Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: О любви
Показать все книги автора:
 

«Упоительные сны», Мелисса Харди

Глава первая

— Что тут происходит, черт побери? — раздался в темноте сердитый голос, и Лейси съежилась за ветвями олеандра, стараясь стать невидимой. Она нырнула в кусты сразу, как только автомобиль появился на подъездной аллее, а теперь замерла. Она окажется в весьма затруднительном положении, если ее обнаружат прячущейся в саду соседа. И почему он дома, когда все думали, что он должен находиться за границей?

Сумеречное вечернее небо размывало все очертания, и это позволяло Лейси оставаться незамеченной. Пассаты, мягко дующие с юга, шелестели листьями олеандра и гибискуса, которые окружали безукоризненную лужайку и заглушали шорох, какой она производила, пытаясь скрыть свое присутствие. Когда сосед уйдет в дом, можно будет тихонько ускользнуть.

Кусты слева зашевелились.

— Кто здесь? — голос раздался совсем рядом.

Лейси могла видеть ботинки говорившего и темную тень мужчины. Она забралась еще глубже в кусты, прижавшись спиной к грубой поверхности каменной стены. Дальше деваться было некуда. Он подошел еще ближе. Прежде чем она смогла что-либо придумать, чья-то рука протянулась сквозь ветки кустарника и схватила ее за плечо.

Чувствуя, что оказалась в дурацком положении, она медленно выпуталась из олеандровых ветвей и шагнула на траву, став лицом к лицу с тем, кто ее поймал. Его рука по-прежнему крепко держала ее за плечо, сквозь мягкий хлопок белой майки с короткими рукавчиками она чувствовала пальцы, сжимавшие ее так сильно, словно она могла броситься наутек.

Ей нужно было поднять голову, чтобы посмотреть на него, и непросто поднять, запрокинуть. В ней самой было больше пяти футов и шести дюймов, но этот мужчина был намного выше. Она не могла разглядеть в темноте черты его лица, но если это был Джейк Уэйнрайт, а по всему это должен был быть он, то она знала, как он выглядит: высокий, с темными волосами и глубокими синими глазами. Ее золовка Сюзанн много раз описывала его, когда уговаривала Лейси провести каникулы на Барбадосе, своего соседа, о котором вспоминала с восторгом.

— Ну, так кто же вы и какого черта прячетесь в моем саду? — Его пальцы еще сильнее сжимали плечо, и, конечно, там останутся синяки. Английский акцент, который так очаровал ее, когда она впервые прибыла на Барбадос, теперь казался ей холодным, а тон определенно угрожающим.

— Извините, мы всего лишь… играем, — произнесла она мягко и быстро огляделась, выискивая детей — союзников против этого сурового типа.

— Играете? — в голосе послышалась недоверчивая нотка.

— В прятки. Джимми! Дэвид! Выходите! Вы победили! — Она чувствовала себя идиоткой. Ей было двадцать шесть лет, слишком много, чтобы играть в прятки с соседскими детьми. Но чуть раньше эта идея казалась ей прекрасной, поскольку она уже немного заскучала оттого, что весь день не с кем было поговорить.

Две маленькие тени пересекли двор и отвлекли его внимание от Лейси, они подбежали к высокому, разгневанному мужчине и заулыбались.

— Здравствуйте, мистер Уэйнрайт, — небрежно сказал Джимми.

— Я мог бы и догадаться об этом! У вас что, нет собственного сада, Джимми?

Рука Джейка Уэйнрайта по-прежнему сжимала плечо Лейси, и она снова взглянула на него, пытаясь получше рассмотреть в тусклом свете звезд. Он стискивал ее плечо уже не так больно, но все еще крепко. Хотелось бы знать, отпустит ли он ее, если она попытается высвободиться…

— Да, но ваш гораздо интереснее, — признался Джимми. Дэвид в знак согласия кивнул головой, озабоченно и не так нахально, как Джимми, глядя то на Джейка, то на Лейси. Он заметил, что рука мужчины все еще сжимает плечо Лейси.

Лейси попыталась задобрить сурового господина:

— Извините за вторжение. Но наш маленький, какой-то правильный и чистенький, в то время как ваш так великолепно зарос, такой дикий со всеми этими кустарниками и деревьями. Это замечательное место для игры в прятки. Кроме того, мы думали, что вас нет дома.

— Меня и не было. Я только вечером вернулся из Европы. Но это не дает вам права гоняться здесь. Этих двух сорванцов я знаю. А вы кто такая?

— Я Лейси Стэнфорд, остановилась у миссис Туттл, вашей соседки.

Изящным жестом Лейси указала на небольшой дом сразу за каменной стеной, которая разделяла два сада. Ей ужасно хотелось очутиться с той стороны. Интересно, если она сделает какое-нибудь движение, отпустит он ее?

— Этого только не хватало, значит, у нее снова жильцы? — в голосе слышалось неудовольствие. Он что — вообще против того, что миссис Туттл сдает друзьям свой коттедж, или только против того, что жильцы вторгаются в его владения?

— Нет, я дальняя родственница, приехала отдохнуть на несколько недель. В любом случае, извините, что побеспокоили вас, — Лейси попыталась высвободиться, но его рука удержала ее.

— В будущем, пожалуйста, играйте по ту сторону стены. — Его голос звучал жестко и непреклонно, хотя хватка пальцев была уже не такой крепкой.

Лейси сдержала сильное желание достойно огрызнуться на его повелительный тон и просто кивнула. Выскользнув наконец из-под его руки, она быстро пошла к своему дому. Ей хотелось побежать, но она не могла так поступить, чтобы полностью не утратить достоинства. Достаточно и того, что ее поймали. Он может подумать, что она идиотка.

Двое мальчишек с хохотом побежали за ней, ничуть не волнуясь, что их тоже застигли при вторжении на чужую территорию. Чтобы покинуть сад, нужно было миновать автомобиль Джейка на подъездной аллее, и на несколько секунд Лейси попала под беспощадные лучи его фар. Хорошо, что темнота не позволила Джейку Уэйнрайту разглядеть ее: колени в грязи, шорты в одном месте разорваны, а волосы совершенно растрепались после того, как она продиралась сквозь кустарник. Она была возбуждена, устала и понимала, что выглядит не лучшим образом. Не самое подходящее время и обстоятельства для знакомства с соседом.

— Подождите минутку!

Она остановилась и, глубоко вздохнув, повернулась к нему лицом, желая только выйти из полосы света от фар. Подойдя поближе, он остановился, окинул ее взглядом с ног до головы, и Лейси почувствовала, как у нее перехватило дыхание, а в груди возникло странное волнение.

Сюзанн ничего не преувеличивала в своем описании, скорее, наоборот. Он был великолепен. Высокий, темноволосый, одетый в безукоризненный серебристо-серый в тонкую полоску костюм, наверняка сшитый по заказу, настолько ладно он на нем сидел. Свежая белая рубашка и сине-серебряный галстук выглядели так, словно он только что нарядился, хотя на самом деле уже поздно, а он едва вернулся из поездки в Европу. Она же выглядела как уличный оборвыш, ей нужно было немедленно отправляться домой и почиститься.

Лицо Джейка было словно отлито из бронзы, в свете фар трудно было понять, какого цвета его глаза, но она знала, что они синие. Лейси даже не нужно было разглядывать его глаза, достаточно было оценить фигуру — высокую, сильную, мускулистую, без унции лишнего веса. Ей хотелось бы увидеть его в купальном костюме.

Она сморгнула и с виноватым видом посмотрела на него. С чего это ей пришла подобная мысль, не в ее обыкновении было думать о таких вещах. Должно быть, она попала под воздействие тропической магии острова.

— А сама миссис Туттл здесь живет этим летом? — спросил он, остановившись как раз на краю светового пятна. Слишком близко, подумала она, пытаясь отодвинуться. Его вид в сравнении с ее собственным подавлял.

— Нет, я тут одна. Приехала на несколько недель в отпуск.

— Ее владения очень малы, но, разумеется, это не означает, что ее гости могут чувствовать себя как дома на моей территории, — серьезно произнес он, внимательно изучая ее в лучах света.

Лейси постаралась подавить улыбку. Она достаточно наслышалась о мистере Джейке Уэйнрайте от Сюзанн.

— Я слышала, что вы любите уединение, и не намеревалась нарушать его. Но все четыре дня, что я здесь живу, вас не было дома, и я не ожидала, что вы вернетесь сегодня вечером.

Она чувствовала себя школьницей, пойманной за кражей яблок в фруктовом саду, и это было неприятно. Ей хотелось поставить его на место, показать, что он не произвел на нее впечатления, хотя она и поступила неправильно.

Некоторое время он молча смотрел на нее, потом на двух мальчишек, стоявших поодаль. На щеке его дернулся мускул.

— Я буду дома несколько последующих недель и не хочу, чтобы вокруг шныряли горластые шалопаи и приплывшие из Америки визитеры.

Мальчики засмеялись и попрощались с ним, прежде чем отправиться домой. Лейси кивнула.

— Понятно. Спокойной ночи, мистер Уэйнрайт, — сказала она живо.

— До свидания, мисс Стэнфорд.

— Нельзя ли просто Лэйси? — не удержалась она.

Он глядел на нее, пока она, повернувшись, спешила в темноте к дому. Она едва удерживалась от искушения оглянуться, чтобы проверить, смотрит ли он еще ей вслед. Но ей не хотелось, чтобы он обвинил ее еще в чем-нибудь.

В своей спальне она долго рассматривала себя в зеркало. Настоящее пугало! Ее длинные белокурые волосы были спутаны, к тому же в них застряло несколько листочков. Щеки покрывала грязь, а от косметики, наложенной утром, не осталось и следа. Ее загар, усилившийся под тропическим солнцем, вместе с грязью, налипшей во время игры, сделали из нее стопроцентную замарашку. Ее серо-голубые глаза, обладавшие способностью менять оттенок в зависимости от эмоций, сейчас казались почти темно-синими от замешательства и смущения. Это было ужасно — в таком виде в первый раз встретиться со своим соседом!

Душ был в порядке, и Лейси торопливо шагнула под горячие струи. Это было чудесно! Намыливаясь, она снова подумала о своем только что прибывшем соседе. Ее золовка рассказала ей о Джейке Уэйнрайте все — от той поры, когда он унаследовал соседний дом, и до последней встречи с ним, когда Сюзанн приезжала сюда во время своего отпуска несколько лет назад. Его семья жила в Бриджтауне, он один занимал этот большой дом. Сюзанн познакомилась с ним во время своих визитов к тетке, в коттедже которой сейчас и остановилась Лейси.

Тетка Сюзанн, Элеонор Туттл, приобрела этот маленький коттедж, еще когда была молоденькой невестой. И хотя Элеонор никогда подолгу не жила на Барбадосе, она так и не продала этот дом и приезжала на остров так часто, как только могла. Поскольку этим летом она не была намерена им воспользоваться, то и предложила Лейси провести здесь весь отпуск.

Сюзанн много чего наговорила о Джейке Уэйнрайте, она втюрилась в него еще подростком. Позднее она узнала, что он редко появляется в обществе, целиком погружен в свой бизнес и определенно не женат.

— По крайней мере, не был в то последнее лето, что я его видела, это было незадолго до того, как я встретила Майкла, — откровенничала с Лейси Сюзанн. Все знали, что, с тех пор как Сюзанн встретила Майкла, для нее уже никто другой не существует.

— Джейк во всех отношениях был самый красивый мужчина, какого я когда-либо встречала. Сейчас, конечно, я думаю, что самый красивый Майкл, но тогда я с ним еще не была знакома.

— Как-то летом мы попытались завлечь Джейка, — с грустью призналась Сюзанн, — я и мои кузины в тот год делали все, что могли. Он был очень привлекателен, но определенно никак не реагировал на втюрившихся в него девчонок. Тогда у него была близкая приятельница — Элизабет Мэлтрон.

Это имя Лейси было знакомо. Элизабет актриса, а Лейси знала об актрисах все. Однако, как ей помнилось, имя Элизабет никогда не связывали с Джейком Уэйнрайтом. Совершенно определенно, Элизабет была одинока и подвизалась в Голливуде. «Что произошло между ними?» — лениво подумала она.

Нет, сказала себе Лейси, плескаясь в душе, ей до этого нет никакого дела. Джейк Уэйнрайт всего лишь сосед, более того, человек, с которым у нее возникла взаимная неприязнь, когда он поймал ее на непреднамеренном вторжении. Если она собирается провести на Барбадосе последующие несколько недель, ей следует исправить положение и установить с соседом хорошие отношения.

Тот факт, что он оказался моложе и привлекательнее, чем ей представлялось, и то, что она пребывала в одиночестве последние несколько дней, не имеют к случившемуся никакого отношения, говорила она себе, вытираясь после душа.

Она надела легкое голубое хлопковое платье и белые сандалии, расчесала волосы и перехватила их сзади лентой. Волосы были еще влажные, но к тому времени, когда она ляжет спать, высохнут.

Не слишком размышляя, для чего это делает, Лейси наполнила доверху тарелку шоколадным печеньем, которое она сама испекла после полудня, и пошла к дому Джейка Уэйнрайта. Она предложит ему мировую и попытается сохранить его милостивое отношение на будущее.

Ночь была темной и тихой, только мягкий шелест пальм под весенним бризом нарушал тишину. Это очень нервировало Лейси в ее первую ночь, так привыкла она к шуму уличного движения, ярким огням и суматошной активности большого города. Потом приспособилась. Здесь воздух был чистый — чистый и чуть напоенный ароматом жасмина. Ветерок, словно нити паутинки, ласкал ее кожу. Темное небо пронизывали огоньки мириадов звезд.

Она наслаждалась всем этим каждый вечер, сидя в саду или прогуливаясь по темному пляжу. Даже игра с детьми — вспомнила она и улыбнулась — была радостью.

Впереди в темноте показался большой дом, где-то в его дальней части горел свет.

Она постучала в дверь и стала ждать. Ждать пришлось долго. Вдалеке, слышала она, морские волны мягко плескались о шелковый песок пляжа. До западного побережья Барбадоса было всего несколько сот ярдов. Ветры, которые мягко дули в ночи, перемешивали листья гибискуса, олеандра и жасмина, красиво устилавшие землю, и несли прохладу, недоступную днем. В ночном ветре она улавливала соленый запах океана, смешанный со сладким ароматом жасмина, и ее сердце билось в восторге, от радости, что у нее есть возможность находиться здесь и наслаждаться всем этим.

Она снова постучала, на этот раз громче. Он должен быть дома, поскольку вернулся только что. Неужели снова вышел? Его машина виднелась на подъездной аллее. Она не видела света у дверей, но заметила огонек с тыльной стороны, когда шла сюда. А может быть, он пошел прогуляться по берегу?

И в этот момент дверь распахнулась.

— Вы? А что теперь? — Он включил лампу у входа, еще одну в прихожей и уставился на нее.

А она на него. На нем были только шорты. Одевался в спешке? Его грудь была того же бронзового цвета, что и лицо, мускулистая, гладкая, ладная. Он стоял, немного расставив длинные и сильные ноги и хмуро глядя ей в лицо.

— Что теперь? — повторил он нетерпеливо.

Лейси, поняв, что ее разглядывают, почувствовала, что краснеет. Она также поняла, что ее первая оценка оказалась правильной, у Джейка Уэйнрайта не было ни одной унции лишнего веса. Она почувствовала также, что ее охватывает странное ощущение: она хотела увидеть его в купальном костюме, и сейчас он, в сущности, так и одет.

Неожиданно ее охватило желание дотронуться до него. Ей захотелось ощутить тепло его бронзовой кожи, почувствовать его сильную грудь своей грудью. Может быть, она сходит с ума? Никогда раньше с ней не происходило ничего подобного.

— Я пришла с предложением о мире и извинением за вторжение. — Обеими руками она протянула тарелку, стараясь держать ее твердо, чтобы не коснуться его притягательного тела.

— Должно быть, это ускользнуло от вашего внимания, но сейчас двенадцатый час ночи. Я уже спал и не считаю, что стоило меня будить из-за печенья…

Его волосы были растрепаны, а убийственный взгляд бешеных темно-синих глаз был осязаем, как прикосновение. Она подумала: вот, оказывается, какого цвета бывают его глаза, когда он в гневе. Неожиданно до нее дошло, что он сказал.

— Извините, я как-то не сообразила, что уже поздно. — Должно быть, было гораздо позже, чем она думала, когда вышла играть с детьми.

— Я вижу, с вами произошли изменения. — В его голосе послышался сарказм; после того как его глаза пробежали по ней с головы до ног, что-то в его манерах неуловимо изменилось. Он небрежно прислонился к дверному косяку, задумчиво при этом ее разглядывая.

И снова Лейси испытала странное ощущение: под его взглядом в глубине ее существа возникло тепло.

— Да, я…

— Вы можете воздержаться от хлопот. Я не хочу печенья и ничего другого, что вы можете предложить. Все, чего я хочу, — это отправиться в постель. В одиночестве!

— О! Я уверена, что только так вы и отправляетесь в постель при ваших манерах! — Она швырнула ему печенье, не обратив внимания, успел он поймать тарелку или нет. Круто повернувшись, Лейси, словно за ней гнался сам дьявол, помчалась к своему маленькому коттеджу, не замечая уже ни красот ночи, ни вообще ничего, кроме собственного гнева. Захлопнув за собой дверь, она влетела в свою комнату.

Ох уж эти высокомерные, самодовольные мужчины! Она топнула ногой, затем схватила подушку с софы и швырнула ее через всю комнату. Она шла к нему с миром и была оскорблена. Она не должна была пытаться подружиться с ним, что бы ни произошло. Она никогда не будет так поступать — душа нараспашку. А он может катиться к черту! Пусть хоть со скалы бросится!

Он был невыносим — надменен, снисходителен и презрителен. Да провались он, этот мужчина! Она всего лишь хотела извиниться за то, что проникла в его сад, предложить оливковую ветвь мира. Она вовсе не помышляла ни о чем другом, кроме этого. А его извращенный ум углядел за всем что-то двусмысленное. Да он сошел с ума! Она с силой сжала кулаки, пытаясь успокоиться.

Наконец к ней начало возвращаться чувство юмора. Ее попытка примирения только ухудшила дело. Он, должно быть, решил, что она все это специально подстроила. На ее губах появилась улыбка при мысли о том, что он должен был почувствовать, когда она его разбудила, чтобы предложить печенье!

Конечно, она не представляла, что уже так поздно, иначе подождала бы до утра. Он устал после поездки и, естественно, мечтал выспаться…

При этой мысли в груди снова возникло чувство тепла. Интересно, он спит раздетым? Она подозревала, что да… Конечно, не в шортах же, что были надеты на нем…

Она не успела продумать эту мысль до конца, как в дверь позвонили. Лейси колебалась только мгновенье, затем, влекомая любопытством, кто бы это мог быть, и подозревая кто, кинулась через комнату.

Она открыла дверь и увидела Джейка. Его глаза горели, и она разглядела отчетливую красную полосу на его груди, куда она ткнула тарелку. Сейчас эту самую тарелку он держал в руке.

— Мне не нужно вашего печенья. И я мог бы привлечь вас к суду за нападение, вы это знаете. — Его голос звучал почти спокойно, но Лейси чувствовала за ним знакомую уже сталь.

— Нападение было спровоцировано. Я уверена, что судья меня оправдает. — Она взяла тарелку из его руки и поставила на столик рядом с собой. — Если у вас — все, то не стану вас больше отвлекать от вашей драгоценной постели — вашей одинокой постели.

— Все еще закидываете удочку на место в ней? — Его голос был таким бархатным, как взгляд, каким он смерил ее с головы до ног, и остановился на лице, охваченном румянцем.

— Я ушла, а вы оказались здесь. Стремитесь получить то, чего лишены? — Лейси, пытаясь игнорировать те чувства, что бушевали внутри, взглянула на него вызывающе.

Он тоже пристально смотрел на нее сузившимися глазами.

— Откуда вы? — требовательно спросил он.

— Калифорния. А что?

— Это объясняет некоторые моменты. Раскованная, плюющая на условности девушка из Калифорнии. Любительница серфинга. Мы здесь, на Барбадосе, немножечко более консервативны и чуть более респектабельны.

— Посмотрите лучше на себя! Я, по крайней мере, надела платье, когда постучала к вам, а вы — бесстыдно голый в этих ваших шортах. — Она смерила его взглядом, чувствуя, что не в силах оторвать глаз от этого тела. Лейси довелось видеть на пляжах Южной Калифорнии десятки прекрасно сложенных мужчин, загорелых, физически развитых. Но Джейк Уэйнрайт затмевал всех, кого она когда-либо видела. Она готова была восхищаться им всю ночь. Внезапно она вскинула голову и натолкнулась на его сосредоточенный взгляд.

— Кроме всего прочего, это лишь стереотип, — сказала она, осознав, что он уловил ее взгляд.

— Вы не занимаетесь серфингом? — спросил он, подняв бровь, что, по мнению Лейси, придавало выражению его лица еще большую сексуальность.

— Да, но…

— Или вы не из Калифорнии? — прервал он ее.

— Да. Но это не значит, что я раскованная и плюю на условности. Я полагаю, что вам следует уйти, — прошептала она, храбро встречая его взгляд. — И не имеет значения, чего вы хотите, — добавила она, провоцируя его и едва сдерживая сильнейшее желание показать ему язык.

— Единственное, чего я хочу — оказаться в своей постели. Я только что прилетел из Англии, устал и раздражен. Мой самолет опоздал, по моему саду носятся чертенята, и, наконец, когда я думал, что вот-вот усну, меня будят.

— Ах вы бедняжка! Хотите, я вас поцелую, чтобы полегчало? — В голосе ее звучал откровенный вызов, правда, несколько сдобренный сарказмом.

В глазах Джейка сверкнули молнии, он сделал к ней шаг, сжал ее руки выше локтей и наклонил голову так, что их носы соприкоснулись. Его глаза оценивающе сузились.