакет подтолкнула к Этьен, та поймала его и расположила в воздухе рядом с собой.

— Знаете что, — произнесла Этьен, оглядывая комплекс; лицо ее смягчилось, вбирая отсветы зелени. — Если цивилизация здесь когда-нибудь рухнет, то всем, кто не отправится на Европу, остается надеяться, что вы пустите нас сюда. У вас тут своя маленькая экосистема.

— Это экосистема, на поддержку которой все еще требуются значительные усилия, — указала Джордан. — Мы не на Земле.

— И все же, если переключиться на выращивание еды только для себя, строгое дозирование воды, переработку всего до капельки… Сколько, как думаете, могли бы вы продержаться?

Джордан, вздохнув, покрутила головой:

— С нынешним персоналом? Не один год. Точно нельзя сказать. А это важно? — Она отщелкнула крышечку с авамори, провела пальцем вокруг горлышка. — До такого никогда не дойдет.

— Хмм, — согласилась Этьен.

С минуту они посидели молча, разглядывая растения, перемещенные сюда с мест их произрастания на Земле. По земным канонам они выглядели странно вдалеке от природного окружения и богатых почв. Но у космоса свои правила и своя правота.

— Итак, дорогая, — Этьен подчеркивала свой застарелый французский акцент, и по лицу Джордан пробежала полуулыбка. — Пора выложить все начистоту. Что вас гложет?

— Вы будете смеяться, — сказала Джордан.

— Не буду.

— Будете-будете, — Джордан откинулась назад, опершись плечами об изгиб переборки. — Вы сказали, мы — предмет роскоши. Вся штука в том, что мы наконец достаточно преуспели, чтобы действительно им стать.

— Гранаты произвели особое впечатление, — согласилась Этьен.

Джордан покачала головой:

— Я хотела розовый сад.

Этьен уставилась на нее. Мгновение спустя переварила информацию и приподняла пакет с авамори, давая знак продолжать.

— Из всех привередливых, жрущих воду растений — именно розы, — поведала Джордан. — Харпер должна была устроить мне встречу со специалистом по розам. Великий жест примирения, демонстрация, что она наконец смирилась с моим переездом сюда, и притом понадобилось всего — сколько, бишь? — семнадцать лет, чтобы страсти перегорели. А теперь взорвался подъемник, и, наверное, мы обе в подозреваемых, потому что она столько кричала о водяном кризисе на планете, а я теперь выгляжу богачкой и…

— Переведите дух, милая, — Этьен помахала рукой.

Джордан злобно уставилась на нее.

Этьен рассматривала собеседницу так, словно взвешивала, чего может стоить ее защита. Однако, когда она наконец раскрыла рот, раздалось лишь:

— Розы? В самом деле?

— Что, не похожа я на любительницу роз? — Джордан приподняла бровь. — Этот специалист по розам… Этьен, у него есть сорта, происходящие из Садов Альбареда, розы из Чандигара [?]; есть «Осенний Дамаск», от которого щемит сердце. Я хотела, чтобы у меня здесь было что-то такое. Что-то просто красивое, — вздохнув, она отпила из пакета. — Здесь, на фронтире, все такое чертовски практичное. А раз так, то и я так.

— Числа и цифры, мечтатели и безумцы, — проговорила Этьен. В голосе ее звучала непривычная Джордан нежность. — Они приводят нас сюда и проводят сквозь все. Так, значит, понадобится несколько лишних лет.

— Несколько лишних лет понадобится, чтобы вернуть к нормальной производительности хозяйственные культуры, — возразила Джордан. Она покачала головой. — Для роз еще дольше. Вот вам и «мечтатели», а? Один маленький взрыв и — бац… — Одной рукой Джордан изобразила взрыв. — Проклятущие радуги на геосинхронной орбите. Мы едва начали поднимать достаточно воды, чтобы я вообще могла покуситься на излишек, и к чему нам идти теперь?

— А к чему мы шли всегда? — уточнила Этьен.

— Раксел говорит, что жить в космосе — значит начисто осушить Землю.

Этьен помяла в пальцах пакетик с выпивкой, затем скрестила ноги в лодыжках, а руки — на груди.

— Джордан Оволе, как ты полагаешь, люди здесь, наверху, оплатили бы тебе воду, если бы могли?

Джордан пожала плечами:

— Пожалуй, полагаю, что да. Но…

— Тогда давай так Земле и скажем, — Этьен пожала плечами. — Когда-нибудь все будет оплачено. Мы пригоним за их хлопоты несколько славных комет или чего уж им там понадобится. Здесь у нас здорово. Полно возможностей.

— Ты в космос когда-нибудь смотрела? — осведомилась Джордан. — Он не полный, он пустой.

— Здесь больше всего, чем когда-либо было там, внизу, — возразила Этьен. — Просто нужно немного постараться.

— В этом-то и проблема.

Этьен преувеличенно громко вздохнула:

— Знаешь, ты чертовски цинична для обитателя космоса, Джордан. Удивительно, что ты вообще удосужилась оторвать ноги от земли, — она вытянула собственную ногу, оттолкнулась одним изящным движением и поймала Джордан за плечо. — Милая, это космос. Мы помогаем друг другу или становимся трупами, уплывающими в ничто. Поделись своей водой — и каждый косможитель, сто`ящий глотка воздуха и пакета с выпивкой, вложится в то, чтобы твоя мечта исполнилась. Гарантирую.

Джордан улыбнулась невеселой кривой улыбкой.

— Хочешь сказать, что ты будешь клевать их, покуда не согласятся на твои условия.

Этьен приложила руку к сердцу.

— Ах, Джордан, — восхитилась она. — Как же хорошо ты меня понимаешь!

 

Джордан просматривала журналы регистрации семян, когда ее теленот пискнул, получив сообщение. Протянув руку, она не глядя открыла его и нажала кнопку «перевести текст в аудио». ФАЙЛ С ИЗОБРАЖЕНИЕМ, — зачитало устройство, — ИМЯ ИЗОБРАЖЕНИЯ: ОБЕЩАНИЕ.

Джордан поневоле перевела взгляд.

Это была роза. Отрисованная на компьютере вручную, вращающаяся вокруг трех осей. Джордан проверила данные и обнаружила, что сообщение прибыло от врача из колонии в Циолковском. Никакого текста к рисунку прикреплено не было.

Некоторое время Джордан изучала картинку. Врача она не знала, хотя имя слышать приходилось. Они ни разу не встречались.

Наверное, она продолжила бы расследование, но его прервал новый сигнал сообщения. Еще одна роза, на сей раз рисунок маслом в пастельных тонах.

Четыре минуты спустя — еще одна.

Они все приходили. Одна за другой, от рисунков до фотографий и снимков памяти — напоминания о богатой ароматами Земле. На глазах у Джордан их число перевалило за тридцать, потом за шестьдесят, потом за сотню.

— Ах ты, черт, — сказала она и потерла глаза основаниями ладоней. Протянула руку к теленоту и набрала номер: — Маркус…

На экране вспыхнуло очередное письмо.

Джордан открыла его. На сей раз послание оказалось текстовым, и включенная речевая программа исправно принялась его зачитывать. Одновременно Джордан сама читала то же самое.

Маркус принял вызов, на видеопанели возникло его лицо:

— Мис Оволе?

— Этьен может передать сообщение моей сестре на Землю, — процитировала Джордан, продолжая водить глазами по строчкам на экране.

— Здорово! — воскликнул Маркус. — На Этьен можно положиться. Что вы собираетесь передать?

Джордан глубоко вздохнула.

— Я скажу: «Я тебя по-прежнему люблю, по-прежнему скучаю. Приятной прогулки по садам в Зангрехаузене»[?],— ответила она. — И знаешь что, Маркус?

— Да?

Джордан закрыла все картинки и собралась с духом, готовясь к наступлению трудной поры:

— Передай Раксел, что мы ей верим — на этот раз. И начинайте сокращение посевов. Пора готовиться к раздаче воды.