Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Эпическая фантастика
Показать все книги автора:
 

«Время жатвы», Робби Макнивен

+ Подфайл 8762-443 +

+ Юрисдикция: Субсектор Этика +

+ Временная отметка: 3551670.M41 +

+ Тема: Протокол реагирования на неуплату подати 33/8 +

+ Ответственный служащий: 4872-Амилия +

Внимание Адептус Администратум, подотдел Тета 16, субсектор Этика. Потерян контакт с податным кораблем 531, наименование «Преторианец». Последняя известная астропатическая передача подтверждает успешный варп-прыжок в систему Зартак [см. файл 228-16а]. На настоящий момент контакт отсутствует две недели по стандарту Терры. Для выяснения причин рекомендую направить крейсер типа «Марс» Имперского Флота «Андромидакс» [см. приложение DX1-9].

+ Подфайл 8762-443 занесен в реестр на рассмотрение +

+ Добавлено в очередь на рассмотрение +

+ Ожидаемое время обработки: 6 лет по стандарту Терры +

+ Мысль Дня: Праведные страдают молча +

 

Главы гильдий были напуганы. Они держались скованно, глаза метались из стороны в сторону, бледная морщинистая кожа была склизкой от пота. Один старик, ссутулившийся под грузом собственного отвисающего жира, непроизвольно подергивался. Дрожь гротескно расходилась по массивным лишним подбородкам, становясь тем более заметной, чем сильнее он старался ее скрыть. Другой лысеющий человек с сочащимися слизью глазами сжимал и разжимал костлявые пальцы на рукояти серебряной трости-кирки. Третья стискивала свой горностаевый воротник с такой силой, что у нее тряслись тщедушные, прикрытые бархатом конечности.

Все собрание, набившееся на мостике смотровой галереи, подобострастно ежилось из-за присутствия нависших над ними гигантов.

Это были чудовища, подлинный первородный ужас, с ног до головы облаченный в боевые доспехи цвета пепла. От них исходила вонь оружейной смазки и навязчивый чужеродный запах, от которого у людей скручивало животы. Ни один из них не пошевелился с самого момента появления на мостике. Их неподвижность демонстрировала опасное, хищное терпение.

Наконец, один из пепельных гигантов заговорил:

— Это все? Все молодые?

Никто из глав гильдий не ответил. Какое-то мгновение ничего не происходило. Что-то щелкнуло. А затем один из гигантов резко нанес удар.

Для столь огромного создания он перемещался с ужасающей быстротой. Костяной посох раздробил череп толстого дергающегося гильдийца. Окружающие отпрянули от брызг крови и мозга. Остальные гиганты, не медля, кинулись в атаку.

Раздались вопли. Они длились недолго.

 

Сидящий в центре кораллового зала вздрогнул и проснулся. Он подавил вскрик, стиснув подергивающиеся на силовом посохе кулаки.

Это был не сон. Ему подобные были неспособны на что-то столь человеческое, столь невинное. Нет, уже в третий раз с тех пор, как корабль вошел в систему, он видел, как разыгрывается одна и та же сцена — одна и та же бойня. Это было предупреждением. Не могло быть ничем иным.

Скрестившая ноги фигура чуть шевельнулась. Амулеты из зубов-резцов, свисающие с кожаных браслетов на запястье, задребезжали. Без гравированного синего боевого доспеха и психического капюшона было видно, насколько на самом деле ужасно древнее тело. Простая черная рубаха слабо могла скрыть белую, словно кость, кожу, или же уродливые серые струпья-чешуйки, которыми были покрыты локти и шея. Это была болезнь, следствие его уникального и выродившегося генетического наследия. Еще сильнее пугали глаза. Они были совершенно черными, без радужки и белков — столь же беспощадными и непроницаемыми, как пустота, служившая ему домом.

Он сделал долгий, медленный вдох. Известить магистра роты Акиа? Не сделать этого означало уклониться от своих обязанностей. Однако рассказать — значило пойти на некоторые риски. Они не могли допустить угрозы самоисполнения пророчества. Ничему нельзя позволять мешать Подати.

Спустя некоторое время у него в ухе щелкнула бусинка вокса. Тот, кого братья знали под именем Те Кахуранги — Бледный Кочевник — какое-то мгновение слушал, а затем распрямил ноги и поднялся.

Время размышлений кончилось. Пришло время жатвы.

 

В нормировочном зале малой гильдии царил переполох. Все присутствующие руководители и руководительницы гильдий говорили одновременно. Чтобы навести некое подобие порядка, Торнвилу пришлось треснуть по боку постамента лексмеханика зала своим аугметическим левым кулаком — результатом несчастного случая в шахте, случившегося почти сотню лет назад.

— Паникой ничего не добьешься, — бросил он. — Может быть и другое объяснение.

— Другое объяснение тому, что в нашу систему без извещения прибывает корабль Адептус Астартес? — с нажимом спросила Элинара из гильдии «Старатели Фрихолд». — Более вероятное, чем то, что Империум в конце концов собирается расследовать исчезновение «Преторианца»?

Под арочным сводом нормировочного зала вновь начался буйный гомон. Главы гильдий, лидеры шахтерской колонии Зартака, собрались на экстренное заседание после того, как мачты авгуров засекли вход в систему неопознанного звездолета. Когда же логистикаторы определили в нем боевой корабль Космического Десанта, собрание погрузилось в хаос.

— Это слуги Императора, — огрызнулся Торнвил, глава гильдии «Хронотек-Корп». — Равно как и мы. И мы поприветствуем их соответствующим образом.

— Ты с ума сошел? — вопросил Марон из «Промышленности Брокен-Хилл».

— А ты хочешь поднять Стражу, местную самооборону и шахтерское ополчение? — отозвался Торнвил. — Скажи-ка мне, что из этого звучит более безумно?

Прочие руководители гильдий затихли, осознав, что Торнвил прав. Тот стал развивать успех.

— Произошло недопонимание. Мы его разрешим, быстро и спокойно. Поверьте мне, Братство Гильдий, к завтрашнему дню этих богов-воинов уже не будет.

 

Когда космические десантники прибыли, шел дождь. Ливень шипел на кронах джунглей вокруг и клокотал на рокритовой поверхности основной посадочной площадки скважины № 1, расположенной сразу за пределами огромного жилого блока шахты-норы.

С практически черного неба спустилось чудовище, с широких боков которого каскадами лилась вода. Блестящий серый корпус украшало изображение белого океанического хищника. Когда грозный десантно-штурмовой корабль пронесся над головами, собравшиеся главы гильдий сгрудились плотнее, дрожа в промокших одеяниях. Форсажные турбины летучей машины трепали расшитую кайму нарядов и сорвали с одной матроны шаль, которую завертело и унесло в ливень. Наконец, транспорт сел на платформу, и болезненно-резкий вой двигателя стих до рычания холостого хода. Темные дула многочисленных систем вооружения поблескивали под дождем.

На какое-то мгновение все застыло. Гильдийцы беспокойно продолжали наблюдать. Наконец, раздался глухой удар, от громкости которого они подпрыгнули. Носовая аппарель десантного корабля начала опускаться, испуская клубы пара от гидравлики. По ней, размеренно гремя бронированными сапогами по пласталевым плитам, сошли семеро первозданных гигантов.

Каждый из них на голову превосходил ростом самого высокого гильдийца, и все были облачены в серые доспехи разных оттенков. Черные глазные линзы сверкали в резком свечении осветительных полос, на скорую руку установленных на посадочной площадке. На запястьях и воротах воины носили ленты, увешанные устрашающими клыками, когтями и резцами, а на многих элементах их брони были нанесены плавные линии, образующие стилизованные пасти или острые плавники. Перчатки сжимали оружие: грозные болтеры и цепные топоры, моторы которых, к счастью, оставались отключены.

Семерка выходила на посадочную платформу парами, выстраиваясь напротив глав гильдий. Грохнув керамитом, они остановились. Дождь чертил на их броне узоры.

Мгновение они хранили неподвижность и молчание. Затем один из них, доспех которого имел более светлый оттенок и был покрыт многочисленными молекулярно закрепленными набойками, шагнул вперед.

Гильдийцы раболепно сжались.

— Во имя Отца Пустоты, кто властвует над миром сим? — требовательно спросил гигант в белой броне. Его голос с потрескиванием исходил из выпуклой решетки вокализатора шлема, как будто откуда-то с большой глубины. Слова были произнесены на высоком готике, высокопарно и неестественно формально. Гильдийцы не ответили.

Гигант больше ничего не говорил. Наконец, будучи не в силах дольше держаться, Фарго Торк из горнодобывающей компании «Борер-Корп», подобрал несколько слов на высоком готике, которые вспомнил со времен обучения в схоле.

— Мы правим общим советом, сир. У нас нет предводителя, кроме Того-что-на Земле.

Секунду гигант не отвечал. Члены гильдий услышали несколько тихих щелчков. Некоторые узнали звук переговоров по внутреннему воксу, которые космические десантники вели через коммуникаторы шлемов. Наконец, гигант вновь заговорил:

— Рад встрече. Я — магистр Акиа из Третьей боевой роты. Мы — Кархародоны Астра, и мы пришли за вами.

 

Наблюдательный монитор мигнул и отключился. В нормировочном зале малой гильдии опять началась перебранка, пока Торнвил резко не потребовал замолчать. После секунды многозначительной тишины экран снова ожил, и на нем вновь появился двойник Васила Крейна.

— Повтори, — велел Торнвил. — Мы тебя потеряли.

— Они требуют показать наши записи, — произнесла копия Крейна, сделав паузу и бросив взгляд через плечо. Он шептал в портативную видеокамеру, втиснувшись во входной туннель одного из крошечных шурфов, которыми были пронизаны выработки Нижней Шесть-Шестнадцать.

— Записи?

— Имперские данные. Донесения об уровнях псайкеров, темпах набора в Гвардию, активности ксеносов и еретиков.

— И податях?

— Да, податях. Их предводитель, Акиа, утверждает, что они здесь именно за податью.

— Как мы и боялись, — прошипел Горст из «Новых Западных Разработок». — Им известно о «Преторианце»!

— Тихо, — рявкнул Торнвил, прежде чем комната снова успела погрузиться в хаос. Он опять повернулся к экрану.

— Где они сейчас?

— Ждут в верхнем западном рудничном зале, — сказал двойник Крейна и опять оглянулся, как будто ожидал, что из полумрака позади него вдруг возникнет один из гигантов. — Последнее, чего они запросили — смотр самых молодых батальонов Гвардии.

— Самых молодых?

— Кадетов, новобранцев 10-го полка.

— Зачем им сперва… — начала было Элинара. Торнвил перебил ее:

— Неважно, зачем. Это дает нам шанс.

— Ты же сам слышал, они здесь за податью, — произнес Торк, тряся подбородками в попытках сдержать свой ужас. — Когда они узнают, что случилось, они нас всех убьют!

— Не убьют, — твердо ответил Торнвил. — Если мы не будем терять голову. Их корабль все еще на орбите, да?

— Так утверждает маяк авгура, — произнес Марон. — Стоит точно над скважиной № 1. Идентификация и сканирование корпуса так и не дают результатов, но он явно старинный.

— Их основные силы остаются на борту, — сказал Торнвил. — Но предводители внизу, с нами. Это дает шанс.

— Надеюсь, у тебя есть план, Торнвил, — прищурилась Элинара. — Не забывай, что твою прошлую идею поддерживали не все. И вот к чему она нас привела. Если у тебя ничего не выйдет, не все будут отвечать.

Остальные гильдийцы согласно забормотали.

— Но если выйдет, вы намерены пожать плоды, — Торнвил улыбнулся, несмотря на звучавшую в его голосе сталь. — Доверьтесь мне еще раз, братья-гильдийцы. Велите тюремным блокам приготовиться исполнить приказ 19. И передайте сообщение инспектору ДеВалину. Я хочу, чтобы через час 10-й построился в полной боевой экипировке в буровой пещере № 11.

 

— Надо их просто вырезать, — произнес Акиа по внутреннему воксу отделения. Те Кахуранги не стал утруждаться ответом. Магистр роты говорил не всерьез, давая выход своему раздражению. Бледный Кочевник не мог его за это осуждать.

Судя по цифрам хронографа, переключающимся в углу дисплея визора верховного библиария, Первое отделение стояло в парадном строю в помещении, которое, как выяснилось, называлось складом бурильных головок верхнего западного рудничного зала, уже почти сорок минут. Акиа передал требования роты скопищу лизоблюдов, утверждавших, что правят Зартаком, и их отвели в зал анализа сбора квот, за когитаторами и податными панелями которого в данный момент никого не было. Затем подхалимы скрылись. Слуга, глядевший на воинов широко раскрытыми глазами, предложил им какую-то местную закуску наподобие грибов. Поднос дребезжал в его трясущихся руках.

Кархародоны даже не шелохнулись, и человек поспешно удалился. С тех пор они никого не видели.

— Они нас оскорбляют, — произнес Тоа, ротный чемпион.

— В понятии личной чести нет жизни, — отозвался Те Кахуранги, цитируя «По ту сторону покрова звезд». — Это ложь, которую выдумали надменные люди, дабы оправдывать собственное безрассудство.

— Они оскорбляют Орден, — поправился Тоа. — А тем самым и Рангу.

— Думаешь, Отцу Пустоты есть дело до того, прождем мы час или два? — прогремел ударный ветеран Дортор. — Мы должны соблюдать протокол. Забытый не просто так издал Эдикты Изгнания.

Пока шел этот разговор, Те Кахуранги видел, что Акиа размышляет. Магистр роты недавно стал полноправным предводителем Третьей, получив почетный титул Первого Жнеца, но вместе с опытом в нем появилась и жажда крови, причиной которой, не сомневался верховный библиарий, являлась особенность генетического наследия. Предложение просто вырезать вожаков шахтеров Зартака было шуткой не в полной мере.

— Движение, — произнес знаменосец Карра, и спустя миг авточувства Те Кахуранги зафиксировали приближающиеся шаги. Еще через секунду появился все тот же напуганный служитель, на сей раз без подноса с грибами. Те Кахуранги подозревал, что это один из немногих обитателей Зартака, способных бегло изъясняться на высоком готике. Человечек торопливо поклонился.

— Повелители, кадеты 10-го полка Астра Милитарум Зартака собраны согласно вашему требованию. Главы гильдий ожидают вас в основной обзорной зоне буровой пещеры № 11.

— Они не понимают, да? — спросил Акиа по закрытому воксу.

— Возможно, им лучше и не понимать, — отозвался Те Кахуранги. Он переключился на внешний вокализатор и заговорил на низком готике:

— Веди.

Служитель провел Кархародонов по нескольким длинным и низким земляным туннелям, укрепленным пласталевыми балками. Ему приходилось непривычно спешить, чтобы поспевать за поступью громадных транслюдей. Они спустились вглубь выработок на гравилифте, с дребезжанием опускавшемся в недра Зартака. Когда лифт остановился, и решетчатая дверь с грохотом раскрылась, Дортор обратился к Первому отделению:

— Мы потеряли контакт с «Белой пастью».

Те Кахуранги осознал, что покрытый страшными шрамами ветеран-штурмовик прав: значок, отображавший вокс-связь с ударным крейсером, исчез. Даже мощные коммуникаторы древнего капитального корабля уже не могли достать до командирского отделения роты.

Из гравилифта они вышли в очередной туннель. Этот был сооружен более основательно, стены покрывали защитные панели с предупреждающими полосами, а проложенные над головой осветительные полосы сияли ярко и не мигали. В конце служитель с расшаркиванием отвесил низкий поклон и, не говоря ни слова, указал Кархародонам на автоматические двери.

Те Кахуранги вошел последним, пригнувшись. Он оказался на смотровой площадке: решетчатом мостике, вделанном в стену громадной темной пещеры, по бокам которой были видны борозды от прохода мегабура. Мостик отделял от остальной искусственно вырезанной пещеры лист плексигласа. Большую часть пространства занимали все те же перепуганные главы гильдий, которые встречали их на посадочной платформе. Снаружи, в пещере внизу, шеренгами стояли сотни фигур. Они были облачены в противоосколочную броню и черную форму, держали лазерные карабины с клеймами Муниторума, но верховному библиарию хватило одного взгляда, чтобы понять, что эти бледные люди с тонкими чертами лиц — всего лишь молодняк. Это были мальчики, которым предстояло стать мужчинами в рядах Астра Милитарум. Впрочем, их было слишком мало, шеренги стояли криво, а форма плохо сидела. От них разило страхом.

Он смотрел на плохо построенных кадетов лишь долю секунды. Почти сразу же его внимание вновь обратилось на гильдийцев, стоявших между Кархародонами и плексигласом. Он это уже видел. Видел все, до последней мельчайшей детали.

— Это все? — спросил Акиа. — Все молодые?

Секунду царила тишина. Те Кахуранги в точности знал, что будет дальше.

— Это ловушка, — произнес он по внутреннему воксу. — Убейте их.

Он сделал выпад своим силовым посохом, раскроив череп ближайшему гильдийцу. Толстяк еще падал, а Акиа и остальные члены Первого отделения уже немедленно среагировали. Беспомощные люди вопили, пока Кархародоны расправлялись с ними.

Те Кахуранги пинком отшвырнул с дороги очередного гильдийца и врезался в плексиглас, отделявший мостик от пещеры внизу. Лист с грохотом подался, и Бледный Кочевник оказался в свободном падении. Остальные Кархародоны, броню которых покрывали красные полосы, последовали за ним, снося в сторону преграждавших путь гильдийцев. Они еще падали, когда сработали подрывные заряды, прилепленные под мостиком.

Ударная волна швырнула Те Кахуранги через весь зал. Сервоприводы погасили удар, но при падении наземь он все равно взметнул шквал гальки и оставил борозды на обнажившемся полу. Библиарий быстро поднялся на ноги. Его авточувства пронзали дымку, оставшуюся после взрыва. Неожиданное и резкое перемещение никак не отразилось на генетически усовершенствованном теле.

Он приземлился менее чем в двух дюжинах шагов от передних рядов кадетов Гвардии, которых тоже cбило с ног взрывом. Братья-в-пустоте находились вокруг и вставали. Маркеры, отображавшие каждого из членов командирского отделения, все так же мигали зеленым на дисплее визора, сигнализируя об отсутствии повреждений.

Кадеты открыли огонь. Первый выстрел лазера — то ли меткий, то ли удачный — попал в шлем Те Кахуранги, с треском отскочив и резко толкнув голову вбок. Еще один оставил след на правом наплечнике, а третий и четвертый хлестнули по обе стороны от него, и их резкий треск добавился к эху подрывного заряда, до сих пор отражавшемуся от побитого потолка пещеры. Он зарычал. Еще больше выстрелов ударило мимо. Некоторые из так называемых кадетов попросту разбежались.

Тоа вскинул свой болт-пистолет, уперев его в кромку Кораллового Щита.

— Постой, брат, — бросил Те Кахуранги, задержав палец Тоа на спуске посредством толики своего психического потенциала. — Не забывай, зачем мы здесь.

Тоа издал недовольное ворчание и опустил оружие. От Кархародонов с треском отлетали все новые заряды.

— Проклятье, зачем бы ни были, но стоять на месте нельзя, — прорычал ветеран-штурмовик Дортор. Мощность обстрела усиливалась, все больше кадетов подбирали оружие и навскидку палили сквозь пыль. Те Кахуранги не знал, что это — сознательное предательство или просто паническая реакция на взрыв. Однако Дортор был прав.

— Гравилифт, — произнес Акиа, указывая на решетчатые двери под прогнувшимися остатками мостика позади них.

— Кто бы это ни устроил, он может и перехватить управление, — сказал Те Кахуранги.

— Все равно едем, — отозвался Акиа. — Если ты не хочешь, чтобы я разделался с каждым мальчишкой в этом зале, кто окажется у меня на дороге по пути к лестнице на том краю.

В Те Кахуранги попал еще один лазерный заряд, вошедший в нагрудник и оставивший рубец на синем керамите. На споры не оставалось времени. Двигаясь рядом с Акиа, он повел Первое отделение к ожидающему лифту и ударом кулака распахнул двери. Лазерные заряды следовали за ними, щелкая по пятам и шипя над головой.

— Вези нас на поверхность, — распорядился Акиа, когда они протолкнулись на платформу лифта. — Нужно восстановить связь с «Белой пастью». А потом разберемся, как далеко зашла измена.

— Магистр роты, я не могу, — пожаловался знаменосец Карра, пытаясь вводить команды на рунической панели лифта. — Механизм не реагирует.

Прежде чем Акиа успел ответить, лифт накренился у них под ногами. Глазные линзы Акиа и Те Кахуранги встретились взглядами.

— Магниты, — передал по воксу Те Кахуранги. Раздался гулкий стук срабатывания магнитных подошв, а спустя долю секунды пол рухнул вниз.