Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Исторический детектив
Показать все книги автора:
 

«Портрет дамы», Диана Стаккарт

Прежде всего Хелен Дженет Поневженски Смарт, замечательной женщине, служившей мне источником вдохновения с самого моего рождения. Я люблю тебя, мама!

Моим друзьям, Холли Томпсон и Гейл Селингер, — двум моим самым любимым писателям. Спасибо, что вы поддерживали меня столько лет! Вы самые лучшие!

И как всегда, Джерри, повару и магу. Я бы никогда не справилась без тебя, дорогой.

И, наконец, хочу обнять Рэнджера, моего «Пио» в жизни — он всегда заставляет меня улыбаться. Славный пес!

Эта книга не увидела бы свет без помощи трех прекрасных издателей: Натали Розенштейн и Мишель Вега из «Пенгин Групп» (США) и Денизы Литтл из «Текно Букс». Благодарю вас!

1

МАГ

Не дай иллюзии обмануть тебя.

Леонардо да Винчи. Дневники Дельфины делла Фации

 

МИЛАН, ЛОМБАРДИЯ, 1483

— Хвала святым, мы наконец-то снова дома Я вижу стены замка!

Этот восторженный возглас издал мой товарищ, подмастерье Витторио. Я полностью разделяла его чувства, ведь мы уже добрых полтора часа несли огромный холщевый мешок. Он трещал по швам и топорщился, принимая форму содержимого, которое, тем не менее, оставалось для нас загадкой. Даже для прямой дороги ноша была достаточно тяжелой, а уж тащить ее по холмистой местности было настоящей пыткой. Я и сей юноша с лицом херувима как раз одолели последний подъем и теперь могли различить вдали потрескавшиеся от солнца каменные строения замка Сфорца. Как обычно, вид величественной крепости, сверкающей на солнце валунами — песчаниками, вызвал во мне прилив радости. И пусть какие-то другие замки в других провинциях были и больше, и красивее, но они не обладали той бесшабашной дерзостью, которая была присуща цитадели герцога Милана.

Я взглянула на местность глазами художника. С места, где мы стояли, замок виделся широкой бесстрашной рукой, простирающейся над зеленой поверхностью равнины. Пальцами были массивные угловые башни — две цилиндрической формы и две квадратные — и огромная башня с часами у главных ворот. Не довольствуясь тем, что ей принадлежало, рука герцога Милана брала все, что хотела, у соседних провинций.

Именно поэтому наш учитель, Леонардо Флорентинец, также известный под именем Леонардо да Винчи, главный инженер двора, занимающийся разработкой военной техники, никогда не оставался без работы.

Я живу в Милане всего лишь несколько месяцев, работаю в мастерской Леонардо вместе с другими подмастерьями. Мои товарищи знают меня как Дино — невысокого темноволосого юношу, родом из деревни на севере. Обладая определенными способностями к живописи (говорю это без лишней скромности), мне удалось получить место подмастерья у художника, чей талант был известен далеко за пределами Флоренции и даже Рима. Но никто, в том числе и Леонардо, не был посвящен в мою тайну. Случись это, меня бы без промедления выставили за дверь.

Никто не знал, что на самом деле я Дельфина, молодая женщина двадцати лет, сбежавшая из дома из-за грозившего мне замужества и переодевшаяся мальчиком, чтобы иметь возможность учиться у самого великого Леонардо. Я хранила это в строжайшем секрете, так что окружающие были уверены, что я на самом деле парень.

Разгуливающие по округе подмастерья, как я и Витторио этим утром, — не слишком частое явление.

Большую часть времени мы проводили в мастерской, оттачивая свое искусство. Иногда за нашей работой наблюдал учитель, но чаще мы трудились под надзором старшего подмастерья, Константина. Обычно это штукатурка стен или заготовка шаблонов для очередной фрески. Сегодня, однако, учитель поручил нам другую работу.

Поскольку герцог ждал от Леонардо завершения некоторых изобретений, учителю удалось заручиться покровительством непостоянного Лодовико. Именно по этой причине мы находились сегодня вдали от города и замка. С раннего утра вместе с другими учениками мы барахтались в ручье, помогая учителю в испытании миниатюрных моделей его будущих конструкций.

В данном случае это был переносной мост, состоящий из нескольких маленьких частей, вложенных друг в друга. Несколько недель назад я помогала учителю с мини-версией этого изобретения. Сегодняшняя модель, хоть и была намного меньше, чем конечная, но все же являлась достаточно большой, чтобы по ней смог пройти человек моего роста и телосложения. Управляемый сложным механизмом, мостик должен удлиняться, элемент за элементом, пока не достигнет противоположного берега. Полномасштабная модель теоретически сможет перекинуться через реку, а та, что мы испытывали сегодня, была предназначена для перехода через ручей.

Я испытывала некоторые сомнения в том, что столь странное изобретение сможет работать в реальности. Но, к моему удивлению, с первого же раза все получилось так, как и задумывалось. Несколько энергичных поворотов рычага, приводящего в движение механизм, — и миниатюрный мост грациозно, словно лебединая шея, вытянулся и перекинулся через поток под одобрительные возгласы подмастерьев. Учитель казался удовлетворенным проведенным испытанием, хотя и жаловался на медленную работу механизма.

Второе хитроумное изобретение было куда менее изысканно. Предназначенная для вычерпывания ила из рек и каналов, похожая на баржу машина на колесах и с несколькими руками-ковшами справлялась со своей задачей весьма посредственно. Леонардо вынужден был признать, что перед демонстрацией герцогу над ней следует еще поработать.

В конце дня нас с Витторио отправили нести оборудование, которое нельзя было вести на повозках, поскольку вода и грязь, которыми было все забрызгано, могли его испортить. Мы подошли к замку с торца. Главные ворота, как и сам город Милан, располагались с восточной стороны. Наш путь пролегал через небольшой лес, который был расчищен от деревьев с трех сторон, чтобы войска герцога имели возможность открыть огонь по вражеской армии, дерзнувшей напасть на замок. Поэтому, хотя мы и находились на значительном расстоянии от крепостной стены, я заметила ярко одетого человека, лежащего у основания одной из башен.

— Что это? — прошептала я, нахмурившись.

Человек лежал возле внутреннего края рва, окружавшего замок. В зависимости от времени года и отношений герцога с соседями ров мог быть пуст или наполнен мутной водой, дабы задержать нападающих. В данное время ров был пуст, но, несмотря на это, я бы не стала переходить его из-за тошнотворного запаха ила, пропитавшего траву.

Сейчас я уже могла различить фигуру женщины. Ее голубое платье было веером раскинуто на траве.

«Возможно, одна из придворных дам, решившая отдохнуть от суеты замка», — подумала я.

Но все-таки очень странно, что она была одна. И еще более странно, что она валялась на земле, словно крестьянский мальчишка, — в одном лишь платье.

По мере того как мы приближались, я хмурилась все больше и больше. С того момента, как я ее заметила, она ни разу не шевельнулась. И это несмотря на то, что Витторио, предвидя конец своих мучений, принялся насвистывать с возрастающим энтузиазмом. Даже если она спала, эти леденящие кровь трели не могли ее не разбудить.

— Дино?

В голосе Витторио послышались нотки страха, перекликающиеся с внезапно охватившим меня беспокойством. Бросив мешок, который мы несли, он некоторое время изучал взглядом женщину, затем повернулся ко мне.

— Дино, — повторил он чуть тише, — эта дама, которая лежит возле башни… Не похоже, что она спит. Как тебе кажется?

Я осторожно опустила свой конец мешка на землю.

— Подожди здесь, — сказала я Витторио, к своему удивлению заметив, что тоже перешла на шепот. Твердо решив не впадать в панику, по крайней мере в настоящий момент, я добавила обычным тоном: — Я посмотрю, все ли с ней в порядке.

Витторио посмотрел на меня с сомнением, но все-таки кивнул. Мы находились примерно в двадцати шагах от женщины. Она лежала на спине лицом к замку. В другое время дня мы могли бы укрыться в тени башни. Но сейчас послеполуденное солнце нещадно палило нас и ее.

«Может быть, ей просто стало дурно от жары», — пыталась я успокоить себя, смахивая капли пота со лба.

Несколько ближе улавливался гудящий звук. Я уже слышала его в зарослях крошечных цветов возле ручья, где мы работали сегодня. Но что делали пчелы здесь, где совсем не было цветов?

Сделав еще несколько шагов, я увидела, что гудели не пчелы.

Жужжала стая мух. Насекомых привлек запах крови, которой было забрызгано и платье, и трава вокруг. Дама лежала не на спине, как мне сначала показалось, а как-то странно изогнувшись, лицом в противоположную от меня сторону. Одна рука в голубом рукаве была повернута ладонью вверх, хрупкая белая кисть, казалось, протянута в немой мольбе.

Я закрыла глаза и сглотнула внезапно появившийся комок в горле. Женщина мертва… в этом не было никаких сомнений. Я с неохотой открыла глаза и взглянула на Витторио. Его обычно жизнерадостная физиономия была искажена ужасом. Теперь он выглядел старше своих лет. Я подумала, что, возможно, выгляжу не лучше. Однако памятуя о том, что взрослее, я решила начать действовать и замотала головой, делая напарнику знак не приближаться.

— Я останусь здесь. Учитель должен быть уже близко. Беги назад, найди его и расскажи, что случилось.

Но что на самом деле случилось, если уж на то пошло?

Глядя, как Витторио вприпрыжку помчался обратно в сторону леса, я задумалась над этим вопросом. Никакого определенного ответа у меня не было, кроме того, что мертвая женщина теперь лежит почти у моих ног. Только когда он исчез из виду, я вновь обратила внимание на картину передо мной.

Со стыдом должна признаться, что моя первая мысль была о себе. «Святая кровь, почему же именно меня угораздило наткнуться на труп?» Женщина была отнюдь не первым мертвецом, увиденным мною за короткое пребывание в замке Сфорца.

Всего несколько недель назад мне выпало сомнительное счастье обнаружить в саду тело убитого кузена самого герцога, в то время как весь остальной двор развлекался игрой в живые шахматы, устроенной в честь прибытия французского посланника. Эта неудачная встреча привела к тому, что мне пришлось помогать учителю в расследовании, которое он проводил по приказу герцога. Дело не ограничилось только одним мертвым телом, и одно из них могло бы быть моим!

Намеренно избегая смотреть на лицо женщины, я перевела взгляд на ее одежду, пытаясь определить ее положение при дворе. Как было уже замечено, поверх ее белой рубашки был надет бледно-голубой корсаж, к которому были прошнурованы рукава такого же цвета.

Один рукав был слегка распущен, второй вообще отсутствовал.

Широкая юбка, надетая на нижнюю алую, была того же оттенка, что и корсаж с рукавами — цвета утреннего неба. С одной стороны обе юбки задраны настолько, что виден темно-голубой чулок, закрепленный у колена.

Я отметила, что башмаков на ней не было.

Убитая не была дворянкой, судя по отсутствию модных рукавов с разрезами, которые носили знатные дамы. Кроме того, ее одежда была пошита из недорогого материала и лишена той изысканности отделки, которые выдают женщину высшего сословия — из тех, что могут позволить себе прекраснейшие наряды, сшитые моим другом синьором Луиджи или другим столь же одаренным портным. Также не было ни массивных золотых цепочек, ни усыпанных драгоценностями манжет и воротника.

Скорее всего, она была дочерью купца или, возможно, служанкой знатной дамы. Хотя я все еще не осмеливалась взглянуть на ее лицо, по фигуре можно было сделать вывод, что она была немногим старше меня.

Осознание того, что ее жизнь была так внезапно прервана, опечалило меня еще больше из-за нашего сходства в возрасте и положении. Ее девичьим мечтам не дано осуществиться, а гладкое чело не покроют морщины, неизбежно появляющиеся с возрастом. Но, по крайней мере, бедная девушка не встретила смерть от чьей-то злой руки, как случилось с предыдущим найденным мной покойником.

Я посмотрела на огромную башню. Дай я сейчас волю воображению, это зрелище могло бы навеять мысли о мифическом колоссе, обреченном держать стены крепости. Огромные валуны-песчаники, из которых они были сложены, излучали жар, отчего сооружение казалось живым и еще более зловещим. Находясь вблизи каменной гигантши, мне приходилось задирать голову, чтобы увидеть ее целиком.

Под шпилевидной крышей виднелись длинные узкие окна, которые подобно глазам Аргоса располагались по окружности башни. Именно из этих самых окон лучники предыдущего герцога осыпали стрелами вражескую армию, приближающуюся к крепости. Если смотреть снизу, окна кажутся невероятно узкими. Хотя всем известно, что мужчина легко может поместиться в каменный проем.

А женщина, поскольку она меньше ростом и тоньше, легко могла выпасть из этого окна и разбиться насмерть.

Скорее всего, именно это и произошло, учитывая изогнутую позу, в которой лежало тело. Кроме того, я заметила длинный лоскут голубой ткани возле одного из окон, развевающийся, словно флаг. Без сомнения, это был оторванный рукав, зацепившийся за острый камень в момент падения. Но как девушка оказалась в башне?

У нее не могло быть там никаких дел, я это точно знала. На стенах крепости несли дозор солдаты Моро, шумные, дерзкие мужланы, наблюдавшие с высоты за замком и прилегающими окрестностями. Расквартированные в лабиринте кладовых и спален, встроенных в толстые стены, они редко покидали свои владения, за исключением случаев, когда возникала необходимость в сражениях. Единственными представительницами слабого пола, которые могли там оказаться, были прачки и проститутки. Ни одна женщина более высокого ранга не стала бы добровольно искать общества подобных мужчин.

Или стала бы?

Мои размышления прервал резкий окрик откуда-то сверху. Подняв голову, я увидела троих солдат, которые смотрели на меня с бойниц, при этом переговариваясь между собой и обмениваясь жестами. Разумеется, на таком расстоянии я не могла слышать, что они говорили, но их пантомима читалась легко. Оставив одного дозорного следить за тем, чтобы я не сбежала, двое других скрылись из виду. У меня не было сомнений, что они поспешили к главным воротам замка, намереваясь выяснить, что произошло, и каким боком ко всему этому причастна я.

Я нервно оглянулась. Куда пропали Витторио и учитель? Мне придется одной отвечать на вопросы солдат? Ну и обстоятельства! Отличаясь недостатком воображения — или равновероятно из страха наказания за то, что эта трагедия произошла из-за их недосмотра, они могли легко обвинить меня в смерти бедной женщины!

Я так живо представила себе эту ситуацию, что подпрыгнула от испуга, когда несколько мгновений спустя услышала позади себя голос.

— Дино, — проворчал Леонардо, приближаясь, — ты снова впутался в неприятности?

— Боюсь, что да, но не по своей воле, — ответила я, не скрывая облегчения.

За ним тащился Витторио, все еще выглядевший испуганным.

Остальные подмастерья остались далеко позади. Они только-только одолели последний холм. Константин и Паоло управляли запряженными лошадьми повозками. В одной находился раскладной мост, в другой — землечерпалка. Они двигались не по направлению к нам, а по главной дороге, проходящей параллельно замку.

Тем временем учитель сосредоточил внимание на мертвой женщине. Он встал на колени рядом с ней, осмотрел тело с разных углов, пару раз бросив взгляд на строение, которое нависало над нами. Наконец он встал и отряхнул траву с колен.

— Боюсь, что ей уже ничем нельзя помочь, — сказал он резко. — Уверен, ты согласишься со мной касаемо причины ее смерти?

— Башня, — ответила я, шокированная отсутствием проявления какого-либо сочувствия с его стороны перед лицом подобной трагедии.

Я снова посмотрела на этот одинокий лоскут материи, висевший на окне. Каковы были последние мысли бедной девушки, перед тем как она сделала шаг в никуда? Если ее падение было случайностью, а не добровольным уходом из жизни, она, без сомнения, была вне себя от ужаса. Но вдруг она сама выбросилась из окна? Овладели ли ею в последние секунды страх и сожаление, или она неистово раскинула руки, готовая к встрече с мчащейся навстречу землей?

В любом случае, столь ужасный конец заслуживал, по меньшей мере минуты почтительного молчания.

Должно быть, эти мысли отразились на моем лице, потому что учитель положил руку мне на плечо.

— Как я уже сказал, мы ничего не можем для нее сделать, но мы должны позаботиться о том, чтобы после смерти она получила должное уважение.

Он хотел что-то добавить, но его прервали крики, возвещающие о приближении солдат. Суровых вояк, выглядевших немногим старше меня, сопровождали с десяток слуг и купцов. В то время как лица одних из этих зевак выражали подобающие ситуации жалость и испуг, другие глазели с жадным интересом, который больше подошел бы зрителям на ярмарке. Солдаты жестами приказали им отойти и решительно направились к нам.

— Это вы, господин инженер, — произнес один из них, темноволосый. Узнав Леонардо, он остановился.

Он пристально посмотрел на учителя, явно обескураженный при виде его все еще мокрых волос и одежды, не говоря уже о сногсшибательном аромате грязной воды, приобретенном во время утренних купаний в ручье. Указав рукой на тело, солдат спросил:

— Что вы об этом знаете?

— Не волнуйся, — произнес язвительный голос, не дав учителю ответить. — Великий Леонардо, без сомнения, сможет рассказать в мельчайших деталях, что здесь произошло.

Какой-то человек вышел из толпы наблюдателей, и я сразу узнала в нем придворного хирурга. Напыщенный лысеющий мужчина в развевающихся зеленых одеждах, подчеркивающих его круглый живот и тонкие ножки, он был на ножах с Леонардо с момента прибытия учителя ко двору. Впервые я узнала об их вражде, когда мы с учителем расследовали убийство двоюродного брата Моро.

Очевидно, хирурга вызвали сюда, потому что второй солдат сделал жест рукой, приглашая его пройти вперед.

— Вы, проверьте, жива ли эта женщина, — потребовал он важным голосом, который странно контрастировал с его мальчишеским лицом и растрепанными светлыми волосами. — Что касается вас, синьор Леонардо, ответьте на вопрос. Что вам известно об этом злополучном происшествии?

— Я не могу сказать больше того, о чем вы сами можете догадаться, — мягко ответил учитель, хотя я заметила, как он нетерпеливо пощелкивал пальцами, что являлось признаком раздражения. — Молодая женщина выпала из окна башни и разбилась насмерть, и произошло это, по моему разумению, не ранее как час тому назад.

— Ее вполне могла раздавить повозка, учитывая характер травм, — возразил хирург. Я с тревогой смотрела, как он, брезгливо прижимая к носу платок, ткнул безжизненное тело носком остроносой туфли. — Кроме того, она могла пролежать здесь гораздо дольше, чем полагает господин инженер. День теплый, так что…

Тут он издал сдавленный крик, поскольку Леонардо схватил его за плечо и без всяких церемоний оттащил от тела женщины.

— Ваши предположения необоснованны, — любезным тоном сказал он хирургу, когда тот оскорбленно фыркнул и вырвал руку — Земля здесь мягкая, тем не менее, следов колес вокруг ее тела, указывающих на повозку, нет. Кроме того, если вы посмотрите повнимательнее на то место, где она лежит, то увидите на земле небольшую вмятину, как от сильного удара какого-то предмета.

— И если вы решитесь посмотреть наверх, чуть дальше своего носа, — закончил он с легкой улыбкой, — вы заметите лоскут материи, свисающий из окна башни, который, по всей видимости, является рукавом, оторвавшимся от платья этой женщины.

— Я согласен с синьором Леонардо, — вмешался первый солдат, в то время как хирург продолжал что-то возмущенно бормотать. — Я однажды видел, как человек упал со стены. Не слишком приятное зрелище. Но что насчет мальчика? — он показал на меня пальцем. — Мы видели из бойниц, что он был рядом с ней. Что он тут делал?

К счастью, я не была знакома с этими стражниками, поэтому они не были осведомлены о моей порочной склонности спотыкаться о мертвые тела. Знай они об этом, вероятно, они смотрели бы на меня с еще большим подозрением. Учитель кивнул мне, и я сделала шаг вперед.

— Боюсь, что мне больше нечего добавить, — произнесла я как можно смиреннее. Я указала на Витторио, который стоял, спрятавшись за спину Леонардо и вцепившись в его камзол, словно ребенок, каким он все еще и являлся. — Мы с моим товарищем возвращались в замок, когда заметили эту бедную женщину, лежащую на земле. Витторио побежал за помощью, а я остался здесь, присмотреть за ней. Мы не видели, как она упала.

«Или прыгнула», — добавила я мысленно, хотя понятия не имела, почему я была так уверена в том, что ее падение не являлось результатом неверного шага.

Стражники, тем не менее, казалось, были удовлетворены моим ответом.