Размер шрифта:     
Гарнитура:GeorgiaVerdanaArial
Цвет фона:      
Режим чтения: F11  |  Добавить закладку: Ctrl+D
Смотреть все книги жанра: Любовная фантастика
Показать все книги автора:
 

«Царство ночи», Дайан Дюваль

Моим родным

Глава 1

Волосы на затылке встали дыбом, но вовсе не от холодного ветра, а от сопровождавшего его низкого звериного рыка.

Ами застыла с вытянутой рукой; пальцы сжались на коробке с диском, наполовину вставленной в щель автомата проката. По коже побежали мурашки. В кровь хлынул адреналин, ускоряя пульс.

Повернувшись к источнику тревожного звука, Ами внимательно осмотрела парковку, но ничего, кроме собственного черного «Тесла-Родстера», не увидела. Рыжие листья, кружась, падали на залатанный асфальт, все еще блестевший после полночного ливня. Магазин здорового питания, видеопрокат и прочие лавочки в торговом ряду давно закрылись.

Ами глянула направо. Ист-Франклин-стрит была безлюдна… как и положено. Чапел-Хилл, Северная Каролина, все ж таки университетский городок. И в три-двадцать ночи воскресенья (или утра понедельника) студенты и профессора высыпались перед началом рабочей или учебной недели, уютно свернувшись в своих постелях.

Ами разжала пальцы и позволила коробке скользнуть к множеству других возвращенных фильмов и игр. Но едва шагнула к машине, как вновь услышала рычание. Звук словно врезался в нее, на пару с ледяным ветром взметнув челку. Низкий и угрожающий. Отнюдь не похожий на протест какого-нибудь обиженного домашнего питомца, слишком надолго оставленного в непогоду на улице. Рычала не собака. Скорее, кто-то вроде льва или тигра.

Раздался ответный рык, не такой впечатляющий, как первый, но все же жуткий. Затем еще один. И еще. Нахмурившись, Ами выудила из куртки девятимиллиметровый «глок» — Сет настоял, чтобы она с ним не расставалась — и осторожно двинулась к Ист-Франклин-стрит.

Звук определенно доносился с севера. Не от затемненных магазинов через улицу, а со стороны велосипедной дорожки, которая сворачивала налево к деревьям. Рычание переполняли такие жестокость и ярость, что можно было подумать, будто лев сражается со стаей волков.

Стоило миновать парковку, как стали различимы и другие звуки борьбы: странный треск, звон и лязги.

Ами рванула вперед и помчалась по велосипедной дорожке. Справа остроконечным забором выстроились высокие деревья. Слева распростерлась лужайка с радиовышкой, но вскоре и она уступила лесу. Ами влетела в плотные тени и замедлилась. Сердце стучало как сумасшедшее. Где-то вдали журчал невидимый отсюда ручей.

Вскоре она сошла с тропинки, углубляясь в чащу. Все еще влажные после недавнего дождя листья ковром укрывали землю и заглушали шаги.

Впереди светлячками замерцали огоньки. Янтарный. Зеленый. Голубой. Серебряный. То по отдельности. То по парам. Они двигались, перемещались, переливались, но оставались на виду.

Ами прошла еще немного, но вдруг замерла и с трудом сглотнула, усомнившись в собственном здравомыслии. Клочок земли перед ней сложно было назвать поляной — слишком маленький, размером с гараж на две машины. И деревьев он лишился явно только что. Видимо, благодаря развернувшейся здесь фантастической сцене, узрев которую, большинство людей просто не поверило бы своим глазам.

Замеченные Ами огоньки то расплывались, то вновь попадали в фокус лишь потому, что лица, на которых они располагались, бешено носились по поляне. Сражались мужчины — явно не простые смертные, — и эта сюрреалистичная битва вновь воскресила первое пришедшее в голову сравнение: лев, осажденный стаей волков.

«Лев» — темная грозная фигура в эпицентре бури; со сверкающими янтарными глазами и длинными черными волосами, парившими вокруг его головы точно завитки дыма, пока незнакомец крутился, бился и ранил врагов с невероятной скоростью. Ами вспомнился тасманский дьявол из мультиков «Уорнер Бразерс», которые ей показывал Дарнел.

Бессмертный страж.

Больше ни одно существо не могло двигаться так быстро.

У «волков» — рычащих и щелкающих челюстями, прямо как их тезки — глаза тоже сияли: зеленым, голубым и серебряным. И хотя одежда на всех была тех же полночных оттенков, что и на бессмертном, волосы отличались. Светлые, темные, рыжие, длинные, короткие, торчащие во все стороны, стянутые в хвост. Даже лысый имелся. «Волки» тоже двигались быстрее, чем способен человек; метались туда-сюда размытыми тенями, кидались на стража, а затем отступали, чтобы оценить повреждения и дать товарищам возможность проявить себя. С их клинков капала темно-красная жидкость.

Вампиры.

Конечно, по силе они не могли сравниться с бессмертным, но превосходили его числом… Восемь на одного, если Ами правильно сосчитала. Трудно что-то толком разглядеть в этих небольших паузах между нападениями.

Стража она вообще не рассмотрела: тот пребывал в непрерывном движении, отбиваясь со всех сторон не то мечами, не то саями, не то еще чем.

Вспотевшей ладонью Амии вытащила из кармана цилиндрический глушитель, который был больше, чем сам «глок», и, не сводя глаз с дерущихся, привинтила его к дулу. Это превратит взрывной выхлоп от каждой экспансивной пули в простой щелчок и не разбудит жителей, спавших в домах за деревьями.

Ами вскинула правую руку с пистолетом, придержала ее левой и стала ждать.

Размытое пятно приобрело очертания блондинистого вампира (голубые глаза сверкают, с длинных охотничьих ножей стекает кровь), решившего передохнуть на краю поляны.

Ами пальнула дважды.

Из его сонной и бедренной артерий брызнула кровь. Уронив оружие, вампир испустил искаженное карканье и зажал руками шею в попытке удержать ускользающую вместе с потоком жизнь.

Рядом объявился его взъерошенный собрат с каштановыми волосами.

Еще три выстрела и три попадания: в сонную, плечевую и бедренную артерии.

Шестеро оставшихся вампиров притихли и повернулись к своим поверженным коллегам, рухнувшим на колени. Кровь вытекала из них быстрее, чем вирус мог исцелить раны.

Бессмертный страж остановился и безошибочно нашел взглядом Ами.

На долю секунду ее сердце замерло, и все вокруг исчезло, вышло из фокуса, растворилось в темной пустоте. Все, кроме бессмертного.

Черные волосы рассыпались по плечам и упали на спину и грудь в диком беспорядке, скрывая большую часть его лица. Глаза, глядевшие сквозь спутанную массу, сияли живым янтарем из-под чернильных бровей. Темная щетина покрывала сильную челюсть, усеянную алыми пятнами и полосками. Полные губы разомкнулись, выпуская тяжелое львиное дыхание и обнажив белые блестящие клыки.

*  *  *

Пожалуй, это был один и самых странных моментов в жизни Маркуса.

Ну, может, «странный» — не совсем подходящее слово. Вампиры, сбивающиеся в стаи больше чем по двое или трое, — это странно. Вампиры, остающиеся в здравом рассудке достаточно долго, чтобы организовать засаду, в которую Маркус и угодил, — тоже странно.

Это же…

Это было неожиданно.

А ведь Маркуса Грейдена сложно удивить и застать врасплох.

Задыхаясь, теряя кровь от десятков порезов и глубоких ран, которым не хватало времени зажить, прежде чем появлялись новые, он уставился на виновника этого спонтанного перерыва.

Вот только вместо ожидаемого аколита в черном плаще охотника на вампиров увидел милое, несомненно женское личико, обрамленное ярко-оранжевыми кудрями. Широко распахнутые глаза, сияющие точно изумруды, смотрели на Маркуса из-за завесы листьев.

Она была прелестная. И маленькая. И будто излучала невинность. Кабы не оружие в руке незнакомки, он бы засомневался, а не выдумал ли ее.

Кто она? Что здесь делает?

Судя по одежде (удобные джинсы, свободный свитер, темная куртка), она гражданская, так почему не кричит? Почему не стреляет в него? Почему помогла вместо того, чтобы спасаться бегством или прикончить всех на поляне?

Времени на размышленья не осталось. Маркус почувствовал момент, когда шесть оставшихся вампиров обнаружили миниатюрного ассасина, и приготовился…

*  *  *

На глазах у Ами бессмертный крутанулся, блеснув коротким мечом, и пока вампиры оглядывались в поисках невидимого врага, поразил ближайшего. Голова покатилась по земле. И в тот же миг Ами поняла, что обнаружена.

Тело сковал ужас, сердце испуганно заколотилось о ребра. Трое из пяти оставшихся вампов возобновили схватку со стражем, а еще двое сосредоточились на Ами.

Она нажимала на спусковой крючок снова и снова, вслепую стреляя по пятнам, в которые превратились метнувшиеся к ней вампиры. Или попытавшиеся метнуться. Экспансивные пули разрывались внутри них, распускаясь, точно цветы. А полуавтоматическое оружие способно выпустить много пуль за очень короткое время.

Ами выпустила в гадов всю обойму и достала новую, воспользовавшись тем, что вампиры значительно замедлились. Один из них — бритоголовый — восстановился быстрее и с диким воплем ринулся к ней, едва обойма вошла в рукоять.

Наперерез ему бросилась размытая тень. Бессмертный двигался так быстро, что ветер, вызванный его появлением, отбросил волосы с лица Ами. Лысый почти настиг ее, но тут же отскочил назад, словно врезавшись в стену. Казалось, порезы на его плоти появлялись сами собой — лишь блестели тут и там короткие мечи стража.

Ами дрожащими руками всадила обойму до конца, передвинула пулю с патронник и вскинула «глок».

Двое из трех вампиров, сражавшихся с бессмертным, пали. А вскоре и рванувшая к ней парочка рухнула на землю. Единственный выживший подхватил быстро разлагающиеся тела своих спутников и сбежал.

Бессмертный страж повернулся к Ами.

Она с трудом сглотнула и подняла на него глаза. Очень высоко подняла. Ростом явно за сто восемьдесят, страж возвышался над ее собственными полутора метрами. Страх никуда не делся, хотя должен бы. Ами знала, что бессмертные — славные ребята. Они спасли ее от чудовищ, вытащили из ада. Они приняли ее, помогли вернуть рассудок, защитили, дали крышу над головой.

Вот только чудовища успели нанести непоправимый ущерб ее душе.

Ами заставила себя опустить пистолет, но не смогла разжать хватку на нем или унять дрожь.

Бессмертный молча ее изучал. Сам в порванной и мокрой от крови (своей и вампиров) одежде, он по-прежнему легко и удобно сжимал мечи, хоть одна рука и повисла под странным углом.

— Ты ранена? — спросил страж. В его мягком низком голосе слышался британский акцент.

Утратившая способность говорить Ами покачала головой.

— Ты знаешь, кто я и кто они, — прокомментировал бессмертный, глянув на мертвые тела.

— Да. — Она проглотила ком в горле. — С тобой… с тобой все в порядке?

Страж кивнул и уставился в сторону удирающего вампира:

— Мне нужно с ним разобраться.

— Хочешь, вызову подкрепление?

Он скривил губы в злорадной усмешке:

— И испортишь мне все веселье? Нет уж, благодарю.

И от этой ухмылки, от мрачного предвкушения, озарившего его прекрасные черты, в животе Ами запорхали бабочки.

— Я так понимаю, ты аколит?

Она открыла рот, чтобы ответить отрицательно.

Аколиты — это люди, работающие на бессмертных и защищающие их в дневное время, когда те уязвимы для солнца. Таких помощников отбирают очень тщательно, что гарантирует их преданность, и обучают всевозможным боевым искусствам и владению оружием. В целом, их можно назвать агентами секретной службы, которые без колебаний отдадут жизнь за своего стража… вот почему аколитами почти всегда становились мужчины. Очевидно, бессмертные в данном вопросе придерживались весьма старомодных взглядов, и им была невыносима мысль, что женщина может пожертвовать ради них жизнью.

Неожиданный звон мобильника заставил Ами подскочить и захлопнуть рот.

Она неловко нащупала телефон.

Страж оглянулся через плечо — ему явно не терпелось начать преследование.

Увидев номер на экране, Ами едва сдержала стон.

— Иди, — сказала она бессмертному и махнула на ссохшиеся тела вампиров — вирус пожирал их изнутри в отчаянной попытке выжить. — Я о них позабочусь.

Он медлил.

Ами поднесла телефон к уху и постаралась ответить максимально нормальным тоном:

— Привет, Сет.

— Здравствуй, милая.

Брови бессмертного взлетели вверх. Благодаря сверхразвитому слуху он явно не упустил приветствие лидера стражей… как и нежную привязанность, прозвучавшую в его голосе.

— Опаздываешь. Где ты? — продолжил Сет.

— Я, эм… — Ами осмотрела залитый кровью участок, вспомнила, насколько сильно Сет печется о ее безопасности, и решила его не волновать. — Я… просто остановилась вернуть диски, которые мы с Дарнелом брали вчера напрокат.

Улыбка на лице бессмертного так его преобразила, что Ами могла лишь безмолвно хлопать глазами.

Видимо, успокоенный ее знакомством с Сетом и Дарнелом (аколитом одного из могущественнейших бессмертных) и приятно изумленный тем, что она уклонилась от вопроса Сета, спаситель подмигнул, нахально отсалютовал мечом в раненой руке и словно растворился в воздухе, рванув за уцелевшим вампиром.

Напряжение, которого Ами даже не осознавала, исчезло вместе с ним; тело наполнилось легкостью, а мысли — неуместным безрассудством.

— Все в порядке, Ами?

— Все прекрасно, — искренне ответила она.

Мало того, что ей удалось противостоять незнакомцу — мужчине, — не ударившись в панику, которая обычно накатывала в подобных ситуациях, не сбежав от ужаса или не превратившись в жалкий дрожащий комок, она еще и фактически помогла ему одолеть группу вампиров!

На Ами нахлынуло ликование вкупе с громадным облегчением. Сет был прав. Ей действительно становилось лучше. Монстры ее не сломали.

— Все прекрасно, — повторила она, в данный момент настолько счастливая, что могла пуститься в пляс. — Извини, что опаздываю. Постараюсь побыстрее.

— Ничего страшного. Будь осторожна.

— Обязательно, — прощебетала Ами и с улыбкой убрала телефон. Затем отвинтила и сунула в карман глушитель и вставила «глок» в кобуру.

Но едва выбралась из чащи к трупам, ухмылка превратилась в гримасу. Фу-у-у. Ами впервые видела, что случается с вампирами после уничтожения. Воняло как от переполненного мусорного бака жарким солнечным днем. Застреленные вампы полностью распались, оставив лишь окровавленную одежду и оружие. Другие же быстро разлагались, съеживаясь подобно мумиям, а затем сплющиваясь, как шарики, из которых выпустили воздух.

Ами вздрогнула.

Со стражами происходит то же самое?

Вампиры и бессмертные были заражены одним и тем же редким вирусом, который сначала одолевал, а затем замещал иммунную систему. Он наделял их могучей силой, скоростью и долголетием, быстро исцелял раны и не давал стареть. Отличные бонусы. К которым, к несчастью, прилагалась прискорбная чувствительность к свету и что-то вроде тяжелой анемии.

Однако между стражами и вампирами имелось одно существенное различие: бессмертные еще до заражения были чем-то большим…

Рожденные с куда более прогрессивной и сложной ДНК, чем обычные люди, они называли себя одаренными… по крайней мере, до обращения. Они понятия не имели, почему генетически отличаются от людей. Знали только, что тысячи дополнительных хромосом наделяют их удивительными способностями и талантами, отчего их телам удается видоизменить вирус и избежать некоторых неприятных моментов.

Стражи, например, не страдали безумием, которое стремительно косило вампиров, когда вирус пожирал их мозг. И в отличие от вампов не впадали в глубокий коматозный сон с восходом солнца.

Поморщившись, Ами большим и указательным пальцем подцепила окровавленную рубашку. Бессмертных также было не убить чрезмерной потерей крови. Вместо этого они погружались в стазис или в спячку, как медведи, пока не появится источник крови.

— Ладно, этого не избежать, — пробормотала Ами.

Перчаток не было, так что придется запачкать руки. Одежду она спрячет в одном из мусорных баков торгового центра. Липкое, забрызганное темно-красным оружие сложит в багажник своего «Родстера». С кровью на земле, увы, ничего не поделать. Остается надеяться, что пройдет еще один осенний дождь и все смоет.

Опустившись на колени, Ами начала собирать одежду в тошнотворную кучу.

«Слава богу, в машине есть салфетки».

*  *  *

Ввалившись в дом, Маркус закрыл дверь и прислонился к прохладной деревянной поверхности.

Восемь. Восемь вампиров напали на него, действуя поразительно слаженно. Они совсем не походили на обычно неуклюжих, яростно мечущихся противников. Их явно кто-то натаскивал.

Маркус фыркнул. Конечно, они с ним все равно и рядом не стояли. Он учился у опытного мечника. И не клыкастому бездельнику с мачете с ним тягаться.

Маркус устало прижался головой к двери.

Вампир, за которым он погнался после того, как оставил рыжеволосую фею, привел к двум другим, и те опрометчиво нарвались на бой. Первый же опять ускользнул, оставив своих дружков подыхать.

Маркус мог бы снова за ним погнаться… но раны ныли, и он решил закончить патрулирование. Доберется до ублюдка завтра или послезавтра.

Тут его внимание привлекла своеобразная «капель». Опустив взгляд, он заметил, что у ног натекло уже несколько алых лужиц.

Застонав, Маркус направился на кухню, по пути снял длинное пальто и бросил на бамбуковый пол прихожей, оставшись в изодранных черной футболке и джинсах. Как и бόльшая часть бессмертных, он всегда носил на охоту черное, чтобы любопытный или мучимый бессонницей сосед не заметил крови.

И сегодня Маркус основательно испачкался.

Раны бы уже затянулись, если бы не большая кровопотеря. У него явно было выбито плечо. И судя по пульсирующей и вызывающей мигрень боли в левой ноге, сломана малая берцовая кость.

Казалось, он полчаса хромал до середины просторной кухни, но наконец распахнул дверцу холодильника, со стоном открыл особо сделанный контейнер для мяса и грязно выругался.

Пусто.

Хмыкнув, Маркус захлопнул холодильник и задумался.

Можно либо снова выйти и поесть старым способом или смириться и признать, что нуждается в помощи.

Он с трудом добрался до гостиной.

Придется снова уйти. Только нужно дождаться, пока откроется второе дыхание.

Маркус осторожно опустился на удобный диван цвета сливок, смежил веки и глубоко вздохнул.

Дзинь-дзинь.

Он открыл глаза и посмотрел на часы на каминной полке. Кто может звонить в полпятого утра? И почему Маркус не услышал его приближения? Неужели так ослаб?

Дзинь-дзинь.

Вряд ли незваный гость явился с добрыми намерениями.

Дзинь-дзинь.

И когда он перестанет жать на чертов звонок и решит войти без позволения, его ждет неприятный сюрприз.

Маркус немного приободрился. Охотиться не придется. Можно будет перекусить взломщиком.

Дзинь-дзинь!

Если только этот гад уже завяжет маяться дурью и примется за дело.

Дзинь-дзинь, дзинь-дзинь, дзинь-дзинь!

Зарычав от досады, Маркус вскочил с дивана и бросился к двери.

Ладно, не совсем бросился, скорее решительно поковылял. И без сомнения, еще пожалеет о затраченных усилиях, но боль и постоянная трель звонка вывели его из себя.

Готовый напугать мучителя, Маркус распахнул дверь и застыл:

— А, это ты.

Не обращая внимания на ворчливое приветствие, гость вскинул черную бровь:

— Мы не в духе?

Маркус пробормотал что-то нелицеприятное, отвернулся и похромал обратно к дивану.

Сет закрыл дверь.

— Не просветишь, что сегодня случилось?

— Минутку, — выдавил Маркус, стискивая зубы от боли. О да, нога точно сломана.

— Как хочешь, — отозвался гость с неизвестным акцентом. Русским? Ближневосточным? Южно-африканским? Ни один не подходил.

Сцепив руки за спиной, Сет тоже двинулся в гостиную. Он был на голову выше Маркуса (рост которого насчитывал метр восемьдесят пять), черные волосы собраны в хвост, достающий почти до ягодиц. Прямой нос, упрямый подбородок, глаза такого темно-карего цвета, что казались черными.

Как и Маркус, он облачился в темное: брюки, водолазку и длинное пальто. Прекрасно сидящая одежда отменного качества. Великолепный загар.

Маркус нахмурился. «Мог бы и помощь предложить».

— Я доказываю свою точку зрения, — тихо заметил Сет.

Потрясающе.

— Прекрати читать мои мысли.

— Как только ты их приглушишь.

Маркус ничего не ответил, продолжая медленно двигаться в гостиную.

Сет был командиром бессмертных стражей. Их учителем и судьей, если кто-то нарушал установленные им границы.

Он искал бессмертных, большинство из которых обратили против воли, и показывал им, как теперь жить. Объяснял, что вампиризм — результат паразитического симбиотического вируса, что чудесным образом изменял их тела, однако требовал регулярных вливаний крови. Учил сдерживать эту потребность, тем самым усиливая подопечных.

Тренировал и направлял.

Сет был первым, самым старшим (хоть и выглядел не старше тридцати) и наиболее способным среди стражей. Настолько сильным, что, в отличие от других, мог выходить днем и не испытывать никакого дискомфорта.

Маркус со стоном упал на диванные подушки и поморщился, осознав, что испачкал их.

— Вряд ли ты захватил кровь.

Сет безмятежно улыбнулся и прислонился к каминной палке:

— Лишней нет.

Конечно. Маркусу нужно было что-то предпринять и поскорее. Несколько ран все еще кровоточили, ослабляя его. И коли в дом не вломился никакой чужак, придется выйти и покормиться.

— И зачем ты сюда явился?

Стоило Сету хитро усмехнуться, Маркус тут же почувствовал беспокойство.

— Хочу тебя кое с кем познакомить.

*  *  *

Ожидая, когда ее позовут, Ами закусила нижнюю губу, посмотрела на запястье и тихонько выругалась, заметив отсутствие часов на темно-синем свитере. Опять забыла.

Как давно Сет вошел в этот красивый двухэтажный дом? Десять минут назад? Двадцать? Пятьдесят?

Она спустилась с крыльца и походила туда-сюда по дорожке. Дом находился в нескольких милях от Гринсборо. Здесь люди селились подальше друг от друга, так что никто ничего не видел и не слышал.

Здание из красноватого кирпича с гаражом на две машины. Медная предохранительная пластинка украшала блестящую черную дверь. А вот двором… можно было и заняться. Полно листьев и сосновой хвои.