Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Эротика
Показать все книги автора:
 

«Избранная», Хейзел Хантер

Глава 1

Изабель несколько месяцев не говорила с Иоландой, и все же когда та позвонила, все казалось как будто вчера. Они шутили об их «экстрасенсорной» связи.

— Иоланда! — сказала Изабель, отвечая на звонок. — Так хорошо тебя слышать.

За прошедшие несколько месяцев произошло столько всего. Изабель не терпелось рассказать ей о Маке.

— Посмотрим, насколько хорошо, — сказала пожилая женщина, хотя Изабель и представляла себе ее улыбку. — У меня для тебя видение.

Изабель убирала посуду и остановилась.

— Клиент? — спросила она. Их было мало, и они остались в прошлом, особенно после появления на ТВ. — У тебя для меня клиент?

— Слушай меня, — сказала Иоланда, повторяя разборчиво. — Видение. Не клиент. Видение.

Изабель положила кухонное полотенце на край раковины.

— Я не понимаю, — сказала она. — Видение?

— Что ты делаешь прямо сейчас? — спросила Иоланда.

— Я стою на кухне…

— Хорошо, — перебила Иоланда. — Я тебя спасаю. Загляни ко мне.

*  *  *

Объединенный терминал главного аэропорта Лос-Анджелеса был переполнен.

Хотя с другой стороны, подумал Мак, я видел его только тогда, когда летал ночными рейсами. Он последовал за знаками к месту выдачи багажа — месту, в котором он еще не бывал. В прошлом он всегда обходился ручной кладью — спешка к месту преступления всегда важнее, чем упаковка дополнительных костюмов.

Сегодня он тоже торопился, но это была хорошая спешка.

Он направлялся, чтобы увидеться с Изабель.

Он выбрал свой темп и улыбнулся про себя.

Хорошо, что она не видела будущее. Достаточно тяжело было видеть прошлое. Сегодняшний визит станет сюрпризом, и не единственным. Когда они вчера вечером попрощались по телефону, он едва не сказал ей, но не хотел обнадеживать.

Черт, да я сам не хочу обнадеживаться.

Быстро шагнув в сторону и потянув свою ручную кладь за собой, Мак увернулся от бегущего ребенка.

Прошел месяц с тех пор, как они виделись друг с другом, но ощущалось это как год — пустой и раздражающий год. Он умудрился растянуть свой прошлый визит на две дополнительные недели. Это оказалось не слишком сложным, потому что они с Изабель оба давали показания при аресте серийного убийцы Прентисса Коултера и участвовали в сборе доказательств для присяжных. Хоть Мак нашел и спас Изабель до того, как Прентисс смог совершить свое ритуальное убийство, он пытал ее. Кошмары Изабель только начали стихать, когда Мак был вынужден вернуться в Куантико.

Мак поднял ручную кладь и пошел по лестницам вместо битком забитого эскалатора. Чемодан, челночный рейс до пункта проката машин, поездка по пробкам до центра, и Мак будет с ней.

Он преодолевал по две ступеньки за раз.

*  *  *

Изабель приняла невысокий стакан с темным мятным чаем, протянутый ей Иоландой.

— Это двойная доза, — сказала Иоланда, подмигивая. — Так что не торопись.

Изабель улыбнулась, держа стакан обеими руками в перчатках, чтобы тот не выскользнул. Иоланда грациозно опустилась напротив, их разделял хрустальный шар на столе между ними.

Спустя считанные дни после приезда Изабель Иоланда нанесла ей визит. «Встречающая делегация для приезжих экстрасенсов», назвала она себя и заставила Изабель тут же улыбнуться. Иоланде Касим было примерно шестьдесят пять, но танец живота поддерживал ее высокое худое тело в отличной форме. Уже не будучи красавицей, какой она явно была в молодости, Иоланда все еще двигалась с грацией.

— Бизнес настолько плох? — спросила Иоланда, поднимая свой стакан.

— Плох как никогда, — сказала Изабель, всматриваясь в хрустальный шар.

Небольшой кабинет в доме Иоланды выглядел именно так, как должен выглядеть кабинет экстрасенса. Роскошные вышитые скатерти в пурпурных и темно-красных тонах покрывали небольшие круглые столики. На плетеных креслах лежали расшитые блестками черные бархатные подушки. Украшенные бусами абажуры прикрывали лампы в дальних концах комнаты и, когда шторы на двух передних окнах были опущены, из них лился приглушенный мягкий свет.

— Я не удивлена, — сказала Иоланда. — После того, что ты сделала на ТВ.

Изабель могла лишь кивнуть.

Она знала, что это разрушит ее бизнес, но у нее не было выбора. После того, как похититель потребовал поговорить с Изабель, и они выяснили, что жертва жива, Мак разработал план, чтобы встряхнуть его. Он должен был заставить похитителя думать, что он главный, что он выигрывает войну против зла, которое представляла собой Изабель, и в идеале — выиграть Эсме немного времени. Изабель пришлось публично назвать себя шарлатанкой. Лишь немногие клиенты остались с ней.

— Знаешь, — сказала Иоланда. — Глазение в хрустальный шар — это не твое. Тебе лучше его касаться.

Изабель невольно усмехнулась и подняла взгляд от шара.

— Ты думаешь, я найду там себе клиентов? — спросила она.

— Только моих, — ответила Иоланда. — Они просто не могут держать при себе свои грязные ручонки.

Изабель невольно рассмеялась. Она меньше всего хотела снимать перчатку и касаться любого предмета, который хоть сколько-нибудь был публичным. Ее способность читать прошлое предметов и людей всего лишь через касание пальцев не подвергалась контролю.

— Чем ты отличаешься? — спросила Иоланда, откидываясь назад в кресле и скрещивая ноги.

— О, — сказала Изабель. — Ты имеешь в виду помимо экстрасенсорных способностей и постоянного ношения перчаток…

— Нет, — хитро ответила Иоланда, тщательно разглядывая ее. — Нет, что-то совершенно… Ты кого-то встретила, — Иоланда хлопнула по разделявшему их столику. — Готова поспорить на свой последний доллар.

Изабель улыбнулась в свой чай, чувствуя, как лицо заливает горячим румянцем.

— Ну? — подтолкнула Иоланда. — Выкладывай.

Она сделала большой глоток своего чая и устроилась поудобнее.

— Да тут мало что рассказывать, — сказала Изабель, невольно разволновавшись. — Но мы познакомились через клиента.

Изабель рассказала все о Гэвине «Маке» МакМиллане: убийственно красив, подтянут, с самыми потрясающими сине-зелеными глазами, что она видела в своей жизни. Он профайлер в ФБР, которого не беспокоит ее дар, и который умеет готовить обалденную яичницу.

— Но? — сказала Иоланда, когда Изабель закончила изливать чувства.

— Он живет в Куантико, — сказала Изабель. — Вирджиния.

— Да, я знаю, где находится Куантико, — на несколько секунд воцарилось молчание, и Иоланда откинулась на спинку кресла. — Ты уже влюбилась в него, — сказала Иоланда. — Не так ли?

Изабель не ответила. Она умышленно не говорила о чувствах, потому уже знала, что Иоланда думала об отношениях между экстрасенсами и не-экстрасенсами. Возможно, именно поэтому она одна, подумала Изабель. Она уставилась в свой чай.

— Итак, — продолжила Иоланда. — Всего несколько дней то тут, то там. Восточное побережье, западное побережье, — она пожала плечами. — Не совсем настоящие отношения.

Не совсем настоящие отношения? Изабель крепче сжала стакан. Иоланда ничего не знала о Маке и том, через что они прошли. Они были парой, вне зависимости от места проживания.

— Положи этому конец, — сказала Иоланда.

Изабель нахмурилась.

— Что?

— Это принесет тебе лишь страдания, — Иоланда вздохнула. — Положи этому конец, пока еще не слишком поздно.

Изабель сделала глубокий вздох. Они уже обсуждали эту тему, и она была одной из причин, по которым Изабель нечасто виделась с Иоландой. По ее мнению, единственный, кто мог понять экстрасенса — это другой экстрасенс.

— Мак не такой, — сказала Изабель.

На мгновение Иоланда смотрела так, будто собиралась что-то сказать, но помедлила, оглядываясь по сторонам.

— Я могу взглянуть на тебя, — объявила она, поставив чай и потянувшись к тряпочке для полировки. — Немножко заглянуть в будущее, — добавила она, потирая хрустальный шар пушистой серой тканью. — За счет заведения.

— Нет, — сказала Изабель, так резко ставя стакан с чаем, что расплескала немного жидкости на перчатку.

Иоланда остановилась.

— Ты уверена? — спросила она, опуская руку на прозрачную сияющую окружность. — Это может тебя успокоить.

— Я спокойна.

Иоланда медленно сложила тряпочку для полировки и положила ее на место.

— Я просто не хочу смотреть, как ты снова страдаешь, — сказала она, затем пожала плечами и откинулась назад. — Но выбор за тобой.

— Это ты имела в виду под видением, которое у тебя для меня есть? — спросила Изабель.

— Ну, ну, — сказала Иоланда. — Не нужно злиться, — Изабель хотела отшатнуться, но Иоланда взяла ее за руку. — И нет, это не то видение, о котором я говорила. — Иоланда кивнула на хрустальный шар. — Я видела тебя в будущем одной из моих клиенток, — Изабель раскрыла глаза, уставившись на нее. — Сьюзен Массен, — сказала Иоланда. — Она говорит, что знает тебя.

Удивление Изабель сменилось недоумением. Это звучало так знакомо.

— Откуда я знаю это имя? — пробормотала Изабель, уставившись взглядом в пол. — Сьюзен Массен, — прошептала она. Наконец, все сложилось. — Не Сьюзен, а Кайла, — произнесла Изабель, поднимая взгляд. — Ее дочь. Я знала Кайлу в колледже.

Нахлынули воспоминания — и не все из них были приятными. Они расстались при не очень хороших обстоятельствах.

— Ну, Сьюзен приходила сегодня утром для гадания, — сказала Иоланда. — Она пыталась получить информацию о Кайле. В последний раз она видела ее несколько месяцев назад, когда та уехала, чтобы присоединиться к какой-то эко-коммуне в каньоне Топанга. Теперь она не может дозвониться дочери и беспокоится. Но когда я получила видение, в ее будущем я увидела не ее дочь — я увидела тебя.

— Меня? — переспросила Изабель. — Не могу представить, почему.

Иоланда усмехнулась и взяла свой чай.

— Потому что ты ей поможешь, — сказала Иоланда так, будто это очевидно. — Я дала ей твой номер.

Глава 2

Несколько минут Мак подумывал позвонить Изабель. Похоже, вся спешка оказалась впустую, ведь ему пришлось сидеть и ждать на площадке третьего этажа возле ее квартиры. Но когда он ослабил узел галстука и стал осматриваться по сторонам, его мозг профайлера взял вверх.

Район был по большей части испанским. Многие вывески магазинов были полностью на испанском. Дом Изабель состоял из шести квартир, по две на каждом из трех этажей. На четырех почтовых ящиках были напечатаны испанские фамилии. Еще одна с пометкой «Mgr»[?] была русской, и последняя — «де Грей».

На тротуаре внизу хромающий молодой человек толкал фруктовую тележку, стеклянная витрина которой была полна треугольных кусочков ананасов на деревянных шпажках. На углу беременная женщина с ребенком только что перешла улицу и входила в carnecería[?], чтобы купить мясо.

Лос-Анджелес далек от Куантико.

Красная Тойота Терцел — древней модели, но в хорошей форме — медленно завернула за угол. Хоть Мак только мельком увидел пассажирское сиденье, его сердце гулко ухнуло.

Изабель.

Но в какой-то безумный момент Маку захотелось знать, кто за рулем. Кто именно подвозит ее до дома. Но когда машина свернула на небольшую подъездную дорожку перед гаражами, Мак увидел, что это была женщина.

Он немного расслабился, но тут же подловил себя.

Что, если бы это был мужчина? Что бы ты сделал тогда — устроил ей допрос? Он никогда не считал себя ревнивым.

Ревную ли я?

Однако в данный момент этот вопрос остался без ответа, потому что Изабель выбралась из машины. Мак наблюдал за ее движениями, как она легко переступает ножками. Она была одета в белую блузу без рукавов с черными пуговками спереди. Ее свободная юбка была черной, облегающей, но не слишком, подол заканчивался чуть ниже коленей. И очень жалко, подумал Мак, улыбаясь. Потому что ноги Изабель были изумительными — как и остальные ее части.

Когда Изабель придержала дверь открытой и наклонилась, чтобы сказать что-то водителю, Мак наблюдал за ее гибкими движениями, грациозным наклоном. Он встал и преодолел последние две ступеньки, чтобы встать на площадке. Изабель закрыла дверцу машины, напоследок помахала женщине за рулем и начала долгий подъем по ступенькам. Она поднялась на полных два этажа, и только потом подняла взгляд.

— Мак? — сказала Изабель, и ее рука тут же взлетела к груди. — Мак! — воскликнула она. Изабель пробежала оставшиеся ступеньки, громко стуча каблуками, ее лицо сияло подобно маяку. — Мак!

Она бросилась в его объятия, задыхаясь, и ключи упали на пол. Ее руки обвились вокруг ее шеи, Мак обнял ее за талию. Захваченный моментом, он немножко покружил ее и поставил перед дверью. Он зарылся носом в ее длинные темные волосы и вдохнул легкий аромат жасмина.

— Что ты здесь делаешь? — ахнула Изабель, отстраняясь настолько, чтобы увидеть его лицо.

В ее янтарных глазах плескали золотистые искорки, отражающие яркий послеполуденный свет. Так часто Мак пытался представить их или рассматривал фото на телефоне, но ничто не могло сравниться с ними. Он смотрел на эти искорки, пока его взгляд не скользнул к ее губам, изогнувшимся в самой прекрасной улыбке, но все равно полным и поблескивающим.

— Я думал, — сказал Мак, наклоняясь к ней, — что это очевидно.

*  *  *

Изабель почувствовала, как мускулы на плечах Мака напряглись под ее руками. Она изогнулась ему навстречу, ее тело подстроилось под знакомое местечко к его мощному торсу. Его глубокие сине-зеленые глаза улыбались ей, наблюдали за ее лицом, а потом уставились на ее губы. И как будто Мак приказал ей взглядом, Изабель поймала себя на том, что сокращает расстояние между ними.

Губы Мака всегда ее удивляли. В отличие от жестких пластов мышц, вжимавшихся в ее грудь, его губы были теплыми и невероятно мягкими. Они двигались в нежном ритме, поглаживая ее, побуждая ответить, хотя она меньше всего нуждалась в побуждении. Если Мак не снился ей ночью, она мечтала о нем весь день.

Его губы чувственно прижимались к ее рту, и Изабель сразу же отзывалась на прикосновения. Ее губы целовали его все крепче, и она чувствовала, как в его губах пульсирует и бьется кровь, согревая жизнью.

Его язык попробовал ее на вкус, ее губы немедленно раскрылись, и Мак всосал в рот ее нижнюю губу, а Изабель провела языком по его верхней губе. Щетина на его подбородке царапала ее кожу. Мускусный запах Мака заполнил ее нос. Он поймал ее верхнюю губу, и все ее тело тут же подалось вперед.

Без предупреждения Мак отстранился.

Изабель распахнула глаза и увидела, как он присел перед ней.

— Что…? — выдохнула она.

Мак встал и помахал перед ней ключами.

— Возможно, нам стоит зайти внутрь.

*  *  *

Мак отпер дверь и распахнул ее толчком. Он схватил свои чемоданы и поставил их внутри прямо возле двери, пока Изабель входила следом за ним. Едва он закрыл дверь, руки Изабель обняли его за талию сзади. Ее руки поднялись к его груди, нерешительно скользнули по соскам и крепче прижали к себе.

— Сколько ты здесь пробудешь? — произнесла она ему в спину.

Мак взглянул на битком набитый чемодан, который она явно не заметила. Он повернулся к ней, разворачиваясь в ее хватке и поднимая руку, чтобы не задеть ее макушку. Но когда он увидел лицо Изабель, его грудь сдавило. Безошибочно узнаваемое выражение чистого восторга, с которым она поднималась по лестницам, исчезло. Ее лоб нахмурился, губы сжались в тонкую линию.

— Изабель, — сказал Мак, беря ее лицо в ладони. — Что такое?

Она как будто через силу улыбнулась.

— Просто ты только что приехал, — сказала она. — А я уже страшусь того момента, когда ты уедешь.

Он обнял ее.

— Я прекрасно понимаю, о чем ты, — тихо сказал Мак. — Несколько дней. Я буду здесь по меньшей мере несколько дней.

Оставалось надеяться, что это не ложь.

Но если она прочтет его, Мак хотел, чтобы его мысли были смутными: он здесь, чтобы поговорить с Беном о работе — как обычно. Он всматривался в ее изящное личико, все еще обеспокоенное.

Возможно, мне стоит ей сказать.

— Глупо зацикливаться на этом, — сказала Изабель.

Придерживайся плана, Мак, и ради всего святого, прекрати об этом думать.

— Сейчас ты здесь, — сказала она. — Это все…

Он потянул ее к себе и завладел ее губами — нежными, теплыми и до боли уязвимыми. Он хотел сцеловать ее печаль.

Ее губы открылись для него — в явном приглашении — и Мак поцеловал ее глубже. С горько-сладкой остервенелостью его рот поглощал ее, и он стискивал ее хрупкое тело, прижимая к себе. Изабель вцепилась в его шею и прильнула к нему. Она приподнялась на цыпочки, ее губы искали, голова наклонялась то в одну сторону, то в другую, пока ее язык боролся с его языком. Ее груди вжимались в его грудь, поясница прогнулась под его ладонью.

Едва ступив на самолет, Мак предвкушал этот момент, будучи не в состоянии думать ни о чем другом, но вынужден был держать возбуждение под контролем. Но теперь, когда плоский животик Изабель прижимался к нему, его ноющий ствол пульсировал так сильно, что Маку казалось, будто он взорвется. Его язык скользнул в ее рот. Ее бедра дернулись ему навстречу, потирая и поглаживая, подогревая его желание ее собственной нуждой.

Изабель была опьяняющей, неотразимой, и Мак знал, что он не просто считал дни или даже финальные часы. Он всю свою жизнь ждал такую, как она.

Его рот жадно завладевал ее губами, пока его пальцы стиснули ее юбку и быстро задрали до талии. Ее бедра вжались в него, когда Мак нашел легкую ткань его трусиков. Он стянул их вниз по пышным бедрам, ниже по ногам, и позволил им упасть. Медленно, но верно Мак пятился к дивану. Он почувствовал, как Изабель переступила через свои трусики, и как только его лодыжки уперлись в диванные подушки, он быстро расстегнул ремень, дернул за молнию и высвободил свой напряженный член. Постель могла подождать. Их одежда могла подождать. Но необходимость быть с Изабель ждать не могла.

*  *  *

Когда Мак сел на диван, Изабель оперлась руками на его широкие плечи. Она оседлала его бедра, его руки уверенно направили ее таз вниз. Тяжело дыша и слыша сердце, грохочущее в груди, она старалась не торопиться. Но не только ее тело жаждало его. Пока она не увидела Мака, сидящего на лестничной клетке, она и не осознавала, как ей было плохо. Все в ней говорило о том, как правильно быть с ним, особенно вот так.

Опускаясь, Изабель ощутила головку его твердой плоти, прижимающуюся к ее входу. Она резко втянула воздух и прикрыла глаза от невероятных ощущений. Мак вошел в нее совсем чуть-чуть, но сильная дрожь вибрацией прошлась по ее естеству. Тепло, которое уже разливалось между ног, распространилось еще дальше. То ли она опустилась, то ли он толкнулся вверх, Изабель не знала, но как только его горячий ствол продвинулся глубже, Изабель ахнула и шире развела ноги, чтобы принять его.

Дюйм за дюймом он начал наполнять ее. Знакомое сладкое давление начало нарастать внутри по мере того, как его толщина раскрывала ее еще шире. Набухший член Мака пробивался выше, и Изабель сжала его пиджак в кулаках. Ее бедра начали подрагивать, пока она боролась с собственной непокорной плотью, тугостью ее входа, и ее дыхание вырывалось короткими хриплыми вздохами. Ее скольжение вниз замедлилось, но вместо того, чтобы толкнуться вверх, пальцы Мака нашли верхнюю пуговку ее блузы.

Изабель напряглась, когда его пальцы задели ее кожу, и ее соски жестко вжались в лифчик. Как только расстегнулась первая пуговка, спираль предвкушения крепче стиснула ее живот. Пальцы Мака быстро перешли ко второй пуговке, и когда он ее расстегнул, ее бедра подались навстречу, и Изабель насадилась чуть глубже, балансируя на кончиках пальцев. Его проникновение обжигало ее, давление нарастало, кровь грохотала в ушах. Блузка натянулась на груди, пока Мак возился с третьей пуговкой. Ее соски ныли, ткань дразнила их, и когда третья пуговица наконец расстегнулась, все ее тело задрожало от предвкушения, а с губ сорвался низкий стон. Мак быстро расправился с остальными пуговками и распахнул ее блузку.

— Да, — прошипел Мак, когда блузка упала с ее плеч до локтей.

Он стянул вниз бретельки лифчика, но вместо того, чтобы расстегнуть застежку на спине, он просто стащил чашечки, обнажая ее груди.

Внезапно в глубине ее местечка пробудилась острая боль. Ее бедра резко дернулись, ноги соскользнули с пола, и Изабель опустилась на него.

От резкого проникновения с ее губ сорвался мучительный стон — ощущение на грани между болью и наслаждением, такое сильное, что перехватило дыхание. И хоть шок от него угрожал взять верх, ее бедра двигались сами по себе. Они работали в цикличном ритме, ее сладкое местечко вновь и вновь пронзала боль, и Изабель застонала. В ответ бедра Мака задвигались вместе с ней. Она чувствовала, как он двигается в ней, наполненность раздвигает ее стеночки. Мак тут же подстроился под ее движения. Они быстро двигались вместе в каком-то примитивном ритме, который ни один из них не контролировал.