Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Космоопера
Показать все книги автора:
 

«Префект», Аластер Рейнольдс

Моим родителям в благодарность за сорок лет любви и поддержки

Глава 1

Лифт несся от стыковочного узла вниз по спице, и Талия Нг чувствовала, как увеличивается ее вес. Она сползла на пол, пытаясь уловить тот момент, когда гравитация достигнет одного g. Талия надеялась, что в этом анклаве жители не зациклены ханжески на большой гравитации. Можно подумать, страдания при двух g улучшают моральные качества. Хлыст-ищейка и приборы для настройки центра голосования сильно оттягивали пояс.

– Талия, учись скрывать волнение, – негромко посоветовал Дрейфус, когда лифт затормозил.

Та оправила китель под ремнем.

– Простите, сэр.

– Ты справишься.

– Мне немного не хватило времени, сэр. Ну, чтобы заочно познакомиться с Домом Перигалов.

– Маршрут тебе сообщили, как только мы улетели из анклава «Доспехов».

– Сэр, с тех пор прошел всего час.

Дрейфус глянул на Талию, прищурив левый глаз:

– Какой у тебя индекс скорочтения?

– Три, сэр. Ничего особенного.

Дрейфус хлебнул кофе из термоса, который захватил с корабля. Создала кофе Талия – чернее дегтя, начальник любит именно такой.

– Полагаю, сводка данных получилась очень длинной.

– Свыше тысячи параграфов, сэр.

– Да, но там частности, основное сообщают на занятиях.

– Надеюсь, что так. Тем не менее я не могла не заметить…

– Что именно? – вкрадчиво спросил Дрейфус.

– Сэр, ваше имя там сплошь и рядом.

– Ну, в свое время мы с Кейтлин Перигал вдоволь потрепали друг другу нервы. – Дрейфус скупо улыбнулся.

– Уверена, она с удовольствием мне об этом напомнит.

– Можешь не сомневаться, – вставил Спарвер, еще один младший полевой префект, участвующий в блокаде.

Дрейфус положил мозолистую ладонь Талии на плечо.

– Просто помни: твое дело – собрать доказательства. Любые провокации – наша со Спарвером забота.

Дверцы лифта открылись, и в лицо пахнуло горячей влагой. Повсюду клубился пар. Префекты стояли перед огромной пещерой, выдолбленной в каменном торе – ободе гигантского колеса. Куда ни глянь, бассейны с водой, соединенные мудреной системой каналов и шлюзов. Люди, в большинстве обнаженные, плавали, плескались, играли в воде. Среди них были и немодифицированные, и напоминавшие людей весьма отдаленно, и даже юркие целеустремленные существа, которые людьми никогда не были.

Дрейфус достал из кармана кителя круглые очки и рукавом стер испарину с темных стекол. Талия достала свои, надела и заметила, как изменилась обстановка. Людей она теперь видела не обнаженными, а в масках и костюмах или частично прикрытыми движущимися цветовыми блоками и дымчатым оперением. Кое-кто менял размер и форму. Иные и вовсе стали невидимыми, хотя их присутствие выдавал мерцающий контур. Над бассейнами выросли сложные блестящие конструкции – Талия не могла решить, скульптуры это или форма визуализации данных, связанная с игрой воображения.

– Вот вам и теплый прием, – проговорил Дрейфус.

Что-то зашагало к ним по сухой дорожке между бассейнами – стройные женские ноги в чулочках несли поднос с напитками. Высокие каблуки цокали, ноги приближались, с сумасшедшей точностью ставя туфельки одну перед другой. Жидкость в бокалах даже не колыхнулась.

Талия потянулась к поясу.

– Спокойно! – шепнул Дрейфус.

Робот-слуга остановился прямо перед ними.

– Добро пожаловать в Дом Перигалов! – пропищал он. – Выпить хотите?

– Спасибо, – поблагодарила Талия, – но нам же следует…

Дрейфус опустил термос с кофе на пол и потянулся к подносу.

– Что посоветуете?

– Красное весьма недурно.

– Тогда красное. – Том поднес бокал к губам, чтобы только аромат почувствовать.

Талия тоже взяла бокал, а Спарвер воздержался: с его обменом веществ лучше не рисковать.

– Пожалуйста, идите за мной. Я отведу вас к матриарху.

Вслед за женскими ножками префекты зашагали вокруг бассейнов. Поначалу их прибытию не уделили должного внимания – но только поначалу. Теперь от пристальных взглядов у Талии аж затылок покалывало.

Они поднялись к самому высокому бассейну, где четыре железные рыбы изрыгали воду из разверстых ртов. По грудь в воде с ароматизированной пеной сидели двое мужчин и Кейтлин Перигал, вполне узнаваемая по изображениям из сводки. Мускулистые плечи Кейтлин плавно сужались к предплечьям и изящным перепончатым кистям, ногти ядовито зеленели, в волосах блестело павлинье перо. Над головой резвились зеленые нимфы и сатиры.

– Префекты! – Голос Кейтлин по теплоте не отличался от сверхтекучего гелия.

– Матриарх Перигал, – отозвался Дрейфус, остановившись в паре сантиметров от края бассейна. – Меня сопровождают младшие полевые префекты Спарвер Банкал и Талия Нг. Мы с вами, разумеется, знакомы.

– Вялый толстяк – Том Дрейфус, – объяснила Кейтлин, лениво повернувшись к своим компаньонам.

Один из них, томный сероглазый блондин с длинными волосами, холодно взглянул на Дрейфуса. Казалось, он сошел с полотна импрессионистов, а все из-за плюмажа.

– Кейтлин, вы с ним уже встречались?

Перигал шевельнулась, рассекая воду мускулистым хвостом с плавниками, который был у нее вместо ног. Талия даже коснулась очков, чтобы убедиться: ей не почудилось, хвост настоящий.

– Смысл жизни Дрейфуса – досаждать мне любыми законными путями, – съязвила Перигал.

– Я лишь выполняю свою работу, – невозмутимо отозвался Дрейфус. – Разве моя вина, что эта работа периодически касается вас?

– Так она снова касается меня?

– Похоже на то. Кстати, хвост замечательный. Что случилось с ногами?

Перигал кивнула на ходячий поднос:

– Вот, интерьер мне украшают.

– Ну, каждому свое.

– Да, суть такова. – Перигал подалась вперед и куда жестче проговорила: – Хватит любезностей. Начинайте проверку, или зачем вы пожаловали, и вон из моего анклава.

– Я прилетел не с проверкой, – заявил Дрейфус, и у Талии засосало под ложечкой.

Этого момента она боялась и втайне ждала.

– Тогда зачем? – спросила Перигал.

Дрейфус вынул карту из кармана кителя, переглянулся с помощниками и, щурясь, прочитал:

– Кейтлин Перигал, настоящим вы как матриарх этого анклава обвиняетесь в нарушении демократического процесса пятой категории. Имеются данные о том, что вы, преследуя корыстные цели, вмешивались в работу центра голосования.

Перигал что-то пробормотала и покраснела от негодования. Дрейфус поднял руку, требуя тишины, и продолжил:

– На время расследования ваш анклав блокируется. Физическое перемещение и обмен информацией между Домом Перигалов и системой, включая Город Бездны, прерывается. Любые попытки воспрепятствовать налагаемым санкциям будут жестко пресечены. Настоящее решение окончательно и обязательно для исполнения. – Дрейфус остановился и опустил карту. – Объявляю блокаду начатой.

Повисла неловкая пауза, прерываемая лишь плеском воды в бассейне.

– Это шутка? – наконец спросил сероглазый блондин, с надеждой глядя на Перигал. – Пожалуйста, скажите, что это шутка.

– Значит, блокада, – проговорила матриарх. – Дрейфус, я всегда знала, что ты подлец, но не думала, что опустишься до такого.

Дрейфус положил карту на бортик бассейна.

– Здесь итоговый текст обвинения. По-моему, все предельно четко, хотя куда мне судить, я ведь лишь полевой префект. – Он коснулся пальцем подбородка, словно только что вспомнил о задании. – Теперь сделайте мне маленькое одолжение.

– Да ты ненормальный!

– Пожалуйста, обратитесь к своим гражданам и гостям. Объясните, что начата блокада и они вот-вот потеряют связь с внешним миром. Напомните, что эта ситуация может растянуться на целый век. Если кто-нибудь желает отправить сообщение за пределы Дома Перигалов, на это остается шестьсот секунд.

Том повернулся к Спарверу и к Талии.

– Младшие префекты, вы знаете, что делать, – проговорил он негромко, но так, чтобы слышала Перигал. – Если кто окажет сопротивление или не подчинится, у вас будет право совершить эвтаназию.

*  *  *

Кольцевой транзит двигался быстро, противодействуя центробежной гравитации медленно вращающегося колеса. Талия сидела рядом со Спарвером, погруженная в раздумья.

– Это несправедливо, – наконец сказала она.

– Что именно?

– Столько людей попало сюда случайно, кто-то в гости прилетел.

– Порой единственное осуществимое решение несправедливо.

– Оказаться в глухой изоляции от Блистающего Пояса, от Йеллоустона, от друзей и близких, от абстракции, от медицинских программ… Некоторые не доживут до снятия блокады.

– Об этом им следовало подумать заранее. Не хочешь получить блокаду – досконально изучи свой анклав.

– Бессердечные рассуждения!

– Они плевали на демократию. Я не сильно расстроюсь, когда демократия наплюет на них.

Талия чувствовала, как вес становится нормальным: они приближались к месту назначения, транзит замедлялся. Префекты высадились в другой пещере, поменьше размером и поярче освещенной, чем первая. Здесь пол был мощен черными и белыми плитами, натертыми до блеска. Из отверстия в его центре поднимался конус. Толстый, как древесный ствол, острым концом он тянулся к самому потолку. На его черной поверхности мерцали схемы инфопотоков, переливались красные и синие линии. Конус обвивала лестница без поручней, по которой добирались до портов интерфейса, похожих на короткие ветви.

У основания ствола стоял мужчина в бежевой форме, инженер или техник, и смотрел на пришедших с подозрением.

– Не приближайтесь! – сказал он.

– Разве Перигал не предупредила, что мы идем сюда и мешать нам нельзя? – спросил Спарвер.

– Это обман. Вы шпионы Дома Кантарини.

– Я похож на шпиона Дома Кантарини? – В голосе Спарвера звучало недоумение.

– Шпион может выглядеть как угодно.

– Я свинья. Разве при наличии других кандидатов они подослали бы уродца вроде меня?

– Рисковать я не могу. Если прикоснетесь к центру голосования, я потеряю работу, положение – всего лишусь.

– Отойдите, сэр! – велела Талия.

– Извините, но я не могу подпустить вас ближе. – Мужчина раскрыл ладонь: к ней крепился тускло-серебристый приборчик с красной пусковой кнопкой. – Вы под прицелом. Пожалуйста, не заставляйте меня стрелять.

– Убьете нас – «Доспехи» пришлют других префектов, – предупредил Спарвер.

У Талии мурашки побежали по спине. Она чувствовала пристальное внимание невидимых пушек, готовых уничтожить ее, стоит руке мужчины дрогнуть.

– Если развернетесь и уйдете, я вас не убью.

– Соберем доказательства, тогда и уйдем.

Спарвер снял хлыст-ищейку с пояса и махнул им, чтобы активировать хвост. Потрескивая, тот вытянулся на максимальную длину и хлестнул по полу.

– Он прав, – добавила Талия, сдерживая дрожь в голосе.

– Мы префекты «Доспехов».

– Уходите! – взмолился мужчина, поглаживая пусковую кнопку. – Центр голосования я буду защищать до последнего.

Спарвер дал хлысту свободу. Рукоять осталась на уровне пояса: скрученный конец затвердевшего хвоста держал ее прекрасно. Ищейка покачивалась из стороны в сторону, будто кобра в поисках добычи. Вот рукоять нацелилась на мужчину, на кадыке у того появилась ярко-красная точка.

– Пожалуйста, ответьте на один вопрос, – сказал Спарвер. – Пальцы вам очень дороги?

Мужчина вдохнул и задержал дыхание.

– Хлыст уже настроился на вас, – продолжал Спарвер. – Если почувствует враждебное намерение, а он к такому очень-очень чувствителен, то набросится быстрее, чем нервный импульс дойдет до кончиков ваших пальцев. Острая кромка хвоста причинит вам серьезнейшие травмы.

Мужчина хотел заговорить, но изо рта вырвалось лишь хриплое карканье. Он раскрыл обе ладони и растопырил пальцы.

– Разумное решение, – похвалил Спарвер. – Теперь так и держим руки и отходим от центра голосования.

Спарвер кивнул Талии: вперед, мол, собирай доказательства. Хлыст-ищейка остался при свинье, но повернул гладкую голову, когда мужчина отодвинулся от черной колонны в центре пещеры.

Талия подошла к центру голосования. Он был стандартной модели, установлен лет двадцать назад, поэтому она знала, с чего начинать.

– Я младший полевой префект Талия Нг, – проговорила она вслух. – Подтвердите идентификацию.

– Добро пожаловать, младший префект Нг, – ответил бесполый, как у всех таких машин, голос. – Чем я могу вам помочь?

Талия вспомнила одноразовый пароль, который ей сообщили после отлета с анклава «Доспехов».

– Нарцисс, восемь, палисандр. Подтвердите доступ к системе безопасности.

– Доступ подтверждаю. Младший префект Нг, в вашем распоряжении шестьсот секунд.

– Блокировать двусторонний доступ к абстракции.

– Доступ блокирован.

Красные линии исчезли. Теперь на колонне отражался лишь синий инфопоток. Отныне анклав не мог ни посылать, ни принимать сигналы. Синий поток мгновенно усилился – местные жители запаниковали, бомбардируя центр голосования вопросами о ЧП.

Талия глянула на мужчину, которого до сих пор сдерживал хлыст Спарвера. Впервые в жизни этого человека его имплантаты потеряли доступ к связи с инфоматрицей за пределами Дома Перигалов. Все равно что нож гильотины упал.

Хватит, нужно сосредоточиться на центре голосования.

– Подготовьте три экземпляра сводки-отчета об инфопотоке, прошедшем через этот анклав за последнюю тысячу дней.

– Уже готовлю. Прошу подождать.

Талия дотронулась до шейного микрофона:

– Сэр, это Талия. Мы собираем доказательства. К вам вернемся минут через десять.

Ответа не последовало. Талия подождала, пока Дрейфус активирует свой микрофон, но начальство молчало.

– Тишина, – сказала Талия, взглянув на Спарвера.

– Шеф, наверное, занят, – отозвался свинья.

– Пора бы ему ответить. Я волнуюсь. Может, стоит вернуться? Вдруг…

– Талия, нам нужна эта сводка. Через пять минут центр голосования отключит тебя.

Спарвер был прав. Одноразовый пароль позволяет лишь десять минут неограниченного доступа. Повторно центр голосования его не примет.

– Давайте скорее! – процедила Талия.

Она снова попробовала вызвать Дрейфуса и снова не получила ответа. Казалось, прошла вечность, прежде чем центр выдал копии сводки из паза в самом низу колонны. Талия скрепила толстые дискеты и пристегнула к поясу. Она как будто чувствовала вес информации, которую те содержали. Глупое заблуждение, конечно. Радиолучом такое количество информации за несколько дней не передашь.

– Готово? – спросил свинья.

– Здесь все, что нам надо. Местную абстракцию можно не отключать.

– Что, если они попробуют преодолеть блокаду, которую ты только что организовала?

– Они получат мертвый центр голосования. Хорошо, если после этого системы жизнеобеспечения сохранятся. Про абстракцию я уже не говорю.

Талия велела центру голосования перекрыть доступ, который ей только что предоставили.

– Ну вот и все, – объявила она, неожиданно почувствовав разочарование.

– Ага. Видишь, ничего сложного.

– Я за начальство беспокоюсь.

– Наш сигнал блокируют скалы, – заверил Спарвер и улыбнулся технику. – Мы закончили. Могу я положиться на ваше благоразумие и отозвать хлыст?

Техник нервно сглотнул и дернул головой.

– Переведем это как «да», – проговорил Спарвер и поманил к себе хлыст. Раз – ищейка щелкнула хвостом, два – рукоять легла Спарверу на ладонь, три – хвост с шорохом втянулся в рукоять.

Спарвер погладил рукоять и прикрепил к поясу.

– Пора проведать начальника.

Дрейфуса они увидели застывшим посреди сцены кровавого побоища. В одной руке он держал очки, в другой – хлыст-ищейку.

Талия сорвала с себя очки, чтобы разобраться в происходящем. Люди кричали, метались, чтобы не попасться Дрейфусу на глаза. Два гостя Кейтлин Перигал сползли в воду, порозовевшую от крови. Сероглазый блондин потерял руку – теперь она лежала на мраморном бортике и обвиняюще указывала на Дрейфуса. Кожа за запястьем вздулась, словно сквозь нее прорывалось оружие, вживленное в ткани. Другой гость бился как припадочный; из ноздрей хлестала кровь, широко раскрытые глаза уставились в потолок. Еще трое или четверо получили раны различной тяжести. Через шлюзы и водопады окровавленная вода перетекала из бассейна в бассейн – поди разбери, сколько человек пострадало.

Самыми тяжелыми уже занимались медицинские сервороботы. Даже они казались обескураженными. Алый порез рассекал правую щеку Кейтлин, от уголка рта до уха. Побелев от страха и злости, Кейтлин хватала воздух ртом.

– Ты… ошибаешься, – просипела она.

– Ошибаетесь вы. И заплатите за это.

Дрейфус медленно повернулся к младшим префектам.

– Получили сводку? – спросил он.

У Талии пересохло во рту.

– Да, – выдавила она, стараясь сохранить профессиональное спокойствие.

– Тогда летим. Здесь делать больше нечего.

Глава 2

Ограничитель приближения остановил Дрейфуса посреди кабинета верховного префекта. Джейн Омонье будто не замечала его, сосредоточившись на настенном дисплее.

– Если угодно, я подам в отставку, – проговорил он, негромко кашлянув.

Омонье едва взглянула в его сторону.

– На каком основании, Том?

– На любом. Если я нарушил протокол или принял неверное решение, просто отдайте приказ.

– Ты недостаточно позаботился о себе и о младших префектах, а других недочетов я не вижу. Сколько всего погибших?

– Шестеро, – ответил Дрейфус.

– Бывало и хуже. Кейтлин Перигал – крепкий орешек. Главное, жертв менее десяти. Такой расклад меня устраивает, особенно с учетом возможных вариантов.

– Я надеялся, что до бойни не дойдет.

– Это выбор Перигал, а не твой.

– Боюсь, с ней мы не покончили. Она мне сказала… – Дрейфус осекся: и без его сомнений у Омонье хватало забот. – Такое чувство, что я долг отдал. Префект так думать не должен.

– Чувство вполне человеческое.

– Перигал оставалась безнаказанной, потому что нам не хватало ума и времени устроить проверку, прежде чем доказательства потеряют актуальность. Даже если бы удалось в чем-то обвинить Кейтлин, на целый век блокады ее проступки не потянули бы.

– Мы не уверены, что и нынешние нарушения тянут на такое.

– Считаете, она снова выкрутится?

– Зависит от доказательств. Пора использовать ту смышленую девушку, нового специалиста из твоей команды.

– Я полностью доверяю Талии.

– Тогда опасаться нечего. Если Перигал виновна, блокада продолжится. Если веских доказательств не найдется, Дому Перигалов позволят снова примкнуть к Блистающему Поясу.

– Шестеро уже погибли.

– Люди паникуют, когда теряют абстракцию. Это не наша проблема.

Дрейфус пытался понять выражение лица Омонье. Что-то случилось. Не в привычках Джейн спрашивать, сколько человек погибло во время операции; она узнала бы все цифры еще до возвращения его команды. Только лицо Омонье – бесстрастная маска, такое не расшифруешь ни сегодня, ни в принципе. Все труднее вспоминалось, как она улыбается, смеется или злится, какой она была до встречи с Часовщиком.

– Простите, это не упрек, но… зачем вы меня вызвали?

– Поболтать. Насладиться теплом человеческого общения.

– Нет, это вряд ли.

– Кое-что случилось. Новость поступила в твое отсутствие. Проблема острая, как и с Перигал, если не острее. А еще безотлагательная. Действовать нужно немедленно.

– Еще одна блокада? – спросил огорошенный Дрейфус.

– Нет. Блокада здесь, увы, не поможет.

– Что, простите?

Омонье, протянув к стене руку, увеличила одну из граней дисплея. На ней отображался анклав, серый шар, нечеткий из-за мелких элементов изображения, с огромными зеркалами по полюсам и экватору, окруженный панелями мощных солнечных батарей. Дрейфус не знал масштаба, но сомневался, что ширина анклава более километра.

– Ты не узнаешь его. Это недавний снимок «пузыря» Раскин-Сарторий, анклава пятой категории с внешних орбит. Прежде он не привлекал внимания «Доспехов».

– Что же натворили его обитатели?

– Вот картинка посвежее, трехчасовой давности.

«Пузырь» Раскин-Сарторий вскрыли, разрезали посредине, как глазное яблоко скальпелем, едва на полушария не разделили. По обеим сторонам разреза поверхность анклава опалилась до угольно-черного, внутренности еще светились вишневым.

– Какие потери? – спросил Дрейфус, сдерживая ужас.

– По данным последней переписи, население Раскин-Сартория составляло девятьсот шестьдесят человек. Предположительно, все погибли, но мы срочно собираем команду для осмотра. Вдруг кто-то уцелел? По крайней мере, симулякры бета-уровня должны остаться.

– Почему новость не разнеслась по всему Поясу?

– Потому что мы не позволили. На стихийное бедствие это не похоже.

– Кто-нибудь да заметит, что жители Раскин-Сартория отключились от сетевых ресурсов.

– Абстракцией они пользовались на низком уровне, который, благодаря нашим сетевым привилегиям, какое-то время можно полноценно моделировать.

– Какое-то время… это сколько?

– Попробую угадать. Менее двадцати шести часов. Тринадцать больше похоже на правду.

– А когда правда вскроется?

– Наступит страшный кризис. Я подозреваю, кто тут замешан, но, чтобы действовать, нужна полная уверенность. Поэтому я и хочу, чтобы ты немедленно отправился на Раскин-Сарторий. Возьми с собой кого нужно, собери доказательства, симов и возвращайся сюда. Потом затаим дыхание и будем ждать результатов анализов.

Дрейфус снова взглянул на раскуроченный анклав.

– Такие повреждения можно нанести одним-единственным способом, верно? Оружие тут ни при чем.

– Мы с тобой мыслим одинаково, – заметила Омонье.

*  *  *