Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Любовная фантастика
Показать все книги автора:
 

«Дух волка», Энджи Вест

Глава 1

Дублин, Ирландия, 1746 год

Мэдди шла по лесу, осторожно ступая и внимательно оглядываясь по сторонам. Она выросла на этих холмах, с самого рождения впитывая их истинно ирландскую красоту. И хотя у нее, в отличие от остальных жителей, было меньше всего поводов бояться здешних мест, она все же не забывала, где находится.

Ее бабушка любила рассказывать истории о древних страшных существах, которые обитали в лесах Дублина, пленяя души живых. Мэдди поежилась, плотнее закутываясь в тонкую шаль. Она остановилась возле большого дерева. Что сейчас подумала бы о ней бабушка, но еще интереснее, что бы она подумала о Коноре.

Рассмотрела бы она в нем то, что скрывалось за внешностью? Или она посчитала бы его мерзким созданием, лишенным любого проблеска человечности? Раздался хруст веток, и на поляну выпрыгнул волк, приземлившись всего в паре дюймов от Мэдди. Ее волк.

— Конор, я боялась, что ты не придешь, — животное зарычало в ответ, перебирая лапами землю. — Становится слишком поздно, — заметила она. Волк склонился перед ней.

— Куда мы едем? — Мэдди подобрала юбку и села на него верхом. Разумеется, она знала, что он не мог ей ответить. Пока что. Но он слышал ее, и это было самое главное. Она почувствовала, как напряглись его мышцы. — Я знаю, что нужно держаться крепко, не волнуйся, — она обхватила руками его шею. В следующую секунду они уже мчались по зеленому лесу, с большой скоростью покрывая мили.

В лунном свете его мех казался серебристым. Ее личное сокровище. Мэдди закрыла глаза. Она чувствовала себя в безопасности, а сердце билось в предвкушении.

Ей не пришлось долго ждать. Озеро казалось тихим и прозрачным, и Мэдди поспешила к воде, восхищаясь красотой пейзажа. Высокие деревья у кромки воды создавали естественный барьер, отгораживающий их от остального мира.

— Как ты нашел это место, Конор? — она оглянулась и обнаружила, что он уже вернул себе человеческое обличие. В тайне, она не жалела, что пропустила процесс превращения животного в человека. Это казалось ей болезненным.

— Я случайно набрел на него несколько дней назад. Подумал, что тебе оно должно понравиться, — он непринужденно пожал плечами.

Но Мэдди было не обмануть.

— Ты слишком стараешься, — с улыбкой поддразнила она его. — Как думаешь, уже слишком холодно, чтобы купаться?

— Сейчас проверим, — улыбнувшись, он схватил ее и бросил в воду.

— Конор! — возмущенно крикнула она, хватая ртом воздух.

— Как водичка?

— Подойди ближе и узнаешь сам, — с угрозой в голосе сказала Мэдди, зачерпнув пригоршню земли со дна, и начала выходить из воды.

— Я не знаю, — Конор попятился назад. — Я не хочу, чтобы моя…

Мэдди бросилась на него, и они оба упали в темную прохладную воду.

— …одежда намокла, — закончил он сбивчиво. — Иди ко мне.

Они оба задыхались, когда ему, наконец, удалось поймать ее у дальней кромки озера.

— Ты действительно думала, что я позволю тебе сбежать? — голос Конора стал хриплым.

— Зачем мне это делать? — спросила она, задержав дыхание.

— Мэдди.

Конор прижал ее к себе, прислоняя к скалистому выступу. Она обвила руки вокруг его шеи, зарывшись пальцами в светлые волосы, и притянула ближе. По его телу прошла мелкая дрожь, и Мэдди улыбнулась. Ее дыхание смешалось с его дыханием, а сердце бешено стучало в груди. Весь мир перестал существовать для нее. Был только Конор. Он сильнее прижался к ней, склонился, медленно проведя своим языком по ее нижней губе, прикусил ее. Жар охватил все тело Мэдди, а мысли стали бессвязными. Казалось, время остановилось для них обоих.

— Конор… — выдохнула она.

— Твое платье намокло, — он улыбнулся и убрал прядь мокрых каштановых волос с ее лба.

— Ты тоже не выглядишь сухим, — она засмеялась. — Но меня это не волнует. Давай останемся здесь на всю ночь. Так мне не придется идти домой в мокром платье.

— Мне бы хотелось, чтобы тебе вообще не нужно было идти домой, — он внимательно на нее посмотрел.

— Может мне и не придется, мы можем сбежать, только ты и я. Я не хочу возвращаться, Конор, — она вздохнула и вышла на берег, чтобы привести в порядок свою одежду и волосы. — В последнее время, мой отец проводит дни и ночи, подбирая мне выгодного жениха. Он возмущен тем фактом, что его восемнадцатилетняя дочь еще не замужем, — Мэдди нахмурилась, заметив, как он поджал губы. Конор всегда понимал ее самые сокровенные мысли и страхи.

— Я хочу на тебе жениться.

— Прости, что? — она удивленно уставилась на него, открыв рот.

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Мэдди, если, конечно, ты хочешь этого.

— Если я… — она потрясла головой, засмеялась и набросилась на него. Они оба чуть снова не упали в воду.

— Мэдди?

— Да! Давай сбежим сегодня. Прямо сейчас.

— Нет, — сказал Конор решительно.

— Что? — разочарованно спросила Мэдди.

— Нет, — повторил он мягче. — Я хочу сделать все правильно. Мне нужно поговорить с твоим отцом.

— Конор, я не думаю, что это хорошая идея, — волна страха захлестнула ее.

— Я должен с ним поговорить и заверить его, что со мной ты будешь в надежных руках. У меня хорошая профессия, я кузнец. Я…

— Конор, ты не знаешь моего отца. Ты не можешь этого сделать. Нам нужно убежать сегодня же и просто отправить сообщение, когда мы будем далеко от Дублина.

— Я не хочу обесчестить тебя.

— К черту честь!

— Мэдди!

— Я не хочу, чтобы ты связывался с моим отцом! Он лишь желает заключить выгодный союз, чтобы продать меня подороже. Его не интересует любовь.

— Тише, — теплые пальцы прикоснулись к ее губам. — Мы поженимся до следующего полнолуния. Я даже готов увезти тебя завтра ночью, но я должен поговорить с твоим отцом. Я навещу тебя утром. Верь мне.

Мэдди кивнула и попыталась улыбнуться любимому мужчине. Они почти дошли до замка Малахад, как вдруг Мэдди замерла на месте. Интуиция подсказывала, что из этой затеи не выйдет ничего хорошего. Все ее инстинкты говорили, что им с Конором нужно бежать. Она не должна возвращаться домой.

— Иди, — сказал он. — Мы скоро увидимся.

Мэдди расправила плечи, кивнула и пошла по дорожке, ведущей к замку.

— Ты придешь завтра?

— Да. Будь уверена.

Довольная, она повернулась, как вдруг ворота замка распахнулись. С факелами в руках оттуда вышли люди, которые, похоже, составляли половину армии замка Малахад. Ее отец возглавлял группу.

— Мэделин! Иди домой! — он подтолкнул ее к молодому охраннику, велев тому проводить ее в комнату и запереть дверь.

— Нет! Нет, отпусти! — она попыталась вырваться из рук солдата.

— Вот он, — сказал кто-то, указав на Конора. — Хватайте его!

— Беги! — закричала Мэдди Конору.

— Мы знаем, кто ты, колдун, — солдаты схватили его и потащили прочь, а Мэдди потрясенно смотрела на это, изо всех сил пытаясь освободиться.

Даже когда снаружи двери в ее комнату закрыли на засов, Мэдди все еще продолжала бороться. Но когда она окончательно осознала, что оказалась в ловушке, то ее охватила паника. Пытаясь успокоиться, она схватила бутылку с настоем ивы и отпила из нее. Но в бутылочке, которую Мэдди сжимала дрожащими пальцами, оказался кровяной корень, который она по ошибке приняла за настойку. В малых дозах он оказывал лечебное действие, но в большом количестве был смертелен. Мэдди тихо ушла из этой жизни и последнее, что она слышала — крики «Смерть колдуну!».

Глава 2

Норт Хиллс, Западная Вирджиния. Наши дни.

Пальто было потрясающим, мягким и роскошным. Оно было всем, что Тринити когда-либо желала. И оно стоило двести долларов.

— Понравилось что-то? — спросила продавщица, выглядывая из-за кассы и нагло осматривая Тринити, разглядывающую дорогое коричневое пальто с соболиной оторочкой.

— К сожалению, да, — потому что, пусть эта вещица и стоила баснословных денег, почти что недельного жалования Тринити, но она собирались купить ее.

Для некоторых поход по магазинам был привычным делом, но она не была среднестатистической двадцатидевятилетней девушкой. Тринити никогда не тратила двести долларов только на одну вещь. На самом деле, она не была уверена, что спустила столько на одежду и аксессуары за целый год. Если что-то не получалось сделать своими руками, то это почти что всегда можно было купить в комиссионном магазине. До сегодняшнего дня. Было что-то особенное в этом пальто.

— Вот ты где.

Она обернулась и увидела улыбающегося Роберта, идущего по проходу.

— Я просто смотрю, — сказала Тринити, ощутив внезапное чувство вины.

— Красивое, — он взглянул на пальто, которое она держала в руках. — И мех на рукавах и воротнике приятный на ощупь. Возьми его, — Роберт начал доставать бумажник.

— Нет, — сказала она.

— Тринити, я настаиваю.

— Нет, я имела в виду, что возьму его, но не могу позволить тебе за него заплатить. Я куплю его сама. Очень мило с твоей стороны предложить это, — добавила она мягче.

— Я зарабатываю достаточно, чтобы оплатить это пальто, — заметил Роберт. Его слова задели Тринити.

Я зарабатываю больше тебя, а ты бедная. Она уловила подтекст в словах Роберта. Тринити была прекрасно осведомлена о его ежемесячном доходе, вплоть до последнего цента. Он никогда не давал ей об этом забыть.

— Уверена, что это так, Роберт, — она положила пальто на кассу, пытаясь сдержать гнев.

— Двести двенадцать долларов и двадцать девять центов, — продавщица озвучила сумму и перевела взгляд с Тринити на Роберта. Она так и не поняла, кто же все-таки выиграл спор и удостоился чести заплатить за товар.

— Двести двенадцать плюс двадцать девять центов. — Тринити порылась в сумочке в поисках мелочи.

— Хотите упаковать?

— Да, — сказал Роберт.

— Нет, спасибо, — произнесла Тринити одновременно с ним.

— Всего доброго, — попрощалась девушка.

— Спасибо, — ответила пара в унисон.

— Давай пообедаем, — предложил Роберт, когда они вышли на улицу.

— Не возражаешь, если я поеду домой? Плохо себя чувствую сегодня. А ты уже закончил со своими делами в городе?

— Да. Как насчет тебя?

— Я тоже. Чувствую себя как выжатый лимон, и голова разболелась, — и причина этому Роберт Крейг.

— Тогда я отвезу тебя домой. Если не будет других предложений, конечно, — он взглянул на Тринити с надеждой.

— Извини, я хочу побыть одна сегодня, — ее чуть не стошнило.

— Ну, значит домой, — вздохнул он.

За сорок пять минут, что заняла дорога до Норт Хиллс, они едва ли обменялись парой фраз, Тринити все время рассматривала пейзаж за окном. Уже почти стемнело, когда они выехали через лес к отлогому холму, направляясь к ее дому. Раньше это обрадовало бы Тринити, но не сегодня. И она слишком устала, чтобы разбираться в этом.

— Мы приехали, — хриплый голос Роберта прервал ее мысли.

Боясь, что он напросится в гости, Тринити выскочила из его «мерседеса» и спешно захлопнула дверь.

— Спасибо! — махнула она рукой, но автомобиль уже скрылся в ночи, сверкнув напоследок фарами. — Наконец-то, — пробормотала она, открывая дверь своего скромного жилища и заходя во внутрь.

Тринити быстро приняла душ и переоделась в пару мягких джинсов и старую любимую синюю футболку. Ей пришлось потратить время, чтобы привести в порядок свои длинные густые каштановые волосы. Если с вечера их не высушить и не заплести в косу, то утром на голове будет бардак, который ничем невозможно исправить.

Спустя пять минут и одну чашку горячего кофе, Тринити сидела на крыльце в своем новом пальто и наслаждалась прохладным вечером, слушая, как просыпается лес. Она очень любила это время ночи, страстно любила свой дом, и этого совсем не понимал Роберт. Она признавала, что в действительности, Роберт очень многое не мог понять.

Вдруг где-то совсем рядом завыл волк. Его жалобный протяжный стон эхом пронесся над холмами. Тринити подскочила от неожиданности. Она вылила остатки кофе на землю и поспешила в дом.

Глава 3

Восход солнца всегда вдохновлял Тринити своей волшебной красотой. Стояло ясное сентябрьское утро. Аромат свежезаваренного кофе напоминал, что жизнь прекрасна и полна возможностей и обещаний. И не имело значения, что сегодня было воскресенье и большую часть дня она проведет, слоняясь по дому без дела. Легкий прохладный ветерок ворвался сквозь открытое окно, нежно лаская кожу.

— Что скажешь, приятель? Может нам позавтракать на веранде?

Черный лабрадор, которого она взяла к себе еще щенком, склонил голову, словно обдумывая предложение хозяйки, а потом последовал за ней на веранду.

— Вот она, жизнь! — вздохнула Тринити и села на качели, поудобней устраиваясь среди мягких подушек.

Ее бабушка очень любила эти качели и всегда предпочитала их древнему дивану, который некогда украшал гостиную. Кстати, Тринити уже давно сменила этот предмет мебели на современную кремовую софу с веселыми бледно-желтыми маргаритками. Но качели были ее историей. Невозможно сосчитать, сколько часов она провела на них, слушая звуки ночи или перестук бабушкиных вязальных спиц. Нет, Тринити никогда от них не откажется. Пусть даже они ужасно скрипели. Она даже сшила для них декоративные очень удобные подушки.

Шум приближающегося автомобиля отвлек ее от мыслей.

«Кто бы это мог быть в такой час?»

Тринити нахмурилась. У нее редко бывали гости, а уж тем более в шесть тридцать утра в воскресенье. Она встала, перебирая в уме все возможные варианты и надеясь, что никто из ее соседей не ранен и не заболел. Какое же облегчение она испытала, увидев знакомый «мерседес».

— Роберт?

— Доброе утро, дорогая, — улыбнулся он. — Решил сделать тебе сюрприз. Давай позавтракаем где-нибудь.

— Эээ… — нервно облизав нижнюю губу, Тринити быстро попыталась придумать благовидный предлог, чтобы не ходить на завтрак с красивым, элегантным мужчиной.

— Ты не хочешь идти, — это было утверждение.

— Нет, Роберт, это не так, — она лгала, ведь это было именно так. И Тринити знала, почему.

— Мы можем поесть здесь, если ты так хочешь, — он пожал плечами, проходя мимо нее в дом.

— Кофе будешь? — вздохнула Тринити.

— Конечно. Спасибо, детка.

Роберт сел на ближайший стул и посмотрел на нее. Его взгляд говорил, что он определенно хочет большего, нежели просто кофе. И Тринити решила, что сейчас самое подходящее время выяснить с ним отношения, именно здесь, на кухне, когда они полностью одеты. Она облизала губы, подбирая правильные слова.

— Роберт, как давно мы с тобой знакомы?

— О, не знаю, восемь с половиной месяцев? Девять?

— Десять, — Тринити пыталась сохранять спокойствие.

— Десять лучших месяцев в моей жизни, — усмехнулся Роберт.

— Это действительно так?

— Ты знаешь, мне нравится находиться рядом с тобой. А тебе, Тринити?

— Мне кажется, что во мне и моей жизни есть много того, что тебе хотелось бы изменить

— Это совсем не так. Я просто переживаю за тебя. Ты живешь где-то у черта на куличках. Что произойдет, если тебе понадобится помощь? Я просто хочу, чтобы ты переехала в один из соседних городов, и несправедливо говорить, что из-за этого ты меня не устраиваешь. Черт, да я бы даже заплатил за все это.

— Вот оно, Роберт! Вот, о чем я сейчас говорю.

— Тебе не нравится моя щедрость?

— Нет, — застонала Тринити. — Ты не можешь принять меня такой, какая я есть. А я не собираюсь меняться в ближайшее время.

— Не понимаю, в чем здесь моя вина. Это твой выбор — жить в лачуге с собакой, весь день что-то вязать и варить какие-то колдовские зелья. Я не понимаю, как ты оплачиваешь свои счета, — Роберт покачал головой. — Я честно не понимаю.

— Ла… лачуге?! Что-то вязать? Колдовские зелья? — зашипела Тринити. — Мой дедушка построил этот дом собственными руками. Они с бабушкой всю жизнь прожили здесь и были счастливы. Мои самые лучшие воспоминания связаны с этим домом. И я готовлю лекарства на травах, а не колдовские зелья.

— Я говорю, что помог бы тебе, если бы ты мне позволила. Ты могла бы купить себе нормальный автомобиль и настоящий аспирин.

— Знаешь что, Роберт? Не думаю, что нам стоит продолжать какие-либо отношения.

— Что ты сказала?

— Я хочу, чтобы ты покинул этот дом. Сейчас же.

— Хочешь, чтобы я ушел? Прекрасно, — в мгновение ока он очутился у двери.

— Ничего не забыл? — резко спросила она, поднимая бумажник, который он обронил, в спешке покидая дом. Золотое кольцо со звоном упало на деревянный пол, и она наклонилась, чтобы поднять его.

— Это что, обручальное кольцо?

— Отдай.

— Ответь на вопрос, Роберт. Это. Обручальное. Кольцо?

— Ты ведь прекрасно видишь, что это оно, — огрызнулся он, хватая бумажник и кольцо.

— Ты женат?

— Тринити, ты не понимаешь…

— О, Боже, так и есть, ты женат.

— Это было давно.

— Ты живешь с ней? — Тринити почувствовала, что ее сейчас стошнит.

— Да, но…

— У тебя есть дети? Господи, знаешь что? Не отвечай. Я не хочу знать. Убирайся.

— Тринити.

— Проваливай отсюда!

— О! Поверь мне, так я и сделаю, — пробормотал он, хлопнув дверью.

— Ну и как вам это? — произнесла Тринити в пустоту.

Глава 4

Тринити всегда успокаивалась, гуляя по лесам Норт Хиллс, и сегодняшний день не был исключением. После того, как Роберт, а точнее Роберт-козел, как она его окрестила, умчался на своем любимом «мерседесе», она надела ботинки и пошла на прогулку.

Тринити шла по хорошо знакомой тропинке и просто кипела от злости на Роберта, утренние события все еще были свежи в памяти.

Она поверить не могла, что он водил ее за нос почти целый год. Не только ее, но и свою жену. Тринити с горечью признавала: кем бы ни была эта женщина, она являлась жертвой его измены. А самое ужасное во всем этом то, что она, Тринити, принимала во всем этом непосредственное участие, и не важно, что она не знала о двойной жизни Роберта. Черт возьми, как можно было быть такой слепой и не понять, что встречается с женатым мужчиной? Ведь факты были на лицо, но она не придавала им значения. Все кусочки мозаики тут же соединились в единую уродливую картинку, и Тринити словно прозрела.

Роберт всегда приезжал к ней домой в одно и то же время, где-то в середине дня, как по расписанию, и не оставался надолго.

— Он всего лишь приятно проводил со мной свое свободное время. Черт! — застонала она. — Да он просто трахал меня! Мерзавец!

Почти каждая их встреча или свидание, совпадали с его «командировками» и проходили вдали от города, как минимум в сорока пяти минутах езды от него. Тринити, будучи доверчивой душой, относилась к этому с пониманием и старалась использовать эти поездки, чтобы продать свои изделия местным магазинам. Она даже не знала номера его домашнего телефона. Господи, да она никогда и не спрашивала. Если ей нужно было с ним связаться, она просто звонила на сотовый.

Тринити так глубоко погрузилась в свои размышления, что не сразу услышала треск ломающихся веток и тяжелую поступь приближающегося животного. Внезапно на поляну вышел черный медведь. В ужасе, с трудом дыша, Тринити медленно отступала назад, пока не наткнулась спиной на большой дуб. Оглядываясь вокруг, она лихорадочно искала какую-нибудь тяжелую палку, что угодно, чем можно было бы прогнать животное. Вот! Неподалеку лежала большая ветка, которая как раз бы подошла для этой цели, но, чтобы ее достать, нужно было пройти мимо зверя. А это была не самая светлая идея. «О, нет…» Она задрожала от страха, а сердце забилось так сильно, что стало трудно соображать. Поэтому лучшее, что придумала Тринити, это напугать медведя. Она начала размахивать руками, приговаривая: «Пошел отсюда! Кыш!» Но такие действия только разъярили зверя. Встав на задние лапы, он издал оглушительный рев и бросился на нее. Тринити пронзительно закричала и ее единственной мыслью была неизбежная смерть. И в ней был бы виноват Роберт…

Большой серый волк выпрыгнул на поляну, приземлившись в нескольких дюймах от Тринити, его мех отливал серебром. Он ударил медведя, отталкивая его в сторону, и снова приготовился к прыжку. Похоже, он намеревался убить зверя. Тринити не могла поверить собственным глазам: огромный волк точно пытался спасти ее.

Она со всех ног бросилась бежать, не смея оглянуться назад, и свернула на север по направлению к своему дому. Конечно, в цивилизованных странах принято благодарить своего спасителя, но Тринити была уверена, что в этих лесах не действуют обычные правила приличия. Спотыкаясь о выступающие корни деревьев, она на бешеной скорости неслась через лес. Все, чего она сейчас могла желать, это как можно быстрее оказаться дома. Если она это сделает, то ее шансы на выживание значительно возрастут. Тринити не питала иллюзий насчет того, что ее собака Коко сможет прогнать огромного волка, но лабрадоры умеют громко и грозно лаять и могут спугнуть хищника, а это дало бы ей немного времени. А еще около крыльца лежала стопка дров.

Ее легкие горели, мышцы мучительно сжимались, но она не останавливалась. Тринити почти добралась до входной двери, как вдруг споткнулась о большой камень, упала и ударилась головой.

«Нет…» — подумала она перед тем, как ее окутала темнота.

Глава 5

Тринити очнулась, лежа на своей кровати. Комната кружилась, а перед глазами стоял туман. Она попыталась сесть и застонала, схватившись за голову. Тупая боль давала о себе знать при малейшем движении. К горлу подступила тошнота.

«Я дома…»

Как так получилось, что она находится у себя в коттедже, в своей комнате, в своей собственной постели? Последнее, что помнила Тринити, как она выбежала из леса, пытаясь добраться до крыльца.

Постепенно ее зрение стало проясняться, и Тринити смогла более четко воспроизвести всю картину произошедших событий. Она была уверена, что волк намеревался спасти ее от медведя.