Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Космоопера
Показать все книги автора:
 

«Наследие Силы. Предательство», Аарон Оллстон

Действующие лица

Бен Скайуокер (человек, мужчина)

Бриша Сио (человек, женщина)

Ведж Антиллес – генерал Сил обороны Кореллии (человек, мужчина)

Гилад Пеллеон – адмирал, главнокомандующий Галактического Альянса (человек, мужчина)

Джейна Соло – рыцарь–джедай (человек, женщина)

Джейсен Соло – рыцарь–джедай (человек, мужчина)

Зекк – рыцарь–джедай (человек, мужчина)

Кэл Омас – глава Галактического Альянса (человек, мужчина)

Колир Хью'ля – рыцарь–джедай (ботан, женщина)

Лайза Дантер – лейтенант Галактического Альянса (человек, женщина)

Лея Органа Соло – рыцарь–джедай, второй пилот «Тысячелетнего сокола» (человек, женщина)

Люк Скайуокер – великий мастер–джедай (человек, мужчина)

Мара Джейд Скайуокер – мастер–джедай (человек, женщина)

Матрик Клоскин – адмирал Галактического Альянса (человек, мужчина)

Нилани Динн – рыцарь–джедай (человек, женщина)

Р2–Д2 – дроид–астромех

С–3ПО – дроид–протоколист

Сайэл Антиллес – лейтенант Галактического Альянса (человек, женщина)

Таири Вейла – рыцарь–джедай (человек, женщина)

Тайко Селчу – генерал Галактического Альянса (человек, мужчина)

Танн Митрик – рыцарь–джедай (фаллин, мужчина)

Таю Закс – рыцарь–джедай (омвати, женщина)

Товал Сейя – учёный–шпион Галактического Альянса (человек, мужчина)

Тракен Сал–Соло, глава государства, Кореллия (человек, мужчина)

Хэн Соло – капитан «Тысячелетнего сокола» (человек, мужчина)

Хейлан Ротам – профессор (человек, женщина)

Ча Ниатал – адмирал Галактического Альянса (мон–каламари, женщина)

Эйдель Саксан – премьер–министр Кореллии (человек, женщина)

Глава 1

Корускант

— Его просто не существует, — с этими словами, произнесёнными без какой–либо осознанной мысли или усилия, Люк Скайуокер сел на кровати и оглядел тускло освещённую комнату.

Смотреть было особо не на что. У членов Ордена джедаев – даже у мастеров, кем и был Люк – почти не было личных вещей. Глаз прошёлся по стульям перед погашенными компьютерными экранами, по стойке, на которой стояли пластальные шесты и другой тренировочный инвентарь, по столу с личными вещами: инфопланшетами, записками на кусках флимзи, инфочипами с отчётами мастеров–джедаев – и небрежно сделанными песочными часами в виде фигуры Люка, присланными каким–то ребёнком с Татуина. В шкафах, встроенных в облицованные камнем стены, лежала их с Марой немногочисленная одежда. Световые мечи располагались у Люка за спиной, на полке в изголовье кровати.

У его жены, Мары Джейд Скайуокер, были и другие личные вещи: средства маскировки, оружие, комлинки, поддельные документы. Как бывшая шпионка, она до сих пор не отказалась от атрибутов своего прежнего дела, но эти вещи находились не здесь. Люк и сам не знал, где она всё это хранит – она не утруждала его такими подробностями.

Мара заворочалась рядом, и он посмотрел на неё. Рыжие волосы средней длины – такую причёску сделала Мара в этом сезоне – были разлохмачены, но глаза не казались сонными, когда открылись. Он знал, что при свете их цвет был бы ярко–зелёным.

— Кого не существует? – спросила она.

— Не знаю. Врага.

— Он тебе приснился?

Люк кивнул.

— Уже не первый раз вижу один и тот же сон. Но это не просто сон. Он доносится мне через течения в Силе. Враг скрывается в тени – на нём тёмный плащ с капюшоном, но кроме этого я вижу лишь силуэт и… — Люк покачал головой, подбирая слово, — …и ощущаю какое–то неведение, отрицание. Он несёт великую боль всей галактике… и мне вместе с ней.

— Ну, если галактике от него больно, ты это обязательно почувствуешь.

— Нет, мне лично, в дополнение к остальному злу, — Люк вздохнул и опят лёг. – Пока всё очень смутно. Когда просыпаюсь и пытаюсь заглянуть в будущее, ничего не вижу.

— Потому что его не существует.

— Это я и вижу во сне, — процедил Люк.

— Может быть, это Рейнар?

Люк задумался. Рейнар Тал, бывший рыцарь–джедай, считавшийся погибшим в войне с юужан–вонгами, объявился несколько лет тому назад, сильно обгоревший, с сознанием, изменившимся вследствие долгого общения с расой инсектоидов, килликами. Это было неприятное превращение, последствия которого пришлось ликвидировать всему Ордену. Сейчас Рейнар томился в укреплённой камере под Храмом джедаев, излечиваясь от физических и душевных травм.

Лечение. Лечение означало изменения, возможно, изменившись в худшую сторону, Рейнар становился чем–то иным, новым, и видение Люка указывало на существо, которым однажды может стать Рейнар.

Люк покачал головой и отбросил эту возможность.

— В этом видении я не чувствую характерной чуждости Рейнара. В своих мыслях и эмоциях этот враг, кто бы он ни был, остаётся человеком или почти человеком. Возможно даже, что это мой отец.

— Дарт Вейдер?

— Нет, до того, как он стал Дартом Вейдером. Или когда он превращался в Вейдера, — Люк расфокусировал взгляд, пытаясь вернуть видение. – То немногое, что мне удалось разглядеть в видении, напоминает о лице Энакина Скайуокера, в бытность его джедаем. Но глаза… под моим взглядом они стали цвета расплавленного золота, или даже оранжевыми, меняясь от гнева и использования Силы…

— У меня идея.

— Так расскажи.

— Подождём, пока он проявится, и прикончим его.

— Ладно, — Люк улыбнулся, закрыл глаза и замедлил дыхание, стараясь вновь уснуть.

Через минуту его дыхание стихло, как у любого спящего. Но Маре не спалось. Она смотрела в потолок, сквозь многочисленные этажи джедайского анклава в небо Корусканта. Она искала любой намёк, хоть какой–либо проблеск того, что же так беспокоит её мужа. Ничего не найдя, она тоже уснула.

*  *  *

Адумар

Блестящие жемчужно–серые двери турболифта открылись, разойдясь в стороны, и на Джейсена Соло, его кузена Бена Скайуокера, и их сопровождающего нахлынул тёплый воздух, пахнувший смертью и разрушениями.

Джейсен глубоко вздохнул и задержал дыхание. Этот подземный завод пах не разлагающейся плотью или омертвевшими ранами – вонь, которую он запомнил; то был запах тяжёлого ручного труда и машинной смазки. В просторном помещении перед ними уже десятилетиями производили ракеты, и даже самая тщательная чистка не могла устранить запахов пота, машинного масла, только что изготовленных композитных материалов, ракетного топлива и взрывчатки, носившихся в воздухе.

Джейсен выдохнул и вышел из турболифта, затем двинулся к возвышавшемуся над залом ограждению. Он шёл так быстро, что джедайский плащ развевался за спиной, а каблуки сапог стучали по металлическому полу смотрового балкона. Его ученик и провожатый немного отстали. Это было своеобразное представление перед провожатым и другими представителями компании «Даммантские убийцы». Джейсен понимал, что хорошо справлялся со своей ролью – официальные представители компании, с которыми он общался, были в должной мере им напуганы. Однако он не знал, благодарить ли за это осанку и манеру держаться, худощавую фигуру, задумчивый внешний вид в сочетании с привлекательными чертами лица, или своё имя. Ведь на Адумаре, гордящемся своими легендарными пилотами, имя отца Джейсена, Хэна Соло, было у всех на устах.

Его провожатый, стройный лысоватый мужчина по имени Тестан ке Харран, встал на балконе справа от Джейсена. На фоне унылых серых и синих оттенков, что были присущи как стенам помещения, так и спецовкам рабочих, одежда Тестана отличалась просто буйством красок: мундир длиной почти до колен и с широкими рукавами, цветом точь–в–точь как оранжевые форменки пилотов крестокрылов, был покрыт пересекающимися пурпурными линиями, создававшими узор в виде мерцающих ромбов, а штаны, пояс и шарф сияли золотом.

Тестан погладил блестящую чёрную бородку, тщетно пытаясь скрыть волнение. Джейсен скорее почувствовал, чем увидел, что Бен встал рядом с Тестаном.

— Кэк видыш, — сказал Тестан, — наши рэбоче нэхэдитца в оч хорош условях.

Бен откашлялся.

— Он говорит, что их рабочие находятся в очень хороших условиях.

Джейсен рассеяно кивнул. Он понял Тестана, так как быстро привык к адумарскому акценту. Но сейчас ему важнее внушить адумарцу крайнюю неуверенность в себе. Он наклонился вперёд и пристально посмотрел на производство.

Помещение было настолько просторным, что здесь мог разместиться ангар со станцией техобслуживания для четырёх эскадрилий крестокрылов. Высокие дюрабетонные перегородки делили пространство на восемь зон, в каждой из которых располагался сборочный конвейер. Заготовки поступали через небольшие двери в стене слева, двигались по блестяще–белым конвейерным лентам и исчезали в дверях справа. По бокам лент рабочие в серых спецовках занимались обработкой заготовок.

На ближайшем конвейере прямо под Джейсеном собирались компактные оптические датчики. На ленту поступило восемь заготовок, и она остановилась. Рабочие проворно подключили к заготовкам кабели и уставились в экраны, на которых появились чёрно–белые изображения их рук. Потом они стали поворачивать заготовки так и сяк, проверяя калибровку датчиков.

Один экран так и не включился. Рабочий отсоединил заготовку и положил её на стол рядом с конвейером. Через мгновение остальные тоже отсоединили свои заготовки, а конвейер опять включился и переместил оставшиеся семь заготовок к другому рабочему месту.

Следующий конвейер работал в постоянном режиме, по нему перемещались корпусы датчиков. Рабочие, которых здесь было меньше, чем тех, кто проверял датчики, переворачивали заготовки, смотрели внутрь и проверяли их визуально на предмет трещин и деформаций. Несколько рабочих, стоявших на равном расстоянии друг от друга вдоль всей линии, простукивали каждую заготовку небольшими резиновыми молоточками. Джейсен подумал, что они прислушиваются к звуку, неслышному для него на таком расстоянии за рёвом и шумом.

Ещё у одного конвейера вдалеке рабочие были одеты уже не в обычные спецовки, а в закрытые костюмы для работы с опасными веществами, более светлые и блестящие, чем обычная униформа рабочих. По ленте перемещались белые пластины с неровными шарами размером с человеческую голову, светившиеся зелёным. Лента остановилась, когда каждый набор из восьми шаров зашёл на конвейер, а рабочие подключили к каждому шару игольчатые датчики. Проверив показания на экранах, операторы вынули иглы, и шары поехали дальше. Джейсен хорошо знал этот ядовито–зелёный цвет – то была взрывчатка, из которой адумарцы изготавливали ударные ракеты, шедшие на экспорт.

Пока Джейсен рассматривал производство, Бен заговаривал зубы провожатому.

— Вы вощите свою бороду? – спросил он.

— Нэт.

— Она слишком блестит. Вы смазываете её маслом?

— Я нэ мазю её, — голос Тестана стал несколько раздражённым. – Я слежу за нэй. И рысчёсэвай.

— Вы используете при этом сливочное масло?

Джейсен поднял взгляд вправо, мимо Тестана, на своего двоюродного брата. Сейчас Бену было тринадцать стандартных лет. Мальчик был невысоким, но мускулистым; с изящно очерченным веснушчатым лицом и густыми огненно–рыжими волосами. Бен невозмутимо обернулся, глянул на Джейсена и продолжил:

— Рыцарь–джедай признаёт, что ваше производство отвечает минимальным, только минимальным требованиям безопасности и удобства, принятым для военных подрядчиков Галактического Альянса.

Джейсен кивнул, что означало: «Неплохо придумал». Он не использовал Силы для общения с Беном; задачей мальчика было притворяться переводчиком своего наставника, попутно вселяя в местных убеждение, что взрослые джедаи даже более надменны и таинственны, чем можно предположить.

— Нэт, нэт, нэт, — Тестан вытер испарину на лбу рукавом. – У нас тута намно–о–ого люште минэмальних стандартов. А як же дюрэбитонные перигародуки? Благэдаря им любая взрыва будют нэправлён ввэрху, и бальшэнство рэбочих нэ пострэдаэт в слючай аварии. Рэбочая змена здэсь только две пятых дня, нэ как раньше.

Бен повторил слова Тестана, и Джейсен пожал плечами. Бен попробовал повторить движение, отчего его джедайский плащ распахнулся, показав световой меч на поясе. Тестан глянул на оружие, затем взволнованно перевёл взгляд на Джейсена.

— Ваш учэник… — он опять неуверенно поглядел на Бена. – Вы очэнь молуды, нэ так ли, чтобэ нэсить такую оружию?

— Это тренировочный меч, — Бен не изменился в лице.

— Ах, да… — Тестан кивнул, как будто всё понял.

Этим он себя и выдал. Возможно, это была сама мысль о тринадцатилетнем подростке со смертоносным оружием в руке, отчего самообладание Тестана дало трещину, и его беспокойство начало прорываться наружу.

Это походило на игру, когда детям говорят: «Целый час не думай о бантах», — а они через минуту или секунду начинают о них думать. Вот так и Тестан полностью лишился уверенности в себе и подумал о бантах, или, скорее, о том месте, куда ему не стоило ходить, не то что думать о нём.

Джейсен почувствовал, как Тестан старается подавить в себе эти мысли. Что–то в этом изрядном напряжении подсказывало Джейсену, что сейчас он подобрался к источнику беспокойства ближе, нежели раньше, во время осмотра завода.

Когда Тестан обернулся, Джейсен посмотрел ему прямо в глаза и сказал:

— Здесь что–то не так, — то были его первые слова в присутствии Тестана.

— Нэт, — тот помотал головой. – Всё в парятке.

Джейсен посмотрел мимо него на стену в дальнем правом краю помещения. Она была ровной и серой, там подобно кирпичам лежали металлические панели каждая высотой с человека и в два раза шире. Он начал внимательно и тщательно осматривать помещение справа налево. Он прошёлся взглядом по стенам, сборочным линиям, наблюдательной комнате напротив турболифтов, на одном из которых они поднялись сюда, и продолжил осмотр вдоль стены слева.

Дойдя до середины левой стены вдоль перил балкона, он опять почувствовал, что Тестан забеспокоился. Бен откашлялся – это был сигнал; мальчик хоть и не обладал такой же чувствительностью к Силе, как Джейсен, но ощутил то же самое. Джейсен пошёл по балкону в том направлении. Теперь сапоги стучали, а плащ развевался уже не для вида, а от высокой скорости движения.

— Вы хутите видэть наблудатэльнуй комнуту? – поспешил за джедаем Тестан.

Его беспокойство всё возрастало, и крылось в нём что–то ещё, как блестящий камень на дне тёмного пруда. Джейсен окунулся в этот пруд, чтобы добраться до сути. Это была память о какой–то широкой и серой двери, закрывающейся сверху, из который выбегали мужчины и женщины в тёмно–синих костюмах администраторов. Когда дверь закрылась, она ничем не отличалась от настенных панелей, которые Джейсен видел перед собой здесь и сейчас.

— Твои мысли тебя выдали, — Джейсен глянул через плечо на Тестана.

— Нэт, тут нэчего выдувать, — Тестан побледнел.

Джейсен свернул за угол балкона, сделал несколько шагов и встал у одной из секций стены.

Дверь была здесь. Он знал, поскольку чувствовал, что за ней.

Конфликт. Он видел себя там, сражающегося. И Бена тоже. Это был отблеск будущего – его и ученика поджидает опасность.

Джейсен кивнул на стену. Бен вынул световой меч и включил его. Со щелчком и шипением синее лезвие когерентной энергии выдвинулось на полную длину. Бен воткнул меч в стену и стал вырезать большой круг.

— Он же, вроде, говэрил, что ето тренировочный меч, — промямлил Тестан.

— С определённой точки зрения это правда, — невинно ответил Джейсен. – Он действительно тренируется с этим мечом.

От волнения Тестан даже не заметил, что Джейсен его прекрасно понял без перевода. Бен дорезал круг и толкнул ногой полутораметровую секцию. Она упала в хорошо освещённую комнату и грохнулась об пол. Края ещё горели от жара, сообщённого световым мечом.

Бен вошёл. Джейсен пригнулся и последовал за ним. Он слышал, как Тестан что–то бормотал в комлинк, явно кого–то предупреждая. Джейсен не стал ему мешать. Их всё равно было видно и сотням рабочих, и из наблюдательной комнаты. Даже если помешать Тестану, сигнал тревоги подаст кто–нибудь другой.

Помещение за импровизированной дверью оказалось коридором четыре метра в ширину и восемь метров в высоту. Все поверхности были из тех же скучных серых прямоугольников, что и внешняя комната. С потолка лился зеленовато–белый свет. Слева через несколько метров коридор заканчивался. Там плотными рядами стояли пластальные транспортные контейнеры. На них стояли маркировки: «Опасно. Не бросать» и «Даммантские убийцы. Модель16, Кол–во 24».

В правую сторону коридор уходил ещё на сорок метров и заканчивался поручнем – видимо, там был ещё один смотровой балкон над производственным помещением. С балкона по коридору в их сторону бежали шесть солдат, вооружённых бластерными винтовками. Одетые в оранжевые комбинезоны, солдаты походили на пилотов крестокрылов, но зелёные бронещитки на ногах, груди, руках и голове навевали мысли о выкрашенных в не тот цвет доспехах штурмовиков на спидер–байках. Позади первых шести солдат появилось ещё шесть, затем ещё восемь.

Джейсен вынул световой меч и включил его. Зелёное свечение отразилось от стен и доспехов надвигающихся солдат.

— Встань позади меня, — сказал он.

— Есть, сэр, — вздохнул Бен, и Джейсен улыбнулся.

Первый солдат, с золотыми полосками на шлеме и наручах, крикнул в усилитель:

— Стаять! Суды проход воспрэщён!

Джейсен медленно двинулся им навстречу. Он покрутил запястьем, описывая мечом восьмёрки, так что расплывающееся в воздухе лезвие напоминало крылья бабочки.

— Громче! – крикнул он в ответ. – Мне в детстве на ухо наступили.

— Неплохо, — хихикнул Бен.

— Суды нэльзя!

До солдат оставалось около двадцати метров. Джейсен продолжал махать мечом, как будто тренируясь.

— Если просто уйдёте с дороги, пострадаете меньше, — фраза была скорее ритуальной. Враги, имеющие численное превосходство, редко отступали, даже несмотря на репутацию джедаев, которая была известна почти всем и обрастала сверхъестественными подробностями с каждым годом процветания Ордена под руководством Люка Скайуокера.

Но эта фраза была ритуальной и по другой причине. Когда–то давно Джейсена охватывало горе, если его действия приводили к гибели простых солдат. Со временем он утратил это чувство. Вожди неизбежно встречаются с утомительной необходимостью посылать свои войска на смерть против более сильного врага. Так происходит всегда, покуда существуют жестокие предводители и послушные последователи. Умирая, эти люди сливаются с Силой, а когда Джейсен принял этот факт, его чувствительность к чужому горю сильно ослабла.

Он сделал ещё два шага, и командир солдат отдал приказ:

— Огонь!

Раздались выстрелы. Джейсен открылся Силе, слился с окружающим пространством, с мужчинами и женщинами, которые пытались его убить. Он просто проигнорировал большинство бластерных разрядов. Когда джедай чувствовал, что они направлены прямо на него, он подставлял на их путь лезвие своего светового меча и отражал их, обычно обратно в толпу солдат. В первые же секунды перестрелки четверо солдат пали от выстрелов собственных товарищей. В воздухе запахло сгоревшей плотью.

Джейсен почувствовал опасность сзади, реакцию Бена. Джедай не стал отвлекаться, а продолжил шагать вперёд. Он бы с удовольствием защитил неопытного подростка, но Бен тоже умел отражать бластерные выстрелы. Хоть и трудно было полагаться на джедая, способности которого только начали раскрываться, а приходилось. Чтобы учить и учиться самому, нужно уметь доверять.

Джейсен перехватил следующий выстрел и отразил его на командира солдат. Разряд попал мужчине в шлем, срикошетил и прожёг дыру в потолке. Освещение на протяжении четырёх метров отключилось, и в коридоре стало заметно темнее. Командир упал. Вряд ли выстрел оказался смертельным – защищённый шлемом, мужчина мог получить ожоги лба и скальпа, возможно, был оглушён, но вряд ли погиб.

Стратегия принесла желаемый результат: солдаты увидели, что командир упал. Стрелять они не прекратили, но переглянулись. Джейсен не сбавлял шага, и солдат с серебряными полосками на шлеме скомандовал:

— Назад! Назад!

Сохраняя строй, солдаты попятились. Джейсен услышал выстрелы позади себя и отчётливый звук отбивающего их светового меча. В потоке Силы Джейсен различил выстрел, летящий в спину, почувствовал, как разряд отразили, и он вонзился в стену справа. Жаром опалило плечо.